Николай Каманин - Скрытый космос (Книга 4, 1969-1978)

Встреча и рапорты космонавтов во Внукове прошли без замечаний, хорошо держались ребята и во Дворце съездов. Шаталову и Елисееву дали по второй звезде Героя, хоть мы ходатайствовали о награждении их только орденами Ленина. На правительственном приеме были сотни теплых встреч. Я встречался с Брежневым и Косыгиным, но разговора о наших космических делах не получилось: Брежнев и другие руководители спешили к вылету на Байконур для проведения операции "Тюльпан" (речь идет, по-видимому, о показе ракетной техники. Ред.).

23 октября.

С утра и почти до пяти часов вечера были в ЦКБЭМ. Провели традиционную встречу космонавтов в "узком" (около сотни присутствующих) кругу с главными конструкторами, руководителями ведомств и учреждений (Конотоп, Афанасьев, Руднев, Мишин, Керимов, Пилюгин, Бармин, Северин, Воронин, Уткин и многие другие). Космонавты ответили на многочисленные вопросы собравшихся и детально рассказали об основных недостатках полетов трех "Союзов". Затем состоялся митинг, а после него - обед. На митинге и на обеде вся "великолепная семерка" также выступала с речами и тостами. Выступил на обеде и я.

Поддержав заявление Афанасьева о том, что сейчас главные усилия следует сосредоточить на комплексе Н-1 - Л-3, я сказал, что нам надо летать, летать и летать, - для этого необходимо построить еще 8-10 кораблей "Союз", надежно отработать на них стыковку, выход и работы в открытом космосе, длительные орбитальные полеты и провести целый ряд научно-технических экспериментов и военных исследований. Заканчивая свое выступление, я сказал, что мы должны организовывать плановые (пять-шесть в год) космические полеты, прекратить вокруг них парадную шумиху и по-деловому решать стоящие перед нами задачи. Все находившиеся в зале (около 300 человек) дружно аплодировали моим предложениям, кроме Мишина, по-прежнему упорно возражающего против постройки новой партии "Союзов".

24 октября.

Сегодня в румынском посольстве мне вручили орден Тудора Владимиреску в связи с 25-летием Вооруженных сил республики Румынии (по этому поводу награждена большая группа советских военачальников - Гречко, Захаров, Горшков, Судец, Гетман, Покрышкин и многие другие). Приятно было встретить боевых друзей. На мой вопрос А.И.Покрышкину: "Помнишь, Александр Иванович, нашу первую встречу?" - он ответил: "Я-то помню, а вот ты, наверное, не помнишь... Весной 1934 года, когда в Новосибирске встречали челюскинцев, я стоял в толпе встречающих и хорошо видел тебя, ну а ты, естественно, не обратил на меня никакого внимания". Задавая вопрос, я, разумеется, имел в виду не встречу с пареньком из толпы, а свою первую встречу на фронте с известным асом Покрышкиным в 1944 году под Дубно. Она произошла на полевом аэродроме, точнее, на большом, пригодном для строительства аэродрома поле, куда я приземлился на своем По-2: осмотревшись, я обнаружил в кустах "чужой" По-2, летчик которого (им оказался майор Покрышкин), увидев мой самолет, решил посмотреть, кто это там еще сел на приглянувшееся ему поле. Так состоялась моя первая встреча с дважды Героем Советского Союза А.И.Покрышкиным, потом мы встречались еще сотни раз, вместе учились в академии Генерального штаба. Спустя четверть века после памятной фронтовой встречи трижды Герой генерал-полковник авиации Александр Иванович Покрышкин полон сил и энергии.

После вручения наград ко мне подошел маршал Гречко и попросил передать привет отважной семерке космонавтов. Он сказал также, что собирается приехать в НИИЦПК. На мое замечание о том, что мы уже пять лет ждем этой встречи, маршал ответил: "Да, я несколько раз собирался, но, к сожалению, не мог приехать. После октябрьских праздников я обязательно приеду к вам".

25 октября.

Маршал Кутахов провел совещание руководителей научных организаций и академий ВВС. Главная цель совещания - усиление влияния научных исследований на состояние дел в частях и соединениях ВВС. Предметом обсуждения были: боевая подготовка и боеготовность, совершенствование техники и вооружений, эффективность боевых средств ВВС, подготовка и воспитание кадров и другие вопросы, имеющие прямое отношение к укреплению мощи нашей авиации. С докладами выступили: Семенов (ЦНИИ-30 МО), Шуст (НИИЭРАТ), Финогенов (научно-испытательный институт во Владимировке), Рудный (медицинская служба ВВС), Руденко (академия имени Гагарина), Федяев (академия имени Жуковского) и другие товарищи. Совещание было полезным.

27 октября.

Вчера отдыхал на даче. Первый раз за последние две недели хорошо выспался.

Сегодня утром Кутахов открыл сборы командующих воздушными армиями и ВВС округов. Присутствовать при открытии сборов мне, к сожалению, не удалось надо было к 10:00 ехать с семеркой космонавтов в ЦК ВЛКСМ. Е.М.Тяжельников устроил для ребят очень теплую встречу с комсомольским активом Москвы и делегациями комсомольцев из городов, где космонавты раньше жили, учились и работали.

В 12 часов я был у Келдыша. Договорились с ним по принципиальным вопросам организации и проведения пресс-конференции участников полета трех "Союзов" с советскими и иностранными журналистами. Конференцию проведем в МГУ 4 ноября, выступать будут Келдыш и все семеро космонавтов.

Вечером был на сборах командующих, слушал выступления Горбатюка, Цедрика, Логинова, Рыбалко, Шинкаренко и других товарищей. Среди командующих уже нет ни одного из тех, кто во время войны командовал воздушной армией или корпусом, - для меня все они "молодые" (их средний возраст - 50 лет), новые, малознакомые лица: я не знаю и добрую половину из них, а они хорошо наслышаны обо мне. Выступления командующих и ответы маршала Кутахова на поднятые ими вопросы мне не понравились: уж очень легко отказываемся мы порой от опыта, накопленного авиацией за десятилетия ее развития, и излишне ограничиваем права командиров и начальников в организации летной работы из-за боязни новых катастроф и аварий.

28 октября.

Сегодня я порекомендовал группе Шаталова покинуть правительственные дачи на Воробьевых горах и вернуться в Звездный, чтобы заняться подготовкой отчетов о полете и докладов на пресс-конференции.

Вместе со мной семерка космонавтов побывала в редакциях "Красной звезды" и "Правды". Все ребята, делясь впечатлениями о полете, выступали очень удачно. В 19 часов мы приехали в Дом офицеров Звездного, где состоялись торжественная встреча, концерт и затянувшийся до полуночи ужин. Среди гостей Звездного были Тяжельников, Керимов, Царев, Бобырев, Черток, Ефимов, Чугунов, Бушуев, Трегуб, Башкин и другие.

Все мероприятия этого дня прошли хорошо. Из космонавтов в них не участвовали только Береговой и Феоктистов (в США), Попович (в Париже), Терешкова (в Венгрии), Хрунов (в Одессе) и Титов - последнего не было потому, что ему было стыдно показываться перед товарищами и начальством. Неделю назад Титов совершил тяжелейший проступок: в нетрезвом виде управляя автомобилем, грубо нарушил правила уличного движения, а когда милиционеры на мотоциклах догнали его и принудили остановиться, он ударил одного из них по лицу, сопровождая свои оскорбительные действия нецензурными выражениями.

За восемь лет после своего полета в космос Титов совершил немало неблаговидных поступков, получив за них взыскания от руководства ВВС. Я много раз подолгу беседовал с Германом о его поведении, его неоднократно предупреждал и наказывал Главком Вершинин. Но Титов не внял нашим предупреждениям и продолжал скрытно поддерживать связи с сомнительными компаниями и "друзьями". Последнее происшествие отвратительно само по себе, а попытки Титова оправдаться и свалить вину за него на грубость милиционеров еще больше роняют его достоинство как офицера, космонавта и депутата. Титов ездил к министру общественной безопасности Щелокову и, пользуясь товарищескими отношениями с ним, уговаривал снять претензии к нему (Титову) и наказать милиционеров. Щелоков уже звонил мне и просил не взыскивать строго с Титова, сказав, что главными виновниками инцидента были милиционеры и что они понесут за него наказания. Я ответил, что ни в чем не могу упрекнуть милиционеров - они выполняли свой долг, что главным виновником происшествия является Титов и что он будет строго наказан.

29 октября.

У Титова находится много защитников, а сам он изворачивается, как уж, используя свои связи и пытаясь черное выдать за белое. Но на этот раз я приму все меры к строгому наказанию Титова - возможно, придется даже пойти на отчисление его из НИИЦПК.

30 октября.

Провел совещание с руководящим составом Центра имени Гагарина. Генерал Кузнецов и я рассказали об итогах сборов командующих и требованиях Главкома Кутахова по наведению порядка в войсковых частях. Я обратил внимание участников совещания на недостаточную дисциплинированность руководителей (Кузнецов, Пашков, Копылов), слабую требовательность к себе и подчиненным (Николаев, Титов) и нарушения уставного порядка в гарнизоне (Крышкевич, Попов). Предупредил всех руководителей Центра, что буду очень жестко требовать от них прежде всего личной примерности в работе и поведении.