Тутанхамон. Гробница фараона - Говард Картер

Как позднее выяснилось в лаборатории, в этом сундучке оказалось множество ценных и интересных вещей, например жреческое одеяние из леопардовой шкуры с нашитыми золотыми и серебряными звездами, причем голова леопарда была вызолочена и украшена цветным стеклом; затем очень крупный и превосходно сделанный скарабей из золота и лазурно-голубого стекла; пряжка, представляющая собой золотую пластинку с изображением охотничьих сцен, чрезвычайно тонкой работы зернью; скипетр из массивного золота и лазурного стекла; красивые цветные воротники и ожерелья из фаянсовых бус и, наконец, связка массивных золотых колец, завязанных в льняной платок (о них еще пойдет речь позднее).

Под ложем, на полу, стоял большой сундук из черного и красного дерева и слоновой кости, чудесно сочетающихся друг с другом. В нем было несколько небольших алебастровых и стеклянных ваз: два черных деревянных ларца, в каждом из которых лежала позолоченная змея-эмблема и символ десятого нома Верхнего Египта – Афродитополя; прелестное креслице с декоративной спинкой из черного дерева, слоновой кости и золота, настолько маленькое, что им мог пользоваться только ребенок; две складные скамеечки на низких ножках, инкрустированные слоновой костью, и алебастровая шкатулка, украшенная резным орнаментом, заполненным красками.

В крышку ларца врезаны синие фаянсовые пластинки, покрытые орнаментом из позолоченного гипса. На боковых стенках начертаны имена фараона изображения уреев, поддерживающих солнечные диски. На крышке – картуши с тронным именем фараона, а на передней стенке изображены эмблемы вечности – иероглифы «хех». Ручки сделаны из фиолетового фаянса с инкрустированными бледно-голубым фаянсом картушами фараона.

Напротив этого ложа отдельно на полу стоял длинный сундук из черного и окрашенного в белый цвет дерева с решетчатой подставкой и крышкой на петлях. Содержимое его было в чрезвычайном беспорядке. Сверху лежали смятые и свернутые рубахи и другие нижние одеяния, зато под ними, на дне сундука, были более или менее аккуратно уложены посохи, луки и большое количество стрел. Металлические наконечники у всех стрел были отломлены и украдены.

Очевидно, сначала в этом сундуке хранились одни посохи; стрелы и луки, в том числе и те, которые оказались на только что описанной нами кровати, а также множество других, разбросанных по всей комнате.

Многие посохи отличаются искусной работой. Один из них оканчивается изогнутой ручкой, на которой вырезаны фигуры двух пленников со связанными руками и переплетенными ногами: африканца, лицо которого сделано из черного дерева, и азиата с лицом, вырезанным из слоновой кости. Этот последний изображен с подлинным реализмом.

На другом посохе весьма эффектно выглядит украшение из мелких чешуек, повторяющих узоры радужных крыльев жуков, а на остальных – рисунок, имитирующий кору различных пород деревьев.

Кроме посохов, здесь же лежал бич из слоновой кости и четыре меры, длиною в локоть.

Чуть левее, между этим ложем и следующим, стоял туалетный столик, и громоздилась целая куча великолепных резных алебастровых сосудов для благовоний.

Алебастровый сосуд для благовоний на подставке в форме табурета. Он украшен эмблемами долголетия и союза двух царств. В ручки вставлены шарики из обсидиана.

Царская чаша для омовений, изваянная из алебастра. Форма чаши передает распустившийся цветок лотоса. Ручки сделаны в виде цветов и бутонов лотоса, поддерживающих статуэтки, эмблемы вечной жизни. На чаше начертаны имена и титулы фараона, а по верхнему ее краю идет надпись следующего содержания: «Да живешь ты, Гор, могучий Бык, прекрасный рождениями, две богини, прекрасные повелениями своими, умиротворяющие обе страны, Гор золотой, увенчанный диадемами, угодный богам, царь Верхнего и Нижнего Египта, повелитель обеих земель Небхепрура, которому дана жизнь. Да живет твое Ка, и да пребудет оно миллионы лет, о возлюбленный Фивами, чей лик обращен в сторону северного ветра, чьи глаза – источник благоденствия».

Алебастровый сосуд для благовоний на фигурной подставке. Ручкам придана форма знака «сто тысяч лет». Связки папируса и лотоса на ручках символизируют союз обеих земель, то есть Верхнего и Нижнего Египта.

Вот все, что касается первого ложа. За ним, прямо напротив входа в комнату, стояло второе ложе с коровьими головами, загроможденное еще больше первого. На этом ложе в шатком равновесии стояла еще одна деревянная кровать, выкрашенная в белый цвет; а на ней чудом держались два стула, вернее табурета, – один плетенный из тростника, поразительно современный как по форме, так и по рисунку, и второй – из слоновой кости и красного дерева.

Под кроватью на раме ложа среди прочих предметов виднелись еще одно белое резное кресло, любопытная круглая шкатулка с инкрустациями из пластинок слоновой кости и черного дерева и два золоченых систра. Эти музыкальные инструменты обыкновенно связывают с Хатор – богиней радости и танца. Правда, у нее есть и другие атрибуты.

Все пространство в центре под ложем занимала груда овальных деревянных футляров, в которых были уложены жареные утки и другие жертвенные яства.

На полу, напротив ложа, стояли два деревянных ларца. На крышке одного из них лежали брошенный здесь воротник и связка колец, широкий табурет, сплетенный из тростника, и другой поменьше, из дерева и камыша.

Содержимое более крупного ларца было весьма интересным и разнообразным. В перечне, начертанном иератикой на его крышке, значилось семнадцать предметов из синего лазурита. Из них в ларце оказалось только шестнадцать ваз для возлияний из синего фаянса, а семнадцатая была найдена позднее в другом углу комнаты. Вместо нее в ларец было небрежно засунуто несколько других фаянсовых чаш; два оправленных по краям в синий фаянс бумеранга из электрона – сплава золота и серебра; прелестный маленький ларчик резной слоновой кости; фильтр для вина из известняка; необычайно искусно сделанные тканые одеяния и большая часть парадного панциря

Этот панцирь, к более подробному описанию, которого нам еще предстоит вернуться в других главах, состоял из нескольких тысяч золотых, стеклянных и фаянсовых деталей. Собранный полностью и хорошо очищенный, он, несомненно, будет единственной в своем роде вещью, когда-либо созданной в Египте.

Между вторым и третьим ложами лежало на боку небрежно брошенное здесь великолепное кресло кедрового дерева с искусной и тонкой резьбой, украшенное золотом.

Это великолепное кедрового дерева кресло украшено чеканным золотом, из которого сделаны крылатый солнечный диск на спинке, угловые скрепы и, шляпки гвоздей. Ножки вырезаны в форме львиных лап, когти которых выточены из слоновой кости; подставки под ними обшиты листовым золотом и бронзой.

И вот мы подходим к третьему ложу. Два чудовищных зверя, разинув пасти и показывая зубы и языки, сделанные из слоновой кости, образуют его боковые стороны. На ложе одиноко стоит большой ларец с округлой крышкой. Рама его – из черного дерева, стенки выкрашены в белый цвет. Этот ларец предназначался для нижней одежды. В нем еще остались кое-какие вещи, полотняные одеяния и тому подобное. Все они сложены