Николай Никофоров - Штурмовые бригады Красной Армии в бою

Универсальность и комплексность состава штурмовых групп, их тактика наступательного боя, в первую очередь – штурм, поставили в один ряд с другими видами оружия ранцевые огнеметы. Огнеметчики стали необходимой составной частью штурмовых групп (или отрядов) и действовали в тесном взаимодействии с саперами-штурмовиками. Причем в зависимости от задач и характера оборонительных сооружений первыми начинали штурмовые действия или саперы или огнеметчики.

Следовательно, наличие отдельных батальонов ранцевых огнеметов в составе штурмовых инженерно-саперных бригад было логически закономерным.

Вместе с тем применение огнеметных подразделений целиком в составе штурмовых групп при блокировке и уничтожении долговременных огневых точек, опорных пунктов и гарнизонов, а также при отражении контратак и штурме укрепленных населенных пунктов затрудняло управление огнеметчиками даже со стороны командиров отделений.

В целом организация батальона ранцевых огнеметов, их вооружение и материальная часть соответствовали требованиям и практическим задачам обеспечения штурмовых действий частей Красной Армии.

Создание инженерно-танковых и огнеметных танковых полков было обусловлено высокими темпами и большим размахом наступления советских войск, а также необходимостью в этой связи дальнейшего повышения маневренности инженерных войск.

Сложность и объемы инженерных задач по обеспечению штурмовых действий постоянно возрастали и требовали интенсивного и большого насыщения материальной части бригад необходимой инженерной техникой, вплоть до создания специальных инженерных частей, каковыми являлись инженерно-танковые и огнеметные танковые полки.

Однако специального саперного танка в инженерных войсках Красной Армии во время войны не было, но их потребность покрывалась за счет созданных инженерно-танковых и огнеметных танковых полков. В составе экипажей танков саперов не было, и они выполняли узкие задачи инженерного обеспечения. К сожалению, танковые полки нередко использовались как линейные. При этом полки несли большие потери и зачастую не могли выполнять инженерные задачи.

Организация полков была идентичной линейному. Основные отличия заключались в наличии табельного специального инженерного оборудования в этих полках и маломощных, по сравнению с линейными, подразделений обеспечения.

Создание и содержание инженерно-танковых и огнеметных танковых полков в составе бригад было принципиально новым в организации инженерных войск и принесло ощутимые результаты при выполнении бригадами задач инженерного обеспечения штурмовых действий частей Красной Армии на направлениях главных ударов в условиях высоких темпов общего наступления.

Таким образом, в период 1943–1945 гг. организация штурмовых инженерно-саперных бригад совершенствовалась как по пути количественного увеличения частей и подразделений в их составе, так и по пути качественного улучшения средств обеспечения и ведения штурмовых действий.

Следует отметить, что в то же время, в мае 1944 г. создаются моторизованные инженерные бригады (мибр) в составе фронтов. Это повышало надежность инженерного обеспечения фронтовых наступательных операций, придавало фронтам относительную самостоятельность в инженерном отношении – каждая мибр состояла из управления со штабом, отдельной роты управления, 3 моторизованных инженерных батальонов, батальона электрозаграждений, роты специального минирования и подразделений обеспечения. Бригады предполагалось использовать централизованно, по плану и в интересах фронта, без подчинения армиям.

Часть II

ИДУЩИЕ НА ШТУРМ

ГЛАВА 1

Первый опыт использования бригад в 1943 г.

Начало боевой деятельности штурмовых инженерно-саперных бригад (шисбр) совпало с летним наступлением Красной Армии, в ходе которого советские войска должны были преодолеть ряд последовательных рубежей с развитой системой инженерных заграждений. Основу оборонительных рубежей противника составляли полосы обороны с развитой траншейной системой с многочисленными площадками и окопами для пулеметов, минометов и противотанковых орудий, а также оборудованные дзоты. Перед первой траншеей находились противотанковые и противопехотные минные поля и проволочные заграждения с системой ловушек и сигнализации. Нередко минные поля на ряде участков были эшелонированы далеко в глубину. Водные преграды, как правило, усиливались минированием бродов и подступов к ним. Населенные пункты чаще всего приспосабливались к круговой обороне и использовались в качестве опорных пунктов. Практически все участки обороны были чрезвычайно сильно насыщены огневыми средствами на всех рубежах[94].

В подобной обстановке наиболее рациональное применение шисбр требовало их использования на наиболее важных оперативных направлениях, преимущественно там, где оборона противника имела мощное фортификационное оборудование и заграждения, с главной задачей – инженерным обеспечением штурма. При этом важным условием успеха боевого применения бригад было взаимодействие саперов-штурмовиков с другими родами войск, причем это взаимодействие не должно было сводиться к одностороннему обеспечению пехоты, танков и артиллерии, а обязательно включать поддержку саперов-штурмовиков всеми видами огня.

Уже к 1 августа в действующей армии находились 13 из 18 сформированных бригад. По одной бригаде действовало на Ленинградском, Волховском, Центральном и Юго-Западном фронтах, по две – на Калининском, Западном и Воронежском фронтах. В составе Брянского фронта находилось три бригады.

В летних операциях шисбр обеспечивали прорыв укрепленных полос противника, штурмовали опорные пункты с применением инженерных средств, устраняли заграждения, обеспечивали форсирование рек и закрепляли успех наступления, прикрывали фланги и минировали направления танковых контратак противника.

Кроме того, бригады разминировали маршруты районов сосредоточения войск, освобожденные населенные пункты, осуществляли прокладку колонных путей, содержание и эксплуатацию основных маршрутов движения боевых порядков родов войск и даже вели диверсионную деятельность в тылу противника[95].

Однако четких указаний о порядке применения шисбр не было, и они решали в этот период самые разнообразные задачи, причем не только инженерного обеспечения наступательных операций.

Хорошо вооруженные и обученные части бригад нередко использовались как стрелковые подразделения.

Так, начальник штаба 14-й шисбр в своем отчете докладывал: «... у некоторых командиров дивизий было явное непонимание задач штурмовых инженерно-саперных частей, и как только они узнавали, что наши саперы со стальными нагрудниками и носят название штурмовиков, у них сразу появлялось решение поставить задачу штурмовикам-саперам – действовать впереди наступающих частей». Или действовать в полосе двух армий. В частности, один из батальонов 14-й шисбр, обеспечивающий действия 5-й гвардейской армии Воронежского фронта, был передан другой армии. В то же время второй батальон вместе с корпусом перешел в полосу соседней армии и был передан в ее оперативное подчинение. Таким образом два батальона 14-й шисбр оказались на расстоянии ста километров от штаба бригады. При недостатке средств связи и транспорта это вызвало серьезные затруднения в управлении батальонами и в их снабжении[96].

Для боевых действий 1943 г. это было особенно характерно, причем такое понимание задач шисбр было не только «у некоторых командиров дивизий». В некоторых операциях советских войск решения об использовании шисбр как пехоты принимались и на более высоком уровне.

Об одном таком эпизоде рассказывает в своей книге И. П. Галицкий, в то время начальник инженерных войск Западного фронта[97].

Утром 7 августа 1943 г. мощной артиллерийской подготовкой, ударами авиации и наступлением 10-й гвардейской, 5-й и 33-й армий началась Смоленская наступательная операция. Особо упорное сопротивление противник оказал на линии опорных пунктов Гнездилово и Слузна, где ключевой позицией была высота 233, 3. Она прикрывала две единственные дороги, пересекающие долину речки Демина. По этой долине могла пройти только пехота; автомашины, танки, пушки вне дорог двигаться не могли. Попытки частей 10-й гвардейской армии овладеть опорными пунктами с ходу успеха не имели. Наступление застопорилось, в течение дня войска ударной группировки смогли продвинуться вперед всего на 4 км.

Разведка не вскрыла всей системы огня противника. После артподготовки и ударов авиации искусно замаскированные пулеметные гнезда и противотанковые пушки нанесли своим огнем ощутимые потери нашим войскам, в том числе инженерным. Повторная атака не дала результата, но высота должна быть взята во что бы то ни стало. Без этого дальнейшее развитие наступления становилось проблематичным.