Модернизация vs. война. Человек на Балканах накануне и во время Балканских войн (1912-1913) - Рашид Рашатович Субаев

или смерть», тесно связанной с сербской военной разведкой. В результате командование над сербскими четами перешло к участникам узкой, с доминированием офицеров, организации «Объединение или смерть», действовавшей под прикрытием своего членства в преимущественно гражданской и широкой организации «Народная оборона», а иногда и напрямую — в качестве офицеров разведки сербского Генерального штаба{239}. Подобная неформальность и в целом была характерна для действий сербской военной элиты. Так, отставной генерал русской армии Е.И. Мартынов вспоминал о своих наблюдениях времен Балканских войн: «Состав штаба верховного командования совсем невелик. Например, в оперативном отделе работало всего два офицера… Особо бросаются в глаза близкие отношения между офицерами различных отделов, которые выполняли почти все свои задания непосредственным договором, без всякой излишней бюрократической переписки»{240}.

Это тесное переплетение возможностей военного аппарата, тайных обществ и частной инициативы особенно проявилось в начале XX в. в деятельности сербской четнической организации. В то время подготовкой четников из граждан Сербии и сербов из сопредельных государств занимались отдельные офицеры военной разведки Королевства с использованием армейского оборудования, но в условиях полной конспирации. Подготовка кадров для четнического движения активно осуществлялась в 1903–1912 гг.{241}. При этом подготовка организовывалась не только для жителей Турции, но и для проникнутой националистическими настроениями сербской молодежи из Австрии. Согласно воспоминаниям члена организации «Объединение или смерть» майора А. Благоевича, в 1908 г., во время Аннексионного кризиса, он привез во Вранье (центр сербской четнической деятельности, направленной на Македонию и Старую Сербию) студентов из Венского и Загребского университетов, среди которых были и Б. Жераич, В. Гачинович и Д. Коканович. «Этих студентов я готовил 4 месяца во Вранье для работы в селах в Боснии и Хорватии с целью подготовки народа к восстанию против Австрии»{242}. Сохранилось описание такого курса от 1912 г., когда группа молодежи, прибывшая без паспортов в конце июня в Белград через австрийский город Земун, в течение шести недель в горных палаточных лагерях проходила обучение на том же юге Сербии.

Курсанты в полевых условиях занимались теорией и практикой партизанских действий, выживанием в природных условиях, стрелковой подготовкой, изготовлением самодельных и использованием фабричных гранат, практикой использования взрывчатых веществ для диверсий на мостах и железных дорогах. Проводилась и более ускоренная подготовка в городских условиях, где применялись учебные пособия по минноподрывным действиям и тактике четнических операций{243}. В дальнейшем часть этих подготовленных четников вошла в состав добровольцев: например, группа ученической молодежи из Боснии (в том числе и Г. Принцип) не позднее 25 сентября 1912 г. прибыла в Прокупле, где в начале октября самые подготовленные из них были приняты в отряд четнического воеводы Воина Танкосича, майора сербской военной разведки и одного из руководителей организации «Объединение или смерть»{244}.

О подобной деятельности было известно и австрийским властям, испытывавшим по этому поводу оправданное волнение{245}. Впрочем, в 1912 г. на очереди пока еще была не Австрия, а Турция. Между этими двумя странами официальные сербские власти и большая часть образованного общества все еще видела значительную разницу, что мешало развязыванию полномасштабных четнических операций на территории Австрии. Патриарх сербской политики Никола Пашич убеждал ретивых военных, что «не одно и то же пользоваться террористическими методами в Турции и Австро-Венгрии». Спустя 5 лет после начала Балканских войн в 1917 г. он все еще утверждал, что «в Турции было необходимо так действовать, ибо там и болгары, и греки, и турки имели такую организацию, и поэтому ее нужно было иметь и нам. Но Европа об этом знала. Мы ей сообщили, что в Турции мы можем защищаться только оружием, и это Европа знала и осудила Турцию на большие страдания. Но это не могло быть разрешено в Австрии. Это старое государство. У нее тысячелетняя династия. Европа бы этого не потерпела, и мы бы выглядели очень скверно в ее глазах в этом случае, так как нам и так приписывают разные заговоры и убийства»{246}.

Впрочем, согласно воспоминаниям Василия Трбича{247}, определенные сербские подготовительные мероприятия по отношению к Австрии имели место. Трбич приехал из Велеса в Белград весной 1912 г., где с удивлением узнал от престолонаследника о переговорах с Болгарией, планах раздела Македонии и совместном плане балканских стран об изгнании турок с Балкан. Сербские военные круги были озабочены возможностью того, что на помощь Турции придет Австрия. На следующий день на личной встрече к В. Трбичу обратился майор М. Васич, секретарь организации «Народная оборона» и член организации «Объединение или смерть». Васич обратил внимание Трбича на то, что «необходимо разведать ситуацию на дунайском мосту Ердут-Богоево и узнать, есть ли возможность в случае необходимости вывести мост из строя». Трбич, уроженец Восточной Славонии, сразу же вспомнил о своем родственнике Йоване, служившем стрелочником на этом стратегически важном мосту через Дунай в глубине австро-венгерской территории. С фальшивым турецким паспортом он отбыл в Австрию, посетил своего брата Йована и с его помощью тщательно осмотрел мост. После этого В. Трбич убедил родственника, что в случае «необходимости для сербского народа», тот должен помочь уничтожить мост путем дистанционного подрыва, закладки противопоездной мины или мины с часовым механизмом. Для непосредственного выполнения этого задания Трбич пообещал прислать в нужное время «мастера» с «подарком», после чего отбыл назад в Белград, откуда вновь вернулся в Македонию{248}.

В конце августа В. Трбича на месте начальника Горного штаба сменил Милан Джокич, подпоручик сербской армии, который до обучения в Сербии был сержантом в сербской чете, действовавшей в Македонии до 1908 г. Новый командир Горного штаба принял командование над четами{249} и перешел к необходимой разведке вспомогательных дорог, потайных троп и горных проходов. Трбич вновь отбыл в Белград, где с середины августа до середины сентября работал вместе с майорами сербского Генерального штаба М.Ж. Миловановичем и М.Гр. Миловановичем-Пилцем над уточнением карт Македонии для непосредственного ведения боевых действий. Наконец, 2 октября, около 7 часов вечера, престолонаследник Александр посетил здание Генерального штаба и вновь лично разговаривал с В. Трбичем. На следующий день офицеры сербского Генерального штаба, работавшие с Трбичем, обратились к нему с пожеланием о том, чтобы он вновь отбыл в Македонию, в результате в тот же вечер без паспорта, но с деньгами и револьвером, тот сел в поезд, отправлявшийся в Скопье…

Когда 3 октября 1912 г. последний до закрытия границы в связи с войной сербский поезд пересек границу с Турцией, турки задержали состав. Среди прочих подозрительных В. Трбич был задержан турецкой полицией, от которой ему удалось