Очерки истории Руси до монголов - Михаил Петрович Погодин

Ознакомительный фрагмент

от течения воды издают звуки и произносят имя Болеслава… Как бы то ни было, Болеслав ушел из Киева.

Святополк успел освободиться от нечаянного своего врага-благодетеля, но другой уже шел на него. Не с чем было встречать ему Ярослава, и он бежал к печенегам, а князь новгородский опять занял Киев.

Уже на другой год (1019), собрав многочисленное войско, «в силе тяжце», явился Святополк с наемными печенегами. На реке Альте, там, где погиб несчастный Борис, противники сошлись. Все поле было покрыто воинами. «Господи, – воскликнул Ярослав, – неповинная кровь вопиет к тебе, отомсти! А вы, братья, помогайте мне!» Лишь только взошло солнце, началась битва, какой еще не было на Руси: воины секли мечами, кололи копьями, так что кровь текла по удольям потоками. Три раза сходились противники, наконец к вечеру одолел Ярослав.

Святополк должен был искать спасения в бегстве, но он не мог сидеть на коне от слабости. Его положили на носилки и понесли. Ему все казалось, что за ним гонятся, и он беспрестанно оборачивался назад, погоняя своих воинов. Лишь только те останавливались где-нибудь, как он высылал их осведомляться: «Посмотрите, не гонятся ли за нами». Отроки возвращались с ответом, что погони никакой не было, но больной вскакивал и кричал опять: «Гонятся, побежим!» – и воины должны были с ним спешить дальше и дальше. Так достигли они Бреста, города Туровского княжества. Святополк не успокаивался и никак не мог оставаться на одном месте. Ему все чудилась погоня. «Несите дальше, дальше!» Они пробежали Лядскую землю, говорит Нестор, и там, где-то за нею, Святополк «зле изверже живот свой».

Битва на Альте (1019 г.). Радзивилловская летопись. XV в.

Великий князь Ярослав. (1019–1034)

Ярослав мстил Святополку за смерть своих братьев, но было за что мстить и ему. Полоцкий князь Брячислав, сын Изяслава, внук славной Рогнеды, унаследовал ее кровную ненависть к потомству разлюбившего ее мужа.

Брячиславу, в войне с Ярославом, помогали много, по рассказам норманнских странников, его прежние соратники, Эймунд и Рагнар, что мы узнаем из Эймундовой саги. «Служив киевскому князю несколько лет, сребролюбивые норманны были недовольны его скупостью; он всегда задерживал договорное жалованье, а, наконец, утвердясь на столе киевском, начали прижимать их так, что те решились оставить его совершенно. Ну так что же вы будете делать?» – спросил их Ярослав на прощанье. «Чего тебе хочется всего меньше, – отвечали они, – мы пойдем к Брячиславу», – и с этими словами отправились они к своим ладьям.

Ярославу было очень неприятно лишиться таких сподвижников, а еще менее получить в них врагов. Жена его Ингигерда, которая принимала деятельное участие во всех делах, по обычаю жен норманнских, как Ольга, как Рогнеда, пошла вслед за ними с ярлом Рагнвальдом и несколькими мужами. Все Эймундовы люди стояли на берегу и готовились отплыть. Они доложили своему князю, который сел уже в лодку, что княгиня хочет с ним видеться. «Я не верю ей, – молвил Эймунд, – она похитрее будет своего мужа, но уклоняться от беседы не годится». Рагнар хотел было проводить своего товарища, но тот остановил его, сказав: «Ведь мы не на войну выходим». Он подошел к тому месту, где дожидалась его княгиня со своими. Все они сели на холме. На Эймунде был плащ с завязанными тесемками; под полою спрятан был меч. Княгиня и Рагнвальд, говоря, подвигались к нему ближе и ближе, так что прикасались платья. «Нехорошо, – сказала Ингигерда, – что вы так расстаетесь с князем; мне хотелось бы уладить дело». Между тем ни у нее, ни у Эймунда, руки не оставались в покое: Эймунд развязывал тесемки, Ингигерда спускала рукав. Он уже догадался, что здесь не без козни, и в самом деле, лишь только княгиня, высвободив руку, подняла ее кверху, как ее люди бросились на Эймунда, но он успел отскочить, сбросив с себя развязанный плащ, а Рагнар, наблюдавший за беседою из лодки, бежал уже на помощь с товарищами, которые бросились с яростью на людей княгининых и хотели их перебить… Эймунд удержал: «Не надо, пусть идут они в покое домой, я не хочу ссориться с конунгом». Ингигерда, смеясь над своей неудачей, разумеется, принужденно, удалилась к себе, а Эймунд с Рагнаром поплыли в Полоцк.

Брячислав напал на Новгород, пленил многих жителей и захватил богатую добычу. Ярослав догнал полоцкого князя на обратном его пути около реки Судомы и победил, однако же дал ему в придачу к прежней волости Витебск и Усвят (1021). Норманны рассказывали, что Эймунд и Рагнар успели захватить здесь в плен Ингигерду, ехавшую к мужу, выждав ее в засаде, чем и содействовали к заключению мира между князьями. Первый получил себе в управление северо-западную область с обязанностью охранять пределы Русской земли с этой стороны.

Вскоре за этой войной Ярослав должен был защищаться от брата своего Мстислава, князя тмутараканского, который, один из всех сыновей Владимира, еще оставался в живых, кроме Судислава, княжившего, вероятно, в Пскове.

Мстислав, истинный витязь в норманнском духе, стал ужасом всех своих соседей около Черного моря. Прежде всего он помог грекам уничтожить Хазарскую державу в Тавриде. Потом ходил он на соседних с Тмутараканью касогов (1022). «Зачем губить нам воинов, – предложил ему касожский князь Редедя, – сразимся лучше мы двое, и не оружием, а борьбою. Одолеешь ты – и возьмешь мои владения, мою землю, жену и детей; а если я одолею, то возьму все твое». Мстислав согласился. Они схватились, боролись долго и крепко, тмутараканский князь начал изнемогать. «Мать Пречистая Богородица, – воскликнул он, – помоги, я выстрою тебе церковь», – и, напрягши все мышцы, стиснул Редедю и ударил оземь, вынул нож и зарезал. Потом овладел всей землей его, взял жену и детей, ставших родоначальниками некоторых нынешних дворянских фамилий, обложил жителей данью и возвратился в Тмутаракань, где и заложил церковь Св. Богородицы, которая стояла там еще при жизни летописца.

Но Мстиславу хотелось больше земель из отцовского наследства. Он пошел на Киев, взяв с собою хазар и касогов (1023). Киевляне не пустили его, однако же, к себе, хотя Ярослава не было тогда дома: он уезжал в Новгород, а оттуда должен был отправиться в Суздальскую землю, где возмутился народ вследствие голода: волхвы пустили там молву, что старые бабы держат припасы. Народ принялся их избивать, и насилу Ярослав успокоил людей Божиим страхом. Казнил одних волхвов, а других разогнал. За житом послали Волгой купцов в Болгарию, которые привезли всего вдоволь, и народ ожил.

Чтоб отбиться от своего нового врага, Ярослав должен был возвратиться в Новгород и искать помощи там, где находил ее отец его и прочие князья, во всяком случае нужды, –