Валентина Григорян - Царские судьбы

3 марта 1712 года английский посланник доносил своему правительству: «Вчера царь всенародно праздновал брак со своей женой Екатериной Алексеевной… Венчание было совершено частным образом в семь часов утра в маленькой часовне, принадлежащей князю Меншикову… Собственные дочери Екатерины, пяти и трех лет, исполняли обязанности фрейлин…» В этот день был дан большой прием во дворце, состоялся парадный обед, был устроен фейерверк. Некоторые сановники, да и простые подданные государя роптали, считая этот церковный брак, второй по счету, недействительным, так как духовная власть не расторгала первого брака Петра с Евдокией Лопухиной, а она была еще жива. А сын его от этого брака Алексей, находившийся в то время в Германии, получив известие, написал своей мачехе поздравительное письмо: «Мадам, слышал я, что Государь-батюшка изволил Вашу милость объявить себе супругой, и с сим Вашу милость поздравляю и прошу вас, дабы и в милости Вашей ко мне прежней содержан был, в чем имею надежду. Алексей».

Став законной супругой российского царя, Екатерина никогда не кичилась своим высоким положением и не забывала о своем прошлом. Во время визита в Германию Петра I сопровождавшая его Екатерина проявляла явно подчеркнутое уважение к королеве Пруссии, как бы показывая этим, что высокое положение царицы не заставило ее забыть разницы между прусской государыней и ею, родившейся в самой простой семье. Ее привязанность к Петру с годами нисколько не уменьшилась, она старалась быть вместе со своим непоседливым супругом. В редкие моменты разлуки Катерина посылала ему короткие письма и небольшие подарки, чаще всего напитки, фрукты или что-либо из теплых вещей. Вот одно из таких посланий, написанных по-немецки в 1715 году: «Посылаю к вашей милости венгерского вина и пива несколько бутылок, також винные ягоды и дынь из нашего огорода. Дай Боже вам и тем, кто вам верно служит, кушать на здоровье!»

Иногда записочки были проникнуты чрезмерной чувственностью, подчас в несколько грубоватых формах. Однако вся переписка этих царственных особ свидетельствует об их взаимной любви и трогательной нежности друг к другу. Хотя царь был ласковым и доверчивым со своей супругой, она никогда не вмешивалась в его дела, хотя была и в курсе волновавших его вопросов, правда, только в общих чертах. Он, со своей стороны, обращался к ней иногда с незначительными поручениями, например, купить подарки, нанять художников и мастеровых для работы за границей… Вся забота Катеринушки была направлена лишь на то, чтобы сохранить расположение царя к себе, удерживать его от каких-либо излишеств, умерять его гнев, когда он был готов обрушить его на кого-либо из своих подданных.

В 1724 году, в годовщину своего бракосочетания, которая праздновалась в Москве, Петр сам подготовил фейерверк, который был пущен у окон императрицы: их инициалы, сплетенные в сердце, а над сердцем — корона. Настоящая корона, специально заказанная и превосходившая своим великолепием все прежние, была возложена на голову Екатерины через два месяца. Она была украшена бриллиантами и жемчугом, наверху большой рубин, сверкавший всеми своими гранями. Возложил корону на голову супруги сам Петр в момент коронования ее в Успенском соборе Кремля. Екатерина была так растрогана, что, стоя на коленях перед алтарем, плакала и пыталась обнять ноги царя. Он поднял ее и передал ей державу. Скипетр же — как символ царской власти — он оставил себе. У двери церкви Екатерину ждала позолоченная карета, привезенная из Парижа, с императорской короной наверху.

Придя к власти после смерти Петра, первая российская императрица все еще обладала удивительной притягательной силой и женственностью. Современники называли ее красивой, «с особой грацией во всех движениях, со светлой и ясной головой и всегда в хорошем настроении… Ко всем Екатерина относилась исключительно доброжелательно и никогда не забывала, что вышла из бедности». Людям, оказавшим ей когда-либо услугу, она старалась отплатить добром. Многих своих родственников Екатерина, бывшая Марта Скавронская, разыскала и велела построить для них в Петербурге дома. Несчастным императрица всегда старалась помочь и была к ним очень сострадательна. К ней являлись солдаты, матросы, рабочие: кто просил о помощи, а кто просил матушку-царицу быть крестной его ребенку. Государыня старалась никогда не отказывать.

Любила Екатерина предаваться развлечениям, охотно скакала на лошади и, несмотря на некоторую свою грузность, выглядела при этом исключительно элегантной и грациозной. С удовольствием она посещала балы и театральные представления, устраивала многочисленные ночные празднества.

Екатерина любила застолье. Обычно первым к ней приходил утром с докладом Меншиков. Разговор всегда начинался с вопроса: «Ну, что мы будем пить сегодня?» Чаще всего выбиралась данцигская водка, иногда водка, смешанная с различными иноземными ликерами. Иногда могло быть и венгерское вино. Последнему она отдавала особое предпочтение по вечерам, макая в него баранки и с наслаждением съедая их в больших количествах.

Было подсчитано, что за два года царствования шестой государыней Романовой было выпито водки и вина на сумму в 1 миллион рублей. И это в то время, когда общие расходы России не превышали 10 миллионов!

Развлечениями императрицы ведала фрейлейн Иоганна, старая горничная царицы, немка по происхождению. Среди приближенных Екатерины были и другие немцы; особое место при дворе занимал барон Левенвольдт, родом из Люнебурга. Он воспользовался близким знакомством с герцогиней Курляндской, дочерью царя Иоанна, и приблизился ко двору. Всеми силами Левенвольдт старался устроить в России свою карьеру. Он был красив, имел прекрасные манеры, тратил на игру в карты и другие прихоти большие суммы денег, получаемые главным образом от женщин. Умел барон устраивать великолепные праздники и интимные пирушки. Екатерина приняла барона в свой круг. Говорили, что он даже стал ее любовником. Да чего только про нее не говорили! У Екатерины был любимый попугай. Его коронной фразой была такая: «Ой est verite?»[2]

Ну, а каковы были нравы при дворе этой императрицы? День превращался в ночь, повсюду царило безделье. Казна пустела, всюду процветали произвол и злоупотребления. Из-за неурожаев в последние два года в стране был голод, росли цены на хлеб, увеличивалась смертность населения.

Екатерина I была у власти лишь два года и два месяца. В возрасте сорока трех лет она скончалась. Много толков ходило вокруг ее преждевременной смерти — одни говорили, что у нее была опухоль в легком, другие утверждали, что умерла императрица от излишнего употребления алкогольных напитков и лакомств, поскольку к своему здоровью она относилась небрежно. Незадолго до ее кончины один из иностранных посланников писал в своем докладе: «Царица продолжает с некоторым излишеством предаваться удовольствиям до такой степени, что это отзывается на ее здоровье… Так как она чрезвычайно полна и ведет жизнь очень неправильную, то думают, что какой-нибудь непредвиденный случай сократит ее дни».

В последние недели у Екатерины сильно опухли ноги, да и сама она очень располнела. Врачи полагали, что у нее водянка. Сама же царица не обращала на это достойного внимания и продолжала вести неразумный образ жизни. Это и ускорило ее смерть, которая наступила весной 1727 года, ровно через три года после коронации. Многие искренне оплакивали кончину этой сердечной женщины, вышедшей из простого народа и достигшей вершины власти. В Петербурге был настоящий траур — первой российской императрицы не стало…

Еще за год до смерти Екатерина издала указ о престолонаследии, во избежание в будущем каких-либо случайностей. Согласно этому указу, назначать престолонаследника должен был отныне Верховный тайный совет. В наследники императрицы намечался внук Петра от первого брака, сын царевича Алексея. Искали даже пути сближения будущего императора с семейством Екатерины — один из планов был женить его на младшей дочери Екатерины, Елизавете, не считаясь с разницей лет и желанием самой цесаревны. Императрица уже готова была согласиться с этим, надеясь уговорить дочь, но вдруг переменила намерение: по предложению австрийского двора она якобы дала согласие на помолвку наследника престола с дочерью Меншикова. Этого хотел бывший фаворит ее мужа, а теперь практически глава правительства, которого Австрия стремилась привлечь на свою сторону и поэтому всячески поддерживала. План этот, держался в строгом секрете.

Завещание Екатерина I подписала за несколько дней до смерти, но не сама лично. Вместо больной и ослабевшей матери подпись поставила цесаревна Елизавета.

Петр II

 разу же после смерти Екатерины I в присутствии императорской фамилии, Верховного тайного совета и прочих высоких должностных лиц было прочитано ее завещание. В нем она назначала себе в преемники по праву первородства внука Петра Великого, сына несчастного царевича Алексея и немецкой принцессы Шарлотты. Вступая на престол, он должен был дать клятву, что никто из участников вынесения приговора его отцу не подвергнется преследованию. Мальчику в это время было всего двенадцать лет, звали его Петр. На время до совершеннолетия Петра «с полной властью самодержавного государя» утверждался Верховный тайный совет.