Виктор Степаков - Русские диверсанты против «кукушек»

№ 29/1/оп 2 июня 1942 года. г. Беломорск.

…

3. Боевой задачей отряду на период нахождения в тылу противника поставить:

а) — нарушение коммуникаций противника путем нападения на транспорт противника и выведение его из строя, уничтожение мостов и переправ.

д) — захваченных пленных, после получения полных разведданных уничтожить, особо важных пленных из офицерского состава при возможности переправлять в наш тыл…»

«Боевой приказ

Представителя Центрального Штаба Партизанского Движения, Члена Военного Совета Карельского Фронта.

4 октября 1942 гор. Беломорск.

Приказываю:

1. Командиру разведгруппы тов. Полевику с группой в количестве 5 человек 7 октября с/года выступить по маршруту: Сегежа — разъезд Сужицы — и далее походным порядком: Услаг 53 кв. — Бар /5630/ — выс. 132, 0/56 — высота 160,4/7008/ — высота 162,2/7402/ переправиться через Елмозеро — далее высота 152,2/6009/ — высота 195,1/3682/ с заданием:

а) — разведать местность по маршруту движения бригады и установить имеются ли признаки, указывающие на пребывание партизанского отряда „Мстители“ под командованием командира отряда тов. Попова (следы отряда, могилы погибших партизан, брошенные и утерянные предметы из обмундирования, снаряжения и вооружения, места ночевок, привалов, оставшиеся костры, места боя).

б) — связаться с рыбаком, проживающим в Тухковаара (2004) и допросить:

1. Где находятся гарнизоны противника, их численность, имеющееся вооружение.

2. Заходят ли к нему финны, что говорят, были ли русские, что говорили, когда были и сколько.

3. Что известно о партизанах.

в) — по выполнению первых двух задач немедленно возвратиться обратно.

По пути движения захватить „языка“ и тщательно его допросить по вопросам согласно данного Вам личного инструктажа. После допроса и выяснения всех вопросов уничтожать, скрыв все следы.

Председатель Центрального Штаба Партизанского Движения Член военного совета Карельского фронта (С. Вершинин)»[163].

Впрочем, такие распоряжения отдавались не всегда. Достаточно часто в приказах РШПД строго указывалось на необходимость захвата и, что немаловажно, доставки в тыл военнопленных финской армии. Нередко и сами партизаны нарушали отданные им распоряжения и выводили в тыл солдат финской армии, проходя с боями многие сотни километров. Так, например, партизанский отряд «Железняк», совершив почти трехсоткилометровый рейд, доставил на советскую территорию двух пленных — Тойво Мартикайнена и Мауно Кикконена[164]. В противовес этому, в отношении советского гражданского населения, оставшегося на оккупированной территории, нередко существовали несколько другие распоряжения: «население, проживающее в деревнях, вывести в наш тыл, при сопротивлении уничтожать»[165].

В протоколах допросов финских военнопленных советские следователи и военные дознаватели часто делали упор на аналогичные неправомерные действия, которые совершали и финские солдаты в отношении советских военнопленных, находясь в тылу советских войск. В качестве примера приведем выдержку из протокола допроса военнопленного Матсинена Вилхо[166], солдата диверсионно-разведывательного батальона Генерального штаба финской армии, о полученной установке:

«Поход — январь 1944 года… Если захваченные пленные будут иметь лыжи — привести их с собой, в обратном случае допросить и уничтожить на месте»[167].

Подобные сведения содержатся и в воспоминаниях некоторых других бывших солдат финской армии. Есть также документы, собранные специальными комиссиями подразделений Карельского фронта, в которых зафиксированы случаи издевательств, пыток и расстрелов пленных военнослужащих Красной Армии. Так, например, «…пленный солдат Кайвула[168] показал, что он видел несколько русских пленных, из них двух офицеров. Один офицер на допросе в штабе полка отказался отвечать на вопрос. Его вывели за 200 метров и расстреляли. Второй офицер, лейтенант, был ранен в ногу, на допросе вообще ничего не отвечал, его отправили в штаб дивизии за 10 км, хотя он и был тяжело ранен»[169].

Таким образом, можно сделать вывод, что обе воюющие стороны в ходе конфликта не всегда соблюдали положения Женевской конвенции и иногда жестоко обращались с пленными и убивали их.

В 1942 году активность карельских партизан заметно выросла. Изменились и масштабы боевых операций, о чем можно судить по донесению от 14 января 1942 года командования 1-й партизанской бригады:

«Бригада в составе 7 отрядов выступила на Большой Клименецкий остров и произвела нападение на гарнизоны противника, расположенные в Клименицах, Конде, Воевнаволоке, Сенной Губе и Кургеницах. В результате этого нападения гарнизоны в Клименицах, Конде, Воевнаволоке и Сенной Губе были разгромлены, территория всего Сенногубенского сельсовета освобождена от противника. В боях противник потерял 71 чел. убитыми и 13 чел. ранеными. Кроме того, захвачено 13 чел. пленных, в том числе 7 капралов. В числе трофеев — 19 станковых пулеметов, 2 автомата, 80 гранат, 50 винтовок, свыше 30 тыс. патронов, 5 пистолетов „маузер“, радиостанция, 6 выездных лошадей и разное военное имущество. Захвачено большое количество штабных и оперативных доку ментов у арестовано 5 человек предателей из местного населения. В деревнях проведены общие собрания граждан, распространены листовки. Трофеи, имущество и пленные доставлены на восточный берег Онежского озера.

Наши потери: убитых — 15, раненых — 39 чел.

Ночью с 10 на 11 января противник бросил из Петрозаводска через озеро на автомашинах батальон специально на ликвидацию бригады. В северной части Клименецкого острова два отряда под давлением артиллерийского и минометного огня были вынуждены отойти на исходную позицию. Не считая возможным в сложившейся обстановке закрепить очищенную территорию южной части острова, мы приняли решение вывести остальные отряды в тыл»[170].

В ходе боевых действий случались и неудачи. 5 марта 1942 года отряд «Полярник» прибыл в Пудож в распоряжение 1-й партизанской бригады, затем был передислоцирован в Шалу и введен в дело без какой-либо подготовки.

Задание штаба бригады предусматривало совершить выход отряда в Заонежский район, занятый противником, где следовало проверить достоверность данных разведки о силах и средствах неприятеля в некоторых населенных пунктах, захватить два станковых пулемета на мысе Лакнаволок, уничтожить вражеский гарнизон, захватить «языка» и штабные документы.

В этом первом мартовском рейде проявились все недостатки подготовки отряда. За небрежность или халатность организаторов отряд заплатил кровью своих бойцов. В самом начале пути по льду Онежского озера противник обнаружил отряд своей авиаразведкой. При подходе цепочки бойцов к о-ву Клименецкому по ним ударил пулеметный и минометный огонь, два человека погибли, двое были ранены, три бойца пропали без вести.

Целый месяц отряд отдал изнурительным тренировкам, выработке тактики, в том числе работе маленькими группами, с последующим их объединением для нанесения концентрированного удара по важному объекту.

Однако и следующая операция была неудачной.

Вскоре отряд «Полярник» перебросили на Кандалакшское направление, с получением постоянного оперативного района — в тылах немецких 163-й и 169-й пехотных дивизий.

Проанализировав причины первых неудачных рейдов, руководство отряда пришло к однозначному выводу, что весной, летом и осенью, вплоть до выпадения снега, в приполярном районе необходимо действовать группами численностью до взвода.

23 июня 1942 года начался 55-дневный рейд «Полярника» по маршруту Ваянвара — Куолаярви — Кемиярви.

Командир отряда Д. А. Подоплекин рассказывал об этом в своих воспоминаниях:

«Первая операция — крушение эшелона — была поручена группе под командованием Варлычева. Минер Костылев с напарником Мельником подползли к железнодорожному полотну незадолго до подхода поезда. В нишу между шпалами заложили 12 килограмм тола и установили мину нажимного действия. Из кустов партизанам хорошо было видно то место, где стояла мина. Казалось, паровоз проскочил заминированный участок. Но нет, все в порядке: под колесами взметнулось пламя, паровоз, привстав на дыбы, рухнул под откос, и вагоны стали налезать друг на друга»[171].

Вторая группа под командованием Невзорова взорвала 70-метровый мост, только что выстроенный немецкими саперами.

Взвод А. Пархимовича напал на станцию Кайрала. Пока часть взвода расстреливала в казарме немецких солдат, группа Емельянова термитными шарами подожгла склад с боеприпасами, а саперы взвода подорвали стрелки. На станции было сожжено 17 вагонов, 2 казармы, склад с боеприпасами, убито около 70 солдат и офицеров противника. К сожалению, в этом бою погиб А. Пархимович. Затем группа под командованием командира отряда напала на гарнизон в поселке Корья.