Александр Елисеев - 1937. Сталин против заговора «глобалистов»

Берлинский корреспондент «Правды» и сотрудник ГРУ А. Климов сообщал о том, что в немецкой военной верхушке вовсю говорят о связях с верхушкой РККА и лично Тухачевским. Перебежчик А. Орлов после войны тоже подтвердил, что Тухачевский готовил заговор против Сталина.

Но, на мой взгляд, особенно интересно свидетельство руководителя политической разведки Рейха В. Шелленберга. Он сообщает о решении Гитлера поддержать Сталина против Тухачевского. Хитроумный фюрер полагал, что тем самым он обезглавит и ослабит Красную Армию, хотя произошло обратное, ибо такие полководцы РККА только ослабляли.

«Гитлер... распорядился о том, чтобы офицеров штаба германской армии держали в неведении относительно шага, замышлявшегося против Тухачевского, так как опасался, что они могут предупредить советского маршала, — пишет Шелленберг. — И вот однажды ночью Гейдрих (шеф имперской безопасности. — А. Е.) послал две специальные группы взломать секретные архивы генерального штаба и абвера, службы военной разведки, возглавлявшейся адмиралом Канарисом. В состав групп были включены специалисты-взломщики из уголовной полиции. Был найден и изъят материал, относящийся к сотрудничеству германского генерального штаба с Красной Армией. Важный материал был также найден в делах адмирала Канариса. Для того чтобы скрыть следы, в нескольких местах устроили пожары, которые вскоре уничтожили всякие следы взлома. В поднявшейся суматохе специальные группы скрылись, не будучи замеченными. В свое время утверждалось, что материал, собран- [- 124 -] ный Гейдрихом с целью запутать Тухачевского, состоял большей частью из заведомо сфабрикованных документов. В действительности же подделано было очень немного — не больше, чем нужно было для того, чтобы заполнить некоторые пробелы. Это подтверждается тем фактом, что весьма объемистое досье было подготовлено и представлено Гитлеру за короткий промежуток времени — в четыре дня».

Многие историки относятся к мемуарам шефа политической разведки Рейха весьма скептически. Дескать, никаких мемуаров Шелленберг не писал, а его перу принадлежит всего лишь обширная автобиография и несколько показаний. Как утверждают, на этой базе и были скомпилированы «мемуары».

На самом деле это мало что меняет. Главное — это сама информация о том, что Тухачевский и в самом деле поддерживал тайные (от советского политического руководства) контакты с немецкими генералами. Именно тайные, иначе какой смысл было выкрадывать материалы с тем, чтобы сообщить их Сталину? Об официальном сотрудничестве между военачальниками обеих стран и так было хорошо известно.

Даже если эта информация приведена не самим Шелленбергом (а почему, собственно?), то она уже опровергает положение о том, что дело Тухачевского возникло на пустом месте. Так что данные, приведенные выше, крайне важны и однозначно свидетельствуют в пользу тайной, заговорщической деятельности.

Заговор военных, конечно же, не был сугубо внутриполитическим делом СССР (как не были им и другие заговоры). Он выходил на очень серьезные мировые центры. О чем же идет речь?

На сей счет существуют разные мнения. Так, А. М. Иванов в своем исследовании «Логика кошмара» предполагает, что Тухачевский придерживался англо-французской ориентации и пошел на сговор со странами западной демократии: «Руководство запад- [- 125 -] ных держав, совершенно правильно считая Гитлера своим главным врагом, стремилось создать ему противовес в лице Советского Союза. С этой целью в мае 1935 года был заключен договор о взаимопомощи между Францией и СССР, т.е. европейская политика вернулась на круги своя, к периоду действия франко-русского договора 1893 — 1917. Но в конце 1936 года в Берлине появился личный эмиссар Сталина Д. Канделаки, который вел переговоры с Шахтом. Поползли слухи о Возможной Переориентации Советского Союза. В феврале 1917 года Франция и Англия, опасаясь заключения Россией сепаратного мира, организовали по масонским каналам генеральский мятеж и свержение Николая П. В 1936 году, судя по всему, аналогичным способом пытались разделаться со Сталиным. Сходство почерка наводит на мысль об использовании тех же самых каналов. В январе 1936 года новоиспеченный маршал Тухачевский... направился в Лондон в составе делегации, возглавлявшейся Литвиновым. Послом в Англии был тогда Майский (Ля-ховский), бывший бундовец, а военным атташе Витовт Путна, командовавший дивизиями под началом Тухачевского на Восточном и Западном фронтах. Так связывались ниточки. После Лондона Тухачевский посетил Париж, где имел беседу с генералом Гамеленом».

В подтверждение этому можно привести слова генерала К. Шпальке, который в 1931 -- 1937 годах возглавлял отдел «Иностранные армии Востока» немецкого Генштаба. Генерал, неоднократно общавшийся с Тухачевским, пишет о его геополитической ориентации следующее: «Тухачевский превратился в рупор тех офицеров, которые больше ничего и слышать не желали о прежнем многолетнем сотрудничестве с германской армией... Поездка в Лондон, а еще больше остановка в Париже задала нам загадку. Советский Союз представляет на коронации (в Лондоне) маршал, потом этот Тухачевский, знакомый нам своими недружественными речами, едет еще и в Париж! Короче говоря, ничего хоро- [- 126 -] шего за этим мы уже не видели... У Тухачевского, с его аристократической польской кровью, можно было предполагать гораздо больше симпатий к Парижу, нежели Берлину, да и всем своим типом он больше соответствовал идеалу элегантного и остроумного офицера французского Генштаба, чем солидного германского генштабиста. Он пошел на дистанцию к Германии, был за войну с Германией на стороне западных держав».

В то же самое время многие исследователи склонны приписывать Тухачевскому именно прогерманскую ориентацию. И у них в распоряжении тоже есть весьма ценные свидетельства. Так, в 1936 году на официальном обеде в советском посольстве Тухачевский сказал министру иностранных дел Румынии следующее: «Напрасно, господин министр, вы связываете свою карьеру и судьбу своей страны с судьбами таких старых, конченных государств, как Великобритания и Франция. Мы должны ориентироваться на новую Германию. Германии, по крайней мере в течение некоторого времени, будет принадлежать будущее на европейском континенте. Я уверен, что Гитлер означает спасение для нас всех» (запись была сделана заведующим отделом печати румынского посольства в Париже Э. Ш. Эссезом).

Германофильский настрой Тухачевского подтверждает и французская журналистка Ж. Табуи, которая писала: «В последний раз я видела Тухачевского на следующий день после похорон короля Георга. На обеде в советском посольстве русский маршал много разговаривал с Политисом, Титулеско, Эррио и Бонкуром. Он только что побывал в Германии и рассыпался в пламенных похвалах нацистам. Сидя справа от меня и говоря о воздушном пакте между великими державами и Гитлером, он не переставая повторял: «Они уже непобедимы, мадам Табуи!»

Тухачевский — поклонник Гитлера? Странно, вообще-то ему должны были больше импонировать его коллеги — немецкие генералы, с которыми он (и его [- 127 -] группа) тесно сотрудничали в 20 — 30-е годы. Гитлер был убежденным сторонником партийной диктатуры, но это вряд ли могло понравиться Тухачевскому. Скорее уж ему подошли бы идеи немецкого генерала Г. фон Секта (сторонника сближения с Россией) о необходимости военной диктатуры.

В своих воспоминаниях А. Шпеер утверждает, что Гитлер отрицал вину Тухачевского. То есть с гитлеровским режимом маршал не сотрудничал.

Кстати, весной 1936 года Тухачевский заявил немецким генералам следующее: «...Если Германия изменит свою позицию, ничто не помешает дальнейшему советско-германскому сотрудничеству, как это было тогда, когда в прошлом обе страны ощущали преимущества своей дружбы, ведь тогда они могут диктовать свои условия всему миру». Под «изменением позиции» здесь, скорее всего, надо подразумевать отстранение Гитлера от власти и создание военной диктатуры. И можно только согласиться с теми исследователями (А. И. Колпакиди, Е. О. Прудникова), которые говорят о двойном заговоре, направленном против «партийных вождей» — Сталина и Гитлера («Двойной заговор. Сталин и Гитлер: Несостоявшиеся путчи»). Что же до цитированных «обеденных» высказываний Тухачевского, то они, скорее всего, были этаким эпатажем. Хотя не исключено, что Тухачевский пытался как бы прикрыть своих немецких коллег, настроенных оппозиционно в отношении Гитлера. Делая реверанс перед Германией, он вынужденно расшаркивался и перед Гитлером, чтобы не обращать внимание спецслужб на оппозиционную деятельность генералитета. Наконец, нельзя сбрасывать со счетов и возможность того, что прогитлеровские высказывания Тухачевского были искажены. То есть прогерманский настрой кто-то дополнил настроем пронацистским. Вообще, официально Тухачевский был объявлен агентом гитлеровской Германии (именно эту его вину и отрицал Гитлер).