Вадим Эрлихман - Английские короли

В общем и целом признавая заслуги Завоевателя, ни современники, ни потомки не платили ему искренней привязанностью. Это сказалось и на посмертной судьбе короля. В 1522 году гробница Вильгельма в Кане была вскрыта и изучена; в ней нашли громадного роста скелет и портрет на дереве, с которого была сделана копия сомнительной точности. Дело в том, что живописец XVI столетия изобразил короля с окладистой бородой по тогдашней моде. Однако, скорее всего, Вильгельм по нормандскому обычаю брил бороду и стриг волосы «в скобку». В скором времени гробницы Вильгельма и Матильды были уничтожены гугенотами как «идолы»; уцелевшие жалкие останки сложили в гроб и перезахоронили в другом месте. Еще раз их осквернили во время Французской революции, а в 1961 году смогли, наконец, исследовать с помощью современных методов, но от костей уже почти ничего не осталось. В Англии не уцелели ни корона Вильгельма, ни построенные им сооружения. Остались только письменные свидетельства, из которых лучше всех говорит об отношении англичан к своему монарху мемориальная запись в «Англосаксонской хронике». В ней о Вильгельме говорится, что он «повсюду строил замки и угнетал простых людей», зато «берег оленей и бобров, будто был им родным отцом». Неизвестный хронист в корявых англосаксонских стихах порицал жадность короля: «Стяжательство обуяло его, и деньги возлюбил он превыше всего».

После смерти Вильгельма Англия долгие годы не знала мира. Ставший королем Вильгельм II Рыжий в полной мере унаследовал жестокость и корыстолюбие отца, но не обладал его волей и государственным умом. Он снова бросил в тюрьмы всех освобожденных Вильгельмом и заключил еще многих — часто лишь затем, чтобы конфисковать их земли и округлить таким образом королевские владения. Он годами не назначал епископов, а сам тем временем распоряжался церковными доходами. Четыре года после смерти Ланфранка пустовала и кафедра архиепископа, а когда назначенный в 1093 году на эту должность выдающийся философ Ансельм стал обличать грехи короля, Вильгельм, недолго думая, отправил его в изгнание. Решил он завладеть и богатой Нормандией. Сначала вместе с Робертом он отказался выдать Генриху положенные по завещанию деньги; тот со своей дружиной обосновался на неприступном утесе Мон-Сен-Мишель и оттуда совершал набеги на Англию и Нормандию, пока братья не осадили его укрытие и голодом не вынудили сдаться. Потом братья схлестнулись между собой по вине все того же Одо из Байе — он поссорился с Вильгельмом и вместе с людьми Роберта жестоко разорил Кент. Наконец братья помирились, а честолюбец-епископ навсегда покинул Англию. Вскоре воинственный и склонный к авантюрам Роберт отправился в Крестовый поход, и Вильгельму удалось добиться от него права управлять Нормандией в его отсутствие.

Единственным успехом Вильгельма была победа над Шотландией. В 1093 году он убил в сражении старого Малькольма Кенмора и добился от его сына Дункана принесения ом-мажа. Но успех оказался относительным: вскоре Дункан был убит и его сменил старый Дональбан, который не только отказался от оммажа, но и изгнал из страны всех англичан. Шотландский поход был единственным — Вильгельм предпочитал проводить время на пирах в окружении красивых юношей, которые, по словам Вильгельма Малмсберийского, «превосходили изяществом дам». К женскому полу король не проявлял абсолютно никакого интереса, поэтому потомства у него не было, и братья с нетерпением ожидали его смерти. Ждать пришлось недолго: 2 августа 1100 года, охотясь в устроенном его отцом Новом лесу, Вильгельм был сражен стрелой лесничего Уолтера Тиррела. Тот утверждал, что это произошло случайно, а других свидетелей инцидента не было. Многие знали, что Тиррел близок к принцу Генриху, но долго разбирать дело не стали. Вильгельма не любили так сильно, что во многих церквях отказались служить по нем заупокойные мессы.

Королем стал Генрих I Боклерк, разумный и осторожный правитель. Он владел как Англией, так и Нормандией; правда, вернувшийся из Крестового похода Роберт попытался предъявить права на свои владения, но в 1106 году Генрих разбил его и заключил в темницу, где тот просидел 28 лет до самой смерти. Как младший сын, которого готовили к возможной духовной карьере, Генрих получил хорошее образование — то есть умел читать и писать, что для короля того времени было не таким уж обычным явлением. Он устроил у себя первую светскую библиотеку со времен короля Альфреда Уэссекского, а также завел в Тауэре первый в Англии зоологический сад. Он также снизил тяжелые налоги, введенные обоими Вильгельмами, и принял закон, который закрепил равенство нормандцев и англосаксов перед законом и судом. Более того — он женился на Эдгите, или Эдит, дочери Малькольма Шотландского и Маргариты, сестры этелинга Эдгара. Этот брак укрепил связи Нормандской династии как с шотландской монархией, так и с покоренным англосаксонским населением.

И в Британии, и на континенте Генрих вел активную политику, действуя как военными, так и дипломатическими средствами. В войне с французским королем Людовиком VI он смог отстоять Нормандию и Мен, а в 1128 году выдал дочь Матильду за графа Анжуйского, явно претендуя в будущем на его обширные владения. Другую дочь он отдал королю Шотландии Александру. В отличие от брата, Генрих был неравнодушен к прекрасному полу и имел нескольких незаконных сыновей, которых сделал графами. Его единственным законным отпрыском был Вильгельм, который унаследовал все плохие качества своего дяди. Уже в семнадцать лет он стал законченным пьяницей; в 1120 году, во время плавания через Ла-Манш на так называемом «Белом корабле», принц и его спутники так перепились, что корабль налетел на скалы и затонул со всеми, кто на нем находился.

Потерю сына Генрих переживал очень тяжело и, по сообщениям хронистов, с тех пор ни разу не улыбался. Он женился вторично на Адели, юной дочери графа Лувена, но так и не смог родить наследника. Пришлось завещать престол дочери Матильде, что противоречило принятому у французских королей Салическому закону. В Англии его формально никто не вводил, но нормандские бароны явно не собирались подчиняться женщине. Генриху пришлось взять с них торжественную клятву, что не избавило английскую монархию от грядущих испытаний. Король умер внезапно 2 декабря 1135 года, объевшись накануне тушеными миногами. На трон сразу же предъявил права молодой Стефан, сын дочери Завоевателя Адели и графа Блуа. Его поддержали недовольные «женским царством» бароны запада Англии; за Матильду вступились жители торговых городов юга и востока. Так началась затяжная гражданская война, которая длилась почти 20 лет и закончилась утверждением в Англии анжуйской династии Плантагенетов.

Объединитель. Генрих II Плантагенет

В 1153 году враждующие партии заключили Вестминстерский договор. По нему Стефан Блуаский должен был править Англией до своей смерти, но потом трон переходил к Генриху, сыну Матильды и анжуйского графа Джефре. Все так устали от многолетней войны, что безропотно приняли эти условия, тем более что Стефан умер уже в следующем году. Теперь королем Англии становился Генрих, который в 21 год уже был герцогом Нормандии, графом Анжу, Мена и Пуату и герцогом Аквитании. Все эти владения достались ему благодаря предкам, которые без устали то мечом, то брачными союзами расширяли границы анжуйских владений. Графов Анжу называли Плантагенетами — Джефре любил носить на шлеме ветку желтого дрока, по-латыни planta genista. Имели они и другое прозвище — «дети дьявола». По легенде кто-то из предков Генриха женился на прекрасной фее Мелюзине, которая не могла войти в церковь и раз в неделю превращалась в змею. В конце концов супруг Мелюзины велел затащить ее в церковь силой; тогда она исчезла, прихватив с собой двух из четырех своих сыновей.

Скорее всего, эта легенда была лишь отголоском нелюбви анжуйцев к гордой и властной Мелисанде Иерусалимской, второй жене Фулько — деда Генриха. Она и правда увезла с собой двух сыновей (позже они стали королями Иерусалима), но Джефре не был ее сыном: он родился от Герберги, первой жены Фулько. Как бы то ни было, характер у Генриха, как и у многих Плантагенетов, был поистине дьявольским. Во время частых приступов гнева его обычно невыразительные серые глаза вспыхивали огнем, а в лице, по сообщениям очевидцев, появлялось «нечто львиное». В остальном он мало напоминал короля — невысокий, с бычьей шеей и широкими плечами, с круглым веснушчатым лицом и вечно растрепанными рыжими волосами, которые он коротко стриг из боязни облысеть. От анжуйских предков Генрих унаследовал колоссальную энергию и буйный нрав, а от английского деда Генриха I — склонность к наукам. Со своими природными данными и громадными владениями (их даже называли «анжуйской империей») Генрих вполне мог стать величайшим среди английских королей. Вместо этого он провел свое царствование в вечной бесплодной борьбе: сначала с бывшим другом, архиепископом Томасом Бекетом, потом с собственными сыновьями. Преданный всеми, он умер в одиночестве и остался в памяти англичан как убийца их национального святого.