Министерство обороны РФ - Реформа в Красной Армии Документы и материалы 1923-1928 гг.

121

На заседании президиума РВС СССР от 2 февраля 1925 г. (протокол №19, пункт 6, (докладчики — тт. Фрунзе, Тухачевский, Бубнов, Зоф, Ворошилов и Венцов) обсуждался вопрос о создании Мобилизационной комиссии при РВС СССР на правах постоянной комиссии СТО. Реввоенсовет постановил: «Представленное положение утвердить. Мобилизационную комиссию утвердить в следующем составе: председатель — пред[седатель] РВС СССР, его заместитель — нач[альник] Штаба РККА, члены: нач[альник] снабжения РККА [и] Ф, члены коллегии, ведающие мобилизационной работой, следующих наркоматов СССР: ЕСНХ, Госплана, НК РКИ, финансов, путей сообщения и внутренней торговли». (РГВЛ. Ф. 4. Оп. 18. Д. 9- Л. 119—120. Подлинник). — С. 326. 

122

На заседании РВС СССР от 9 июня 1925 г. (протокол №34, пункт 2, докладчик — т. Бубнов) был заслушан вопрос «О Дисциплинарном уставе» и принято соответствующее решение: «1) Разработанный комиссией под председательством т.Бубнова проект Дисциплинарного устава — утвердить со следующими изменениями: а) Распространить на начальников Центральных Управлений, непосредственно подчиненных РВС СССР, право налагать дисциплинарные взыскания предусмотренные в ст.26 Устава; б) Статью 27 дополнить следующим примечанием: "Начальник гарнизона по должности ниже командира полка в отношении состава гарнизона пользуется дисциплинарными правами командира полка"» (РГВА. Ф. 4. Оп. 18. Д 9. Л. 230), - С. 342. 

123

Работа опытной психофизической лаборатории находилась в центре внимания еще в 1924 г. Так на заседании президиума Совета по подготовке РККА 14 июня 1924 г. (протокола №3) рассматривался вопрос об опытной психофизической лаборатории при Военной академии (пункт 2). По нему было принято следующее решение: «Признать необходимым продолжение работы опытной психофизической лаборатории. Функции лаборатории расширить, с тем чтобы она была бы центральным научно-практическим органом по психофизиологическим исследованиям в частях Красной Армии, Флота и военно-учебных заведениях. Лабораторию передать в распоряжение Главсанупра и по указанию последнего перевести из Воен[ной] академии. Главсанупру разработать штат и положение расширенной лаборатории и представить на утверждение в общем порядке». (РГВА. Ф. 33987. Оп. 2. Д 237, Л. 195). Присутствующий на заседании И.Э. Якир остался при особом мнении: «Считаю, что опытная психофизическая лаборатория с хорошей постановкой антропометрического и зоометрического кабинетов общеармейского значения должна обязательно существовать при одном из военно-учебных или военно-ученых центров (в частности — при Военной академии). Объект исследования — Армия, а не только Академия». Свое мнение он просил вынести на рассмотрение РВС СССР. (РГВА. Ф. 33987. Оп. 2 Д 237. Л. 197). Однако в 1925 году этот вопрос не рассматривался. — С. 343. 

124

Приказом №205 от 19 февраля 1925 г. вводились в действие с 1 марта 1925 г. штат психофизической лаборатории округа, фронта, армии (РГВА. Ф. 4. Оп. 3. Д. 2576. Л. 256—259. Типографский экз.). — С. 343. 

125

Действие приказа РВС СССР №205 от 19 февраля 1925 г. распространялось на Балтийский флот с 1 марта 1928 г. (РГВА. Ф. 4. Оп. 3. Д. 2580. Л. 155 Тип. экз.). - С. 343. 

126

О необходимости реорганизации химических частей докладывал в РВС СССР пом. начальника Штаба РККА М.Н. Тухачевский (№15 623/398 от 14 января 1925 г.): «Ныне существующие химические части Красной Армии вследствие несовершенства их организации в условиях усилившегося значения в современной войне химических средств борьбы, не могут успешно выполнять лежащие на них задачи. [...] Кроме того, еще одной из важнейших сторон является то, что при существующем организационном построении наших химических частей возможно осуществить развертывание их с объявлением мобилизации лишь в три отдельные химические роты, в то время, как потребность в таковых на военное время выражается минимально в десять химических рот».

М.Н. Тухачевский предлагал конкретные меры — создать «три отдельные территориальные химические роты, каждая с минимальным кадром, примерно 49 чел., для ЛВО, ЗВО и УВО»; «отдельный учебный химический батальон, штатной численностью в 293 чел.»; «окружной военно-химический лабораторный кабинет ЛВО, имеющий своим назначением служить для наглядного ознакомления ВУЗов, войсковых частей, управлений и пр. с историей, методами химического нападения и средствами химической обороны, штатной численностью в 5 чел.». В заключении он писал: «С проведением в жизнь означенной реорганизации химических частей мы сможем иметь на военное время четыре отд[ельные] химические роты в МВО, развертываемые из двух рот отдельного учебного химического батальона и шесть отд[ельных] химических рот, развертываемых в ЛВО, ЗВО и УВО из соответствующих химрот в названных округах. Следовательно, обеспеченность в химических частях может быть для восьми армий и двух управлений фронта. Для обучения и пополнения химических частей в военное время будет запасный химический батальон, который предположено сформировать из управления отдельного химического батальона». На докладе Тухачевского имеется резолюция М.В. Фрунзе: «В принципе совершенно согласен. Развитие химчастей является делом совершенно необходимым. Штатный вопрос согласован с ГУ. Предпочтительнее иметь химчасти на территории [далее слово не разборчиво]. М.Фрунзе», а далее приписка М.Н. Тухачевского: «Оргмоб. К исполнению. Огнероту т. Фрунзе приказал не сокращать» (РГВА. Ф. 7. Оп. 11. Д 20. Л. 609 Подлинник). - С. 347. 

127

Публикуемая объяснительная записка прилагалась к «Ориентировочной наметке мероприятий, подлежащих осуществлению в течение 1925/26 бюджетного года». По каждому разделу указывались предполагаемые цифры расходов. Так, например, планируемые расходы по разделу «Стрелковые войска» составляли 12 919 393 руб. и подразделялись на: 1) усиление мобготовности — 3 586 441 руб.; 2) усиление приграничных дивизий — 5 948 140 руб.; 3) укрепление организации внутренних кадровых дивизий — 1 152 812 руб.; 4) укрепление территориальных дивизий — 132 000 руб.; 5) формирование резервных терчастей — 2 100 000 руб. По разделам «Конница» — 9 282 172 руб., «Артиллерия» — 3 942 202 руб., «Бронесилы» — 97 600 руб., «Химчасти» — 270 840 руб., «Инженерные части» — 255 890 руб., «Части связи» — 460 859 руб., «Войска ВОСО» — 515 960 руб., «Воздухофлот» — 2 270 368 руб., «Морфлот» — 878 000 руб., «Нацформирования» — 2 848 150 руб, «Дополнительные ассигнования» — 3 550 000 руб. (РГВА. Ф. 4. Оп.2.Д.З.Л.60-62).

Там же прилагалась «Таблица роста численности РККА и Флота по годам», подписанная С.И. Венцовым:

Стрелковые войска (корпуса и дивизии): 1924/25 г. — 219 106, 1925/26 г. — 243 819, 1927/28 г. — 263 453;

Конница: 1924/25 г. — 65 183, 1925/26 г. — 78 812, 1927/28 г. — 83 000;

Артиллерия (вне дивизий): 1924/25 г. — 11 951, 1925/26 г. — 15 234, 1927/28 г. — 23 079;

Бронесилы: 1924/25 г. — 2 064, 1925/26 г. — 2 515, 1927/28 г. — 3 754;

Связь (вне корпусов): 1924/25 г. — 15 380, 1925/26 г. — 16 696, 1927/28 г. — 19 042;

Инженерные войска (вне корпусов): 1924/25 г. — 5 933, 1925/26 г. — 6 287, 1927/28 г. — 8 037;

Химические части: 1924/25 г. — 458, 1925/26 г. — 778, 1927/28 г. — 1 208;

Войска воен. сообщен.: 1924/25 г. — 19 141, 1925/26 г. — 19 845, 1927/28 г. — 22 000;

Караульные войска: 1924/25 г. — 23 540, 1925/26 г. — 13 540, 1927/28 г. — 13 540;

Центральные, окружные, местные учреждения, тылы и разные: 1924/25 г. — 60 883, 1925/26 г. — 60 888, 1927/28 г. — 62 000;

Школы и Академии: 1924/25 г. — 43 949, 1925/26 г. — 43 949, 1927/28 г. — 46 000;

Итого: 1924/25 г. — 468 493, 1925/26 г. — 502 373, 1927/28 г. — 545 113;

Воздухофлот и противовоздушная оборона: 1924/25 г. — 21 258, 1925/26 г. — 25 396, 1927/28 г. — 40 987;

Морской флот и морские крепости: 1924/25 г. — 32 745, 1925/26 г. — 35 453, 1927/28 г. — 40 000 (без Бизертской эскадры);

Национальные войска: 1924/25 г. — 39 404, 1925/26 г. — 43 692, 1927/28 г. — 65 000;

Резерв: 1924/25 г. — 562 000, 1925/26 г. — 607 000 (3 000), 1927/28 г. — 691000 (9000);

Всего: 1924/25 г. — 562 000, 1925/26 г. — 610 000, 1927/28 г. — 700 000.

(РГВА. Ф. 4. Оп. 2. Д. 3. Л. 63. Подлинник). - С. 349. 

128

На заседании Реввоенсовета СССР от 28 апреля 1925 г. (протокол №30, пункт 3) был рассмотрен вопрос «Об опытном авиастроительстве» (докладчик — т. Дубенский), В принятом решении говорилось: «1) Отметить, что недостаток денежных отпусков явился главной причиной запаздывания в выполнении плана опытного строительства по сравнению с планом развития ВВСил. 2) Признать абсолютно недопустимым промедление в выполнении плана развития из-за запаздывания опытного строительства. 3) Предложить Авиатресту принять все меры к выполнению плана опытного строительства в сроки, намеченные УВВС, обратив особое внимание на организацию и развитие конструкторских бюро и опытных цехов на заводах. 4) Для выяснения вопроса по смете ли Наркомвоенмора или Авиатреста должны быть впредь отпущены кредиты на опытное строительство в области самолето и моторостроения — создать комиссию под председательством т. Баранова в составе членов т.т. Гамбурга, Дмитриева, Пугачева, Понкратова (Авиатреста). Комиссии закончить работу в недельный срок. (РГВА. Ф. 4. Оп. 18. Д. 9. Л 211—212. Подлинник).