Александр Широкорад - КУЛИКОВСКАЯ БИТВА и рождение Московской Руси

Увы, новоявленные мощи не помогли ярославским князьям. Как писал А.С. Хорошев: «Неприкрытый характер канонизаци-онного «действа» даже у современников вызвал иронию, которая нашла отражение на страницах Ермолинской летописи. «Ирония заключается в том, что, по мысли составителя рассказа, имеющегося в указанном памятнике, культ новых «чудотворцев» привел не к тем последствиям, на которые рассчитывали его организаторы. Искусственное культивирование памяти старых ярославских князей не помогло подъему политического значения князей современных»[105].

Ярославские князья через десять лет после канонизацион-ной манифестации простились навек со всеми отчинами, продав их великому князю Ивану Васильевичу. Ярославское княжество на корню закупил для московского государя Иван Васильевич Стрига Оболенский, выступающий в Ермолинской летописи под псевдонимом «Иоанн Агафонович Сущей». «Продолжая свой рассказ в плане политической сатиры, Ермолинская летопись называет его "новый чудотворец" и "собиратай Ярославской земли". Этим еще раз подчеркивается комизм предпринятой в 1463 г. ярославскими светскими и духовными феодалами попытки создать пантеон местных князей-"чудотворцев", чтобы сохранить политическую независимость Ярославского княжества»[106].

Теперь от князей перейдем к иерархам церкви.

Последним русским митрополитом домонгольской эпохи был Иосиф. Он пропал без вести при взятии Киева татарами в 1240 г.

Спустя несколько месяцев после исчезновения Иосифа князь Даниил Галицкий назначает митрополитом «некоего» Кирилла. Уже к 1243 г. Кирилл числится митрополитом. Однако его власть не распространялась вне владений Даниила Галицкого. Поэтому Кирилл через Венгрию предпринимает путешествие в Никею, где временно обосновался константинопольский патриарх Мануил II. Напомню, что с 1204 по 1261 г. Константинополь находился под контролем крестоносцев. Там патриарх официально поставил Кирилла русским митрополитом.

Из Византии Кирилл возвращается в Киев, но в 1250 г. он отправляется в длительное путешествие наводить порядок и устанавливать свою власть в русских епархиях. Он посещает Чернигов, Рязань, Владимир на Клязьме и завершает путешествие в Великом Новгороде. В 1255 г. Кирилл вновь служит во Владимире. В 1263 г. он присутствует при похоронах князя Александра Невского.

В 1261 г. митрополит Кирилл с разрешения хана Берке основывает в Сарае[107] епископскую кафедру. Первым епископом саранским стал Митрофан. Епископы сарайские постоянно пребывали при ханах, как в Сарае, так и во время кочевок по степям. Золотоордынские ханы первоначально терпимо относились к миссионерской деятельности епископов среди татар.

Вскоре в ведение епископов саранских была передана и Переяславская епархия. Дело в том, что в 1239 г. Переяславль Южный был взят и разрушен татарами, а местный епископ Семен убит. С этого времени Приднепровье южнее Киева — Переяславль, Канев и другие города окончательно выпали из-под власти русских князей. Они управлялись либо татарскими наместниками типа баскаков, либо выборными простолюдинами из местного населения (ватманами, будущими атаманами).

Замечу, что и ряд других пограничных русских земель попал под «прямое управление» татар. Соответственно, их население духовно было подчинено сарайскому епископату.

В 1267 г. хан Менгу-Тимур выдает первый митрополичий ярлык митрополиту Киприану. Ярлык начинался со слов «Силою вечного Неба... Чингиза царя...»[108]

Итак, православные митрополиты властвовали над Русью почти два века «силою вечного Неба» и волею духов Чингисхана и «последних татарских царей».

Ни один из ханских ярлыков, данных русским князьям, не сохранился ни в подлинниках, ни даже в списках. Видимо, там были столь обидные формулировки, что московские князья их уничтожили где-то в конце XV века. А вот несколько митрополичьих ярлыков сохранились. В их числе ярлык 1357 г., который «Бердибек царь дал Алексею митрополиту». В нем говорится: «Бессмертнаго бога силою и величьством из дед и прадед Бердебеково слово... Ченгизь царь и последний цари наши отци наши...» В последнем из известных «митрополичьих» ярлыков находим такие формулировки: «Бессмертнаго бога силою и величеством из дед и прадед. Тюляково слово Мамаевою дядиною мыслию... Пред Чингис царь, а опосле того цари Азиз и Бердебек...»[109]

Ханские ярлыки определяли правовое отношение русской православной церкви. В этих грамотах привилегии русской церкви «были закреплены так цельно и так широко, как еще ни разу не было при "благоверных" и "христолюбивых" русских князьях: недаром на семь ордынских ярлыков ссылались церковные иерархи XVI в., защищая права своей организации от захватов светской власти»[110].

Ярлыки давали православному духовенству не только возможность широко пропагандировать свое вероисповедание, но и целый ряд «свобод» чисто гражданского характера: духовенство освобождалось от уплаты ордынской дани и от всяких других поборов; за церковью закреплялось все недвижимое имущество; декларировалась полная автономия церковного суда от вмешательства светской власти. «Ханские грамоты устанавливали, таким образом, самый полный иммунитет церкви, каким только она пользовалась в средние века где бы то ни было в Европе, восточному православию в этом отношении не приходилось завидовать католицизму»[111].

Ярлыки недвусмысленно указывают причину милостивого отношения «неверных» ханов к православной вере: «Чингис-хан и первые цари, отцы наши, жаловали церковных людей, кои за них молились... И мы... есмя Алексея митрополита пожаловали. Как сядет на своем столе и молитву воздаст за нас и за наше племя». В лице православной церковной организации золотоордынский стол «получал в свое распоряжение крупнейшую полицейскую силу, позволявшую заменить мечом духовным меч вещественный, который неудобно же было извлекать из ножен слишком часто»[112].

В 1269 г. митрополит Кирилл вместо Митрофана назначил са-райским и переяславским епископом Феогноста. Любопытно, что помимо церковных дел Феогност выполнял обязанности дипломата, ордынского, разумеется! Хан Менгу-Тимур три раза посылал его в Византию к императору и патриарху. Последний визит Феогноста в Константинополь состоялся в 1279 г.

Митрополит Кирилл последние три десятилетия прожил в Северо-Восточной Руси, лишь периодически наведываясь в Киев. Кирилл скончался в 1280 г. в Переяславле-Залесском, но по традиции его погребли в Киеве.

Константинопольский патриарх решил восстановить свою власть над русской церковью и в 1281 г. поставил в митрополиты грека Максима. В 1283 г. митрополит Максим прибыл в Киев и почти сразу отправился в Сарай за ханским ярлыком. Любопытно, что Максим первым среди русских митрополитов присвоил себе титул «митрополит всея Руси».

Формальной резиденцией митрополита Максима оставался Киев, но Максим, как и его предшественник Кирилл, был «кочующим митрополитом» и большую часть своего правления он провел в Северо-Восточной Руси. Лишь в 1299 г. Максим окончательно покинул Киев «со всем клиром своим» и переселился во Владимир.

И при Максиме, и при последующих митрополитах русская церковь вела проордынскую политику. Православная церковь в основном весьма лояльно относилась к татарскому игу. Нашествия татар были официально объявлены «батогом Божьим, вразумляющим грешников, чтобы привести их на путь покаяния». Риторический вопрос: а можно ли бороться с батогом божьим? Каяться надо! Каяться побольше! В русских церквях в обязательном порядке молились за здравие царя, то есть золотоордынского хана.

Интересный момент — часть князей, убитых в Орде (Михаил Черниговский. Михаил Тверской и др.) были причислены к лику святых. При этом церковники сделали все, чтобы обелить золо-тоордынских ханов и сделать их полностью непричастными к мучениям «святых». Во всяком случае, убийства происходили по приказу злых татарских вельмож, а непосредственными убийцами являлись сами русские. Надо ли говорить, что в конце XIII и в начале XIV века ни один волосок с головы русского князя в ханской ставке не мог упасть без санкции великого хана.

Но вернемся к Сарайской епархии. В конце правления князя Даниила Александровича Сарайская епископия построила себе подворье вблизи Москвы на Крутицах, где останавливались приезжавшие в Москву сарайские епископы. Позже там был основан Крутицкий монастырь. В результате в конце XIV века епископ Сарайский стал именоваться епископом Сарским и Крутицким. В 60-х годах XV века сарайские епископы окончательно перебрались в Москву на Крутицы. Согласно официальным сайтам Русской православной церкви, сарайские епископы «на протяжении около 150 лет осуществляли интенсивную деятельность на благо своего Отечества, порабощенного татаро-монголами».