Герман Смирнов - Рассказы об оружии

В конце июня 1941 года молодой конструктор грабинского коллектива Ф. Калеганов, проходя по цеху, вдруг увидел пушку, чем-то поразившую его. «Лафет, люлька, щит были как у 57-мм пушки, — вспоминает Калеганов, — но ствол ствол был другой — с дульным тормозом. Я подошел к пушке ближе и не торопясь осмотрел ее. Безусловно, это наложение нового ствола на лафет 57-мм пушки. Видно, что все делалось по специальному заданию, очень аккуратно. Естественно, меня заинтересовал калибр. Да ведь это 76-мм! На лафет 57-мм пушки был наложен ствол 76-мм пушки образца 1939 года, а чтобы разгрузить лафет, на ствол был установлен дульный тормоз.

— Вот, Федор, — раздался у меня за спиной голос В. Мещанинова, — пока ты спал, родилась новая система. Ночью отстреляли. Все получилось неплохо».

Немецкая 75-мм пушка обр. 1940 года — основное противотанковое орудие фашистской армии на протяжении всей войны.

Но, конечно, впереди было еще немало работы. Считалось, что наложение мощного 76-мм ствола на легкий лафет 57-мм пушки потребует серьезного усложнения противооткатных устройств. И вот во время испытаний выяснилось, что пушка устойчива даже при самых неблагоприятных условиях стрельбы — при нулевом угле возвышения и коротком откате, при котором усилие на лафет максимально. Тогда решили отказаться от усложнения противооткатных устройств и принять постоянную длину отката — 750 мм при всех углах возвышения. Однако в этом случае при стрельбе на максимальном угле возвышения казенник ударялся бы о грунт. Вот тут и было принято то, что Калеганов называет «историческим решением», — моментом рождения дивизионной пушки. Высоту линии огня подняли на 50 мм и приняли максимальный угол возвышения равным не 45°, а 37°, за счет чего максимальная дальность полета снаряда уменьшилась примерно на 1000 м. После этого контрольную компоновку орудия произвел талантливый конструктор А. Хворостин, и 22 июля 1941 года В. Грабин уже смог продемонстрировать новую дивизионную пушку руководителям Главного артиллерийского управления и промышленности.

В то страшное лето было не до модернизаций. Пушки были нужны как воздух — и новое орудие было отвергнуто, несмотря на все свои достоинства: никто не мог поверить, что переход на новую конструкцию возможен без временного снижения количества орудий, поставляемых фронту. Несмотря на отказ, завод начал наряду с пушкой образца 1939 года изготовлять и новые орудия и даже отправлять их на фронт. Через некоторое время из действующей армии начали поступать хорошие отзывы, и лишь тогда Грабин решился показать новое орудие Верховному Главнокомандующему.

5 января 1942 года в Кремле состоялся осмотр обеих пушек. Новое дивизионное орудие получило высокую оценку, было приказано провести его испытания.

Огневой налет, с описания которого начинается наш рассказ, был завершением этих испытаний…

В первом периоде Великой Отечественной войны главной опасностью считались фашистские танки. По ним тогда стреляло все, что только могло стрелять: противотанковые ружья и пушки, дивизионные пушки и гаубицы, корпусные гаубицы-пушки, «катюши» и зенитки всех калибров. В критическую зиму 1941/42 года 70 % орудий, составлявших противотанковый резерв Верховного Главнокомандования, приходилось, как ни парадоксально, именно на зенитки. Прошел год — и зенитные орудия перестали применяться против танков, фронты были насыщены дивизионными пушками образца 1942 года, которые стали главным оружием в борьбе с вражескими танками. На 1 января 1943 года 60 % противотанкового резерва Верховного Главнокомандования составляли именно 76-мм пушки образца 1942 года. За неделю оборонительных боев на Курской дуге войска одного только Центрального фронта уничтожили более восьмисот танков и самоходок, и из них на долю 76-мм пушек приходилась основная часть.

Фашисты долго и тщательно готовились к этому сражению. Гитлер даже несколько раз откладывал начало наступления, чтобы поднакопить побольше «пантер», «тигров» и «фердинандов» — новых танков и самоходок с мощным вооружением и бронированием. Готовились к великому сражению и советские артиллеристы и конструкторы. Добытые разведкой сведения о новой бронетанковой технике противника позволили выявить наиболее уязвимые точки вражеских танков. Конструкторы разработали для многих орудий новые боеприпасы, давшие возможность вести борьбу с танками. Получила такие боеприпасы — подкалиберный и кумулятивный снаряды — и дивизионная пушка. Боевые расчеты орудий получили памятки с указаниями, куда и какими снарядами следует поражать «тигров» и «пантер». И результаты этой подготовки не замедлили сказаться.

7 июля 1943 года на хорошо замаскированную 76-мм пушку сержанта П. Панова выскочили фашистские танки. Их было двадцать три. Впереди шли «тигры». Подпустив танки поближе, Панов приказал открыть огонь подкалиберными снарядами и в течение нескольких минут подбил и поджег пять вражеских машин. Отойдя за высотку, танки открыли огонь по пушке Панова. Но когда они снова двинулись вперед, полузасыпанная землей пушка ожила и поразила еще шесть танков, потом беглым огнем отбила несколько атак вражеской пехоты…

Докладывал командиру дивизиона о результатах боя Панов:

— Потерь нет. Орудие в порядке. Подбито одиннадцать танков, из них шесть «тигров». Остаток боеприпасов — один снаряд…

В те же дни совершили героический подвиг артиллеристы батареи капитана Г. Игишева, принявшие на себя всю тяжесть первого удара противника, прорывающегося в направлении Фатеж — Курск.

8 июля в 8.30 утра Игишев сообщил по телефону в штаб полка:

— На батарею движутся шестьдесят танков противника, батарея к бою готова.

Спустя несколько минут заполыхали первые танки, а на 76-мм пушки и их расчеты обрушился шквал огня. Их обстреливали вражеские танки и артиллерийские орудия, их бомбила и обстреливала вражеская авиация. Но бойцы сражались до последнего…

Когда на батарее осталось одно орудие, сержант Скляров, старший из оставшихся в живых, доложил в штаб полка:

— Батарея уничтожила семнадцать танков, продолжаю драться.

— Назначаю вас, товарищ Скляров, командиром батареи. Продолжайте вести бой. Атака врага должна быть отбита, — последовал приказ командира полка.

Через десять минут поступило последнее донесение с батареи: подбито еще два танка, остальные повернули назад. Последнее орудие уничтожено прямым попаданием авиабомбы…

На Курской дуге расчеты 76-мм дивизионных пушек показали себя достойно. О нагрузке, которая выпала на их долю в этом сражении, можно судить хотя бы по такому факту: за семь дней оборонительных боев — с 5 по 12 июля 1943 года — дивизионные пушки Центрального и Воронежского фронтов выпустили более 450 тыс. снарядов — больше, чем орудия всех других калибров, вместе взятые.

В чем же секрет успехов 76-мм дивизионной пушки образца 1942 года?

Думается, секрет этот состоял именно в оптимальном сочетании качеств, которого так упорно и долго добивался грабинский коллектив, работая над дивизионной пушкой. Она была орудием достаточно мощным, достаточно подвижным и очень технологичным. В результате высокие боевые качества отдельного орудия, помноженные на число орудий, накопленных к началу сражения, позволяли создавать на направлениях вражеских атак мощную огневую завесу.

«Мы располагали значительными артиллерийскими средствами, — вспоминает бывший начальник артиллерии Центрального фронта маршал артиллерии В. Казаков. — Их было достаточно для отражения первых танковых ударов, но мало для создания непреодолимого барьера на всем широком фронте вражеского наступления.

В поисках наиболее уязвимого места в нашей обороне немецко-фашистское командование неоднократно меняло направление своих массированных танковых ударов, но каждый раз мы своевременно создавали на новом направлении надежный артиллерийский заслон».

Дальность стрельбы и цели, поражаемые 57-мм и 76 мм пушками. 57-мм пушка — уничтожение открыто расположенной живой силы танков и бронемашин, подавление и уничтожение пехотных огневых средств. 76-мм пушка — уничтожение живой силы с закрытых позиций, борьба с танками, подавление и уничтожение огневых средств пехоты, подавление минометных и артиллерийских батарей, стрельба прямой наводкой по дотам и дзотам.

Вот когда пригодилась высокая подвижность дивизионных пушек образца 1942 года. Батареи этих орудий перебрасывались с одного фланга дивизии на другой, туда, где создавалась угроза прорыва. По ночам, под снарядами, бомбами, а то и пулями, автомашины с прицепленными к ним орудиями мчались на новые участки, чтобы к рассвету можно было развернуть позиции и встретить врага неожиданным огнем. Нередко артиллерийские полки вступали в бой с танками прямо с марша. Зато благодаря этой мобильности 76-мм пушек, благодаря широкому маневру артиллерией, командование фронта получило возможность не пускать в ход и постоянно иметь в своем распоряжении мощный артиллерийский резерв…