Олаф Вульф - Австро-венгерская Дунайская флотилия в мировую войну 1914 – 1918 гг.

9 декабря у Рущука были собраны все корабли 2-й группы мониторов, 1-й группы мониторов и 2-й группы сторожевых кораблей; в то же время речной минный отряд двигался вниз для расчистки судового фарватера. Госпитальное судно «Kulpa» в это время оказывало ценную помощь по обслуживанию и транспортировке раненых.

Очистка западной Валахии от неприятеля была осуществлена между тем группой австро-венгерского оберста Сциво. «Sava» при этом представился случай выбить неприятельскую пехоту из Бехета.

4 декабря контратака ожесточенно обороняющихся румын на Корабию вызвала потери в личном составе Дунайской флотилии: превосходящими силами были атакованы береговые патрули «Sava» и «Maros», причем в бою под Рущуком было убито двое и трое ранено. Раненые могли быть еще спасены, но неприятельская артиллерия обстреляла вышедшие корабли. Эта батарея тотчас же была приведена к молчанию обоими кораблями. Команда батареи бежала, оставив на произвол судьбы два орудия, которые затем были захвачены. На румынских позициях при продвижении вперед было найдено 50 убитых.

Попытка командира 1-й группы мониторов послать по этому случаю в Корабию через парламентера предложение румынским частям сдаться, не увенчалась успехом; посланный ночью с парламентером сторожевой корабль «Barsch» был обстрелян неприятелем. Чтобы не повредить ценных зернохранилищ, пришлось отказаться от немедленного возмездия посредством обстрела города. На следующее утро Корабия была вновь занята мониторами и защищена от дальнейших неожиданностей морским десантным отрядом и полуротой австро-венгерской пехоты, своевременно прибывшей для пополнения группы оберста Сциво. 9 декабря румынские войска сдались вблизи Турну-Магуреле этой группе[47].

В успехе своих войсковых частей большую роль сыграли корабли Дунайской флотилии.

Для охраны дунайского фланга центральных держав у Орсовы служила группа, состоящая из «Almos» и сторожевых кораблей «Stohr» и «Lachs» под командой капитана 3 ранга Штутгофа. Вначале команды этих кораблей принимали участие в отправке в тыл находившегося в Орсове керосина и бензина. В ночь с 30 на 31 августа эта группа прикрывала эвакуацию мирного населения из Орсовы. На следующий день саперам пришлось взорвать Черноводский мост, и войска отступили с первой линии позиций. Когда противник, теснивший союзные войска, занял пограничные высоты, «Almos» удалось метким огнем выбить его с возвышенности, лежавшей близко к Дунаю и воспрепятствовать переходу реки у Черновод. 2 сентября «Almos» дважды произвел разведку боем, попав под огонь румынских батарей, и установил, что Орсова румынами еще не занята. Корабль установил связь с приближавшимися подкреплениями своих войск и подготовил для них место переправы у Мраконии в 12 км выше Орсовы.

В дальнейшем, с 16 сентября, «Almos» и «Stohr» несли разведывательную и сторожевую службу на реке. 20 сентября группа получила подкрепление вооруженными пароходами «Csobanc» и «Szigliget». Кроме того, ей придали несколько собственных и один германский моторный катер «D», как посыльные суда.

Утром 1 октября началось продвижение усиленных тем временем войск, дунайский участок которых находился под командой оберста Сциво. Во время этого наступления вооруженные пароходы действовали совместно, обстреливая в утренней мгле находившиеся западнее Орсовы холмы. При этом «Csobanc» и «Szigliget» получили под сильным артиллерийским огнем свое боевое крещение, не пострадав, однако, совершенно. Между тем, от их огня взорвались сложенные румынами в казарме речные мины. Когда к полудню рассеялся туман, начался отход кораблей под сильным заградительным огнем румынских батарей; против всяких ожиданий, кораблям удалось вернуться без каких-либо повреждений. Из-за очень сильного противодействия в этот день продвижение не возобновлялось; в следующие дни даже пришлось вследствие атаки и обхода румынами со своего сухопутного фланга отнести прибрежные позиции к О’Асцонирету (O’Asszonyret), причем отступление прикрывала группа пароходов. 7 октября после прибытия артиллерии удалось вновь продвинуться за О’Асцонирет.

С 23 октября Дунайской группой ежедневно производилась разведка с боями, а 27 октября общее наступление против румынских позиции было поддержано вооруженными пароходами. Это привело к тому, что оставленные 4 октября позиции вновь были заняты нашими войсками и в дальнейшем усилены. В ночь с 4 на 5 ноября командами кораблей на ранее принадлежавшем сербам берегу, к северу от Текия, было создано несколько пулеметных позиций. В течение 7 и 8 ноября прибыла германская самокатная бригада, под командой полковника фон Куадта принявшего затем под свое командование союзные войска. Созданные корабельными командами пулеметные гнезда заняли германские стрелки.

11 и 12 ноября имело место общее наступление союзных войск, в котором успешно принимали участие вооруженные пароходы и пулеметы у Текия, обстреливая район моста через реку Черна. 13 ноября были взяты Орсова и другие пограничные пункты и румыны отброшены за реку Черна.

Два дня спустя к группе пароходов присоединился 1-й речной саперный взвод под командой капитана Эммингера. В следующие же дни взвод получил возможность использовать ночное время и туманы для обследования Дуная у Орсовы. 20 ноября ночью «Almos» и саперный взвод произвели рекогносцировку сухопутных позиций ниже Орсовы.

Вскоре после этого началось совместное наступление на румынские позиции восточнее Черны, происходившее под прикрытием всех вооруженных пароходов. Сторожевые корабли в это время несли посыльную службу между Орсовой и Текией. На следующий день румыны принуждены были очистить австрийскую[48] пограничную область. «Almos» и сторожевые корабли разведкой с боем установили, что неприятелем покинут и остров Адакале. В следующую за тем ночь румыны отошли на возвышенности Верциоровы. Германский отряд самокатчиков добрался до Турну-Северина, где соединился с германской частью подошедшей к городу с юга. Только в горах румыны еще оказывали упорное сопротивление.

Наконец речным кораблям осталось только выполнить одно задание — обследовать фарватер в отношении мин. После получения подкрепления в виде 4-го речного саперного взвода группа пароходов Штрудтгоффа обследовала участки у Кладово и у Турну-Северина и обвеховала свободный от мин фарватер.

26 ноября вооруженные пароходы стали на якорь у верфи Турну-Северина и реквизировали ее для австро-венгерского военного флота. Еще до 28 ноября в минном заграждении у Симиану был протрален фарватер, после чего «Almos», «Csobanc» и «Stohr» с тральными судами речного минного взвода впереди вышли, достигли Брза-Паланки, в то время как «Szigliget» и «Lachs» взяли на себя охрану верфей. 29 ноября встречена была идущая вверх по течению для открытия Дунайского пути 1-я группа мониторов, после чего путь был продолжен до Калафата. 1 декабря группа пароходов «Almos» вновь перешла в ведение командования Дунайской флотилии и вышла вверх по направлению к Турну-Северину для проведения дальнейших минно-тральных работ и несения сторожевой службы у верфей.

6 декабря старший лейтенант Барта фон Дальнокфальфа присоединился к речному минному отряду после того, как ему удалось, несмотря на сильный обстрел при свете неприятельских прожекторов, в течение нескольких ночей заградить минами Дунай у острова Бонасчича выше Черновод.

8 декабря «Enns» прогнал неприятеля из Касциоареаля, и в тот же день болгары взяли Ольтеницу, чем и закончились действия Дунайской флотилии выше Калимокского заграждения. Мониторы должны были предоставить поле действия австро-венгерскому речному минному отряду и вернулись в Рущук.

11 декабря 1916 года речное минное отделение, находившееся под Рущуком, получило по радио приказ: «Срочно очистить фарватер до Ольтеница». В 9 ч весь состав речного минного отделения вышел вниз по реке, к 13 ч подошел к 450-му километру[49], до которого ранее уже производился поиск. Здесь были организованы и высланы дальше вниз по течению пять групп тральщиков-миноискателей.

Сейчас же у 447-го километра, где государственная граница пересекает Дунай, тральщики натолкнулись на первые мины между левым берегом и островом Ваятиорея (Vajatiorea). Из-за густого тумана это заграждение удалось уничтожить только 12 декабря. К этому времени от главнокомандующего Макензена было получено приказание: «Ускорить всеми средствами очищение фарватера от мин и доносить о результатах ежедневно в 6 ч вечера». Для исполнения этого все мины, обнаруженные на поверхности воды, расстреливались или подрывались; остальные, попавшие в тралы, отбуксировались на мелкие места и там обезвреживались. Минное заграждение на 447-м километре состояло из мин русского типа: контактных и обсервационных, стоявших на 250-кг грибовидных якорях и соединенных между собой цепями, вдоль которых шли запальные провода. Еще до наступления темноты группы тральщиков-миноискателей продвинулись до 442-го километра, то есть до бревенчатого бона Калимокского заграждения. Поэтому «Balaton» и «Tulln» в тот же вечер перешли туда.