Евгений Толмачев - Александр III и его время

Большое значение приобрели труды филолога, историка и теоретика литературы А. Н. Веселовского. Он стремился выработать научный метод изучения литературы. Возглавил сравнительно-историческое литературоведение в русской и европейской науке. Стал родоначальником исторической поэтики. Исследования его базировались на глубоком знании славянской, византийской, западно-европейских литератур и мирового фольклора.

4. НАУЧНЫЕ ОБЩЕСТВА

В развитии науки и научной деятельности в 80—90-х гг. XIX в. большую роль играла общественная инициатива, в частности учёные общества, охватившие, как тогда говорили, «все доступные пределы науки». Если в середине столетия в стране действовало 20—25 обществ, к началу 80-х гг. — около 200, то к концу 90-х гг. достигло 340.

В числе обществ, возникших во второй половине XIX в. примерно 20% выражали интересы физико-математических и естественных наук. Наиболее широкую известность из них получили Русское физико-химическое общество, Московское математическое общество, Русское антропологическое общество, Русское астрономическое общество. Ряд обществ основывал фонды для поддержки перспективных исследований, создавал научно-практические учреждения: кабинеты и лаборатории, наблюдательные и опытные станции, музеи — от крупных, подобных Политехническому в Москве, до местных, краеведческих.

Солидная группа научных обществ представляла гуманитарные и общественные науки. К концу столетия их насчитывалось 60, в том числе более 30 обществ, занимающихся вопросами истории и археологии, 10 юридических и 6 филологических. Среди них Московское археологическое общество, Русское историческое общество в Петербурге, Историческое общество Нестора-летописца в Киеве. Эти и подобные им общества видели свою задачу в установлении связей между историками или археологами, в организации исследований по истории культуры России или её регионов. Так, Общество Нестора-летописца одной из первоочередных задач считало разработку «вопросов истории культуры вообще, поскольку это находится в связи с умственной культурой русского народа». В течение 80—90-х гг. было создано несколько обществ, сыгравших видную роль в развитии отечественной философской мысли: Психологическое общество, Русское общество экспериментальной психологии, Философское общество при Петербургском университете.

Самые многочисленные группы так называемых научно-практических обществ составляли объединения медиков и «сельскохозяйственных деятелей». На их долю приходилась в общей сложности примерно половина научно-общественных организаций пореформенной России. Особенно многочисленны были медицинские общества — универсальные, подобные Обществу русских врачей в память Н. И. Пирогова в Петербурге, московскому Медицинскому обществу или Медицинскому обществу на Кавказе, и специализированные, например, общества хирургов, офтальмологов, психиатров, детских врачей и т. п., а также общества, формировавшиеся при медицинских факультетах университетов. С 1864 по 1894 г. было организовано свыше 100 медицинских обществ, работавших более чем в 70 городах России, причём не только в губернских, но и в уездных (323, с. 414). Большую роль в их создании и деятельности играла либеральная и демократическая общественность, в первую очередь земская.

Новым явлением в научной жизни страны, явившимся следствием развития промышленного производства, стало появление научно-технических обществ. Их было ещё немного — до конца столетия возникло всего 6, и самое крупное из них — Русское техническое общество, созданное в Петербурге в 1866 г. Это многоотраслевое общество включало целый ряд специальных секций: металлургическую, химико-технологическую, электротехническую и др. Столь же многопрофильным было Политехническое общество, возникшее 10 лет спустя при Московском техническом училище. Эти общества объединяли представителей различных отраслей техники и содействовали развитию инженерной мысли, созывали съезды и развёртывали свою издательскую деятельность; вели пропаганду технических знаний, устраивали выставки, проводили публичные лекции, учреждали училища и курсы при фабриках и заводах, выступали с проектами преобразования системы высшего и среднего технического образования. В 80—90-х гг. начали появляться более узкие профессиональные объединения представителей техники: общества горных инженеров, гражданских инженеров, инженеров-электриков, инженеров путей сообщения и т. п. Одна из характерных черт научно-общественного движения в пореформенной России — расширение сети научных обществ в провинции. В начале 60-х гг. министр народного просвещения А. В. Головнин сетовал на то, что большая часть научных обществ сосредоточена в столицах или Прибалтийских губерниях, «в остальных же частях России их почти вовсе нет». В 90-х гг. за пределами Петербурга и Москвы работало уже свыше двух третей всех научных обществ страны. Большинство провинциальных научных обществ было невелико по количественному составу и ограничено в средствах. Тем не менее благодаря их усилиям во второй половине XIX в. был сделан важный шаг в области всестороннего исследования России. Кроме того, их работа вносила немалый вклад в формирование общего «банка научных фактов» — первоосновы научного знания.

Таким образом, научные общества разного профиля, типа и назначения, как столичные, так и провинциальные, разбросанные по огромной территории страны, заметно стимулировали подъём научной деятельности и составляли немаловажную часть научного потенциала России.

Глава двадцать вторая ЛИТЕРАТУРА И ИСКУССТВО

1. ЛИТЕРАТУРА

Литература — язык, выражающий всё, что страна думает, чего желает, что она знает и чего хочет и должна знать.

И. Гончаров

Несмотря на усиление правительственной и общественной реакции, в рассматриваемый нами период, русская литература продолжала оставаться ведущей сферой культурной жизни страны. Она развивалась в тесном взаимодействии со всей мировой литературой, выражая идеи, мысли и эмоции общества. Ведущими темами русских писателей были обличение существующих порядков, борьба с невежеством, грубостью и пошлостью. В то же время под влиянием общественно-политической атмосферы в стране ряд деятелей отходил от острой обличительности, переключаясь на общечеловеческие, философские и нравственно-психологические проблемы.

В журналистике первенствуют в этот период либеральные народники. Ежедневная литературно-политическая газета «Неделя» значительно правеет, ведущие публицисты её проповедуют тихую культурную работу («Теория малых дел» Я. В. Абрамова) и опрощение (М. О. Меньшиков). Научный, литературный и политический журнал «Русское богатство», куда после закрытия «Отечественных записок» перешли Н. К. Михайловский, В. Г. Короленко и Г. И. Успенский, приобретает большую популярность и становится фактически центром легального народничества в Петербурге. В 1894-1895 гг. журнал небезуспешно вёл теоретическую борьбу с марксистами. Сочувственно относится к народничеству и аналогичный журнал «Русская мысль», издававшийся в Москве В. М. Лавровым. После 1884 г. в журнале начали печататься В. Г. Короленко, В. М. Гаршин, А. Н. Плещеев, А. П. Чехов и М. Горький. Солидным органом либералов становится ежемесячный журнал «Вестник Европы», издававшийся в Петербурге М. М. Стасюлевичем. Преимущественное внимание в этом органе уделялось истории и политике. В нём сотрудничали И. С. Тургенев, И. А. Гончаров, А. Н. Островский, М. Е. Салтыков-Щедрин, участвовали крупнейшие учёные К. А. Тимирязев, И. М. Сеченов, И. И. Мечников, А. Ф. Кони и др. В 80-е гг. наблюдается расцвет юмористической журналистики во вкусе мещан и обывателей, «поглощённых мелочами повседневного быта». Семь лет Чехов сотрудничает в юмористических журналах «Стрекоза», «Осколки», «Будильник», «Зритель», «Свет и тени» и некоторых других.

Заметно возрастает сеть консервативных изданий, пользующихся поддержкой властей. Главными столпами ортодоксального консерватизма являлись издания М. Н. Каткова — «Московские ведомости», «Русский вестник» и «Гражданин» В. П. Мещерского. После 1 марта 1881 г. Катков вновь занял пост «сторожевого пса» самодержавия, как сам определил его в одном из писем царю. Издания Каткова критиковали реформы 60-70-х гг., всесословность, приветствовали назначение графа Д. А. Толстого на пост министра внутренних дел, резко выступали против министра финансов Н. X. Бунге и министра иностранных дел Н. К. Гирса. Сумев сохранить за собой право обращаться непосредственно к царю, дарованное ему ещё Александром II, Катков неоднократно пользовался им. Случалось, когда Катков переступал границу, допустимую в отношениях с властями. Так в 1887 г. он вызвал гнев Александра III статьями по внешней политике. Монарх увидел в них прямое вмешательство в дела правительства. Только благодаря Победоносцеву Катков избежал наказания, получив дружеское словесное внушение через своего же ставленника Е. М. Феоктистова. Ещё более крайнюю ретроградную позицию занимал «Гражданин» Мещерского, который был возобновлён в 1882 г. при непосредственном содействии Александра III, желавшего иметь в столице «настоящую консервативную газету» и выделившего на её издание 100 тыс. руб. В либеральной печати Мещерского называли «князем Точкой», поскольку в одной из первых статей своей газеты он настаивал «поставить точку» ко всем реформам в стране. «Гражданин» боролся не только с революционными, но и с либеральными органами печати. С 1884 г. Мещерский, стараясь как-то помочь царю, регулярно передавал через доверенных лиц особый рукописный «Дневник», помещая туда «и мысли, и слухи, и толки, и сплетни», которые по соображениям цензуры не решался печатать на страницах «Гражданина».