История Хоперского полка Кубанского казачьего войска 1696–1896 гг. - Василий Григорьевич Толстов

у большинства обувь изорвалась и пришла в полную негодность. Это неудобство особенно давало себя чувствовать при следовании по голым камням и на переправах через ручьи с холодною водою.

Не взирая на всю трудность этого восхождения, отряд в 11 часов утра уже стянулся на Хиналугском перевале, на высоте 11-ти тыс. футов над уровнем моря. Перевал представлял довольно просторную и широкую площадку, по колено занесенную снегом, на которой части собрались в колонны и людям дали трехчасовой привал. Довольно странный вид представлял из себя небольшой Нухинский отряд в 2500 человек на вершине диких снеговых гор Кавказа. Эта горсть людей с отвагою и решимостью шла в самые недра Дагестана, в страну с возмутившимся населением, стремясь на выручку осажденных лезгинскими полчищами в укреплении Ахты своих товарищей, которые с часу на час ожидали или гибели, или спасения. Этот боевой опыт еще раз наглядно показал, что, не смот ря на молодой состав нашей армии в Турецкую войну 1877–1878 гг., русский солдат и казак также безропотно и мужественно переносили все труды, лишения и опасности походно-боевой жизни, как в былое время старые и закаленные в боях их предшественники.

На вершине перевала люди отдохнули и оправились; в горах стояла сильная стужа, и кругом царила невозмутимая тишина; о неприятеле нигде не было слышно. В 2 часа пополудни войска начали спускаться вниз по Хиналугскому ущелью. В авангарде шли 1-я, 3-я и полусотня 6-й сотни 1-го Хоперского полка и сотня елисаветпольских охотников-милиционеров, под общим начальством командира 1-й хоперской сотни есаула А. А. Фисенкова, человека бывалого, имевшего знак отличия военного ордена еще за Кавказскую войну. В полуверсте за авангардом, вытянувшись в походную колонну, следовали ширванцы и черноморцы, имея в средине горную полубатарею; далее двигался обоз и, наконец, в арьергарде –2-я хоперская и остальныя три сотни елисаветпольских милиционеров. Другая полусотня 6-й хоперской сотни, под командою хорунжего Золотарева, находилась в конвое начальника отряда, который вместе с полковником Мищенко и подполковником князем Челокаевым ехал на фланге колонны.

Дорога, по которой спускался с перевала Нухинский отряд, в начале представляла обледенелую крутую покатость, переходившую затем в весьма каменистую, узкую тропинку с уступами и крутыми поворотами. С одной стороны ее находилась глубокая с крутыми берегами балка, на дне которой под глубоким снегом бушевал ручей, а с другой – крутая и обрывистая скала. Как только авангард тронулся с перевала, есаул Фисенков выслал летучий офицерский разъезд из взвода казаков, под командою сотника Шостака, для разведки местности и открытия противника, если бы таковой занял горные проходы. Продвинувшись вниз по ущелью не более 6-ти верст, сотник Шостак заметил впереди на скалах большую толпу лезгин, засевших за каменными завалами и по гребню боковой возвышенности, упиравшейся в ущелье. Он немедленно дал знать об этом в авангард, а сам остановился в ожидании дальнейших распоряжений, выставив впереди пикет для наблюдения. Несколько позади того места, где остановился разъезд, ущелье расширялось, образуя продолговатую площадку в 400 шагов длиною и около ста шириною. По получении известия о неприятеле, сотни авангарда быстро начали стягиваться к площадке и по приказанию есаула Фисенкова стали спешиваться. Шостаку же было послано приказание спешить разъезд, двинуться вперед и разведать о позиции лезгин. Но лишь только разъезд скрылся за выступом скалы, как засевшие в горах лезгины сделали несколько выстрелов, которыми был убит приказный Павел Бугаев и ранен казак Федор Захаров; тогда казаки быстро залегли за каменьями и, в свою очередь, открыли огонь по неприятелю.

Когда в передовом разъезде началась перестрелка и дали знать о большой толпе лезгин, занявшей северо-восточные возвышенности, 1-я хоперская сотня, уже собравшаяся на площадке и спешившаяся, быстро выдвинула на впереди лежащий гребень стрелковую цепь и открыла огонь с дистанции около 1200 шагов. Вслед за тем подоспела 3-я сотня, которая также спешилась и левее первой заняла позицию, откуда открыла огонь залпами.

Все эти действия произошли в течении не более 10-ти–20-ти минут, так что еще не все люди авангарда успели собраться на площадке, хотя подходили рысью. После второго залпа 3-й сотни, лезгины, бывшие в передовом завале, скрылись; но вслед за тем они появились на высотах впереди и с правой стороны площадки, а также по обе стороны дорогии начали осыпать агангард градом пуль и сбрасывать вниз большие камни. Сотенные командиры, видя, что люди и лошади напрасно подвергаются опасности, распорядились поставить коноводов за скалами: спешенные же сотни, под командою своих офицеров, быстро разделились и двинулись в обход неприятельских завалов, а к начальнику отряда был послан хорунжий Селютин с донесением о появлении лезгин и завязавшейся с ними перестрелке.

Князь Чавчавадзе, получив донесение и услышав гул ружейных выстрелов, приказал пехоте и артиллерии спешить к месту боя, а сам поскакал с конвоем к авангарду, где в это время дела наши шли весьма успешно. Спешенная 1-я сотня хоперцев с есаулом Фисенковым во главе двинулась по глубокой промоине вверх на высоты, для обхода и атаки лезгинских завалов с тыла. Казаки, подсаживая друг друга, цепью устремились вперед. Одновременно с ними 3-я сотня перешла в наступление, разделившись на две части; один взвод, под командою хорунжего Даркина, вместе с 1-ю сотнею бросился в обход, а два взвода с вахмистром Михайловым направлены против дальнего лезгинского завала. Казаки смело и решительно двинулись к позиции горцев, видневшейся на длинном гребне, который круто упирался в ущелье с восточной стороны.

Быстрое и энергичное наступление есаула Фисенкова с хоперцами, которые небольшими группами, поодиночке или цепью, подерживая общую связь по линии и преодолев малодоступную местность и храбро появились в тылу и на флангах лезгинских завалов сильно озадачило мятежных горцев. Лезгины начали медленно отступать в глубину гор, непереставая вести перестрелку и сбрасывая вниз с крутых выступов огромные камни. Казаки тотчас открыли частый огонь по рассеянным партиям лезгин которые, не выдержав губительного действия берданок, бросились врассыпную по направлению к горным трущобам, провожаемые казацкими пулями, так как преследование в горной и пересеченной местности было невозможно.

Одновременно с этим лезгины понесли поражение также на другом пункте. Когда казаки есаула Фисенкова пошли в атаку на завалы, командир 3-й сотни сотник Кузнецов со ставшимся взводом бросился вперед по дороге к месту нахождения нашего передового разъезда, который также вступил с лезгинами в перестрелку, чем привлек на себя внимание значительной партии мятежников. Кузнецов нашел сотника Шостака и его казаков в ожесточенной перестрелке с лезгинами, засевшими за камнями на гребне небольшого отрога. Заметив, что такая перестрелка ведет лишь