Вильгельм Тике - Марш на Кавказ. Битва за нефть 1942-1943 гг.

«Викинг», будучи соединительным звеном между подвижными дивизиями на востоке и медленными пешими соединениями на западе, 2 августа прошел всего 15 километров. Целью соседней дивизии справа сначала был важный железнодорожный узел Тихорецк, который удалось взять только через три дня.

Для борьбы с оставшимися в тылу подразделениями противника с этого времени боевая группа «Викинг» наступала двумя маршевыми группами. Каждую ночь они занимали круговую оборону. Ежедневно позади оставался один танковый взвод с подвижной мастерской танкового батальона, которая занималась ремонтом поврежденных машин. Время от времени оставались и гренадерские роты. Они ждали ежедневную транспортную колонну снабжения и сопровождали ее вперед. Таким образом, постоянно обеспечивалось сопровождение. Еще 1 августа «Викинг» потерял в результате нападения пять автоцистерн.

Второго августа «Викинг» выдвинул одну боевую группу в Новопокровское (в 15 километрах от Белой Глины), в то время как главные силы оставались в Белой Глине и подошли позже. Но 3 августа снова пришла пора выступать и для «Викинга»! Утром у Ново-Дмитриевской на своем двухмоторном Ju-88 приземлился командор группы 500-й истребительно-бомбардировочной эскадры майор Диринг, чтобы обсудить план наступления с сухопутными командирами. Генерал-майор войск СС Феликс Штайнер, принявший командование над пополненной к этому времени дивизией «Викинг», из которой временно была выделена танковая боевая группа оберфюрера Гилле, кратко и точно изложил свой замысел форсирования Кубани. В результате изучения местности было выявлено два подходящих для переправы места. Одно — под Кропоткином, другое — под Григорополисской. Командир корпуса определил Кропоткин, чтобы сразу получить мост, пригодный для подходящих пехотных частей. У штурмбаннфюрера Мюленкампа было другое мнение. В излучине Кубани он хотел переправиться на южный берег в подходящем месте и считал, что в Кропоткине можно встретить сильное сопротивление. Штайнер с ним согласился.

Танки «Викинга» двинулись вперед, за ними последовали полк «Германия», 1-й и 2-й дивизионы 5-го артиллерийского полка СС. Открытые фланги прикрывали разведывательные дозоры разведывательного батальона.

В воздухе постоянно находился самолет истребительно-бомбардировочной эскадры, сопровождавший головные танки. Генерал-полковник Рихтгофен, командующий 4-м воздушным флотом, выбивший из главного командования Люфтваффе эти авиационные соединения поддержки наземных войск, во время боевого применения своей авиации на Кавказе переживал лучшие времена, когда взаимодействие между частями сухопутных войск и авиации было налажено идеально. Позже, правда, его уже не удавалось обеспечить должным образом из-за недостатка самолетов. Только летом 1943 года во время Курской битвы эта координация снова достигла совершенства. Об этом взаимодействии с авиацией штурмбаннфюрер Мюленкамп вспоминал:

«Прекрасно было налажено взаимодействие с 500-й истребительно-бомбардировочной эскадрой. Как только рассветало, наши летчики, наша истребительно-бомбардировочная эскадра давала себя знать. Они говорили с нами по радио или сбрасывали капсулы с сообщениями, просили обозначить светящимися маяками места, пригодные для посадки. Командор майор Диринг блестяще садился на незнакомые площадки. После приветствия обсуждался замысел боевых действий на день, и после взаимных пожеланий «ни пуха, ни пера» он снова улетал.

Летчики действовали так, что обеспечивали нас разведкой и огневой поддержкой. Они устанавливали места для переправ, и нам не нужно было проводить долгую разведку местности. Они направляли самолет так, что он пересекал места переправ, бродов или участков плохих дорог и отстреливал над ними сигнал. Мы двигались в соответствии с этим сигналом и быстро находили эти места. Они докладывали также об оборонительных рубежах противника и сразу же намечали для нас пути их возможного обхода. Бортовым вооружением и осколочными бомбами они вмешивались в наземные бои или подавляли силы противника. Было развито образцовое взаимодействие».

Третье августа стало высшей точкой этого взаимодействия. Внизу мчались танки, пехота на бронетранспортерах, артиллерия и саперы, а с воздуха за происходящим следили воздушные наблюдатели. В тот день едва ли можно было сдержать наступление через русское прикрытие. Гауптштурмфюрер Дорр, командир роты 1-го батальона полка «Германия», 3.8.1942 года записал в своем дневнике:

«Дмитриевская/Григорополисская: еще никогда немецкий солдат не бывал здесь, между Черным и Каспийским морями. Местами голая степь, потом попадаются хорошие земли. Сильный ливень. Это хорошо после жары и пыли. В ходе быстрого броска в 11.30 вышли к Кубани. Загадочный совет в штабе дивизии. Потом приняли решение: наступать на Григорополисскую, где вообще нет моста. Русские бегут. Мы гонимся за ними. На надувных лодках переплываем через Кубань. С ходу. Замечательный успех нашего 1-го из «Германии»».

Крупное событие, которое гауптштурмфюрер Дорр описал лишь вкратце, включало и другие факты, о которых он не мог знать. В полдень авангард дивизии «Викинг» был у излучины Кубани. К этому времени вторая маршевая группа, включавшая боевую группу «Нордланд», продвинулась до Дмитриевской. После обсуждения обстановки с более высокими штабами было принято решение нанести удар главными силами «Викинга» в юго-восточном направлении, чтобы прикрыть длинный западный фланг 13-й танковой дивизией, далеко продвинувшейся на юг.

Пока принималось решение, в 14.30 около 30 русских самолетов атаковали боевую группу «Нордланд» в районе сосредоточения под Дмитриевской. При этом были сожжены стоявшие на поле «физелер-шторх» и бомбардировщик Ju-88.

Пока вечером 1-й батальон полка «Германия» создавал небольшой плацдарм под Григорополисской, полк «Нордланд» двумя батальонами, танковой ротой и 3-м дивизионом 5-го артиллерийского полка СС вышел к излучине Кубани. Боевая группа под командованием оберфюрера фон Шольца для ночного отдыха сосредоточилась в районе хутора Воровской. Чуть позже поступили приказы о действиях на следующий день. В них говорилось: «Боевой группе фон Шольца взять Кропоткин и захватить шоссейный мост через Кубань южнее города!»

Проследим теперь сначала путь 40-го танкового корпуса, шедшего на самом восточном фланге: 3 августа из-за недостатка горючего боевые действия вела только одна танковая дивизия корпуса. Пока главные силы 23-й танковой дивизии в Пролетарской и Сальске дожидались подвоза горючего, 3-я танковая дивизия совершила гигантский прыжок до Ворошиловска (Ставрополя). От исходного пункта Прегродное до Ворошиловска расстояние составляет 100 километров по воздушной линии. Как его удалось преодолеть?

Утром 3 августа передовой отряд под командованием майора Папе вышел из поселка Безопасное. Его целью было Донское. Слабое сопротивление противника было сломлено. На станции Пелегяда был захвачен стоявший под парами эшелон с танками и артиллерией.

Главные силы 3-й танковой дивизии, собранные в боевую группу фон Либенштайна, в 8.30 пришли в Безопасное, из которого два часа назад вышел передовой отряд. Восточнее продвигался слабый передовой отряд 23-й танковой дивизии, для которого удалось собрать горючее. Он прикрывал восточный фланг.

Тем временем передовой отряд майора Папе ехал дальше, ив 13.45 головные машины его колонны достигли Ворошиловска. Открывался прекрасный вид: по ту сторону широкой долины на плоской возвышенности лежал, утопая в абрикосовых и сливовых садах, Ворошиловск. Повсюду были видны следы налетов немецкой авиации. На улицах — разбитые машины и тяжелое вооружение. На железнодорожном перегоне горели товарные поезда. Всю работу здесь сделал немецкий 4-й воздушный корпус. По заметным передвижениям противника можно было сделать вывод, что советская 37-я армия отступает. Майор Папе долго не раздумывал: «Теперь или никогда! Мы должны воспользоваться замешательством!»

Моторы взревели. 1-й батальон 6-го танкового полка и мотоциклетный батальон 3-го полка двинулись вперед.

«Атака!» Танки и мотоциклисты промчались по долине, достигли окраины города и погнали по улицам. Повсюду бегущие советские солдаты. Возникающие очаги сопротивления немедленно подавлялись. В некоторых частях города — разрушения от авиабомб. Тут же убитые и брошенное имущество. Магазины разграблены. Капитан Рорбек с частью своего 1-го батальона 6-го танкового полка помчался к аэродрому и захватил склад с горючим, а 3-й мотоциклетный батальон — элеватор с 25000 центнерами пшеницы.

Налет 3-й танковой дивизии разразился, словно летняя гроза над городом, насчитывавшем 90 тысяч жителей. Когда уже был захвачен аэродром и подошла зенитная артиллерия, советские самолеты пытались на него садиться. Было сбито восемь низколетящих самолетов: семь — зенитными пушками и один четырехмоторный — пехотным оружием. В 15.50 немецкие войска уже прочно удерживали Ворошиловск. К нему подходили остальные части 3-й танковой дивизии.