Коллектив авторов - Великая Отечественная – известная и неизвестная: историческая память и современность

После победы над фашизмом возвращение конфискованных рейхом памятников культуры и истории могло быть обеспечено только при взаимодействии Советской военной администрации в Германии (СВАГ) и оккупационных властей США, Великобритании и Франции, поскольку основной комплекс похищенного нацистами оказался в юго-западных регионах капитулировавшей страны. Реституция[95] российских культурных ценностей осуществлялась в соответствии с нормами международного права, по решениям союзнических властей.

Советский Союз направил на территорию бывшего Третьего рейха и в другие европейские страны специальных представителей. В западных зонах оккупации Германии работали советские миссии. Пострадавшие страны, в том числе СССР, составляли списки потерь и выставляли свои требования. Оформление и предъявление требований на реституцию советского имущества осуществлял отдел реституции СВАГ на основании документов Чрезвычайной государственной комиссии по установлению и расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков и их сообщников (ЧГК), отдельных министерств и ведомств СССР, немецких архивов.

В феврале 1946 г. маршал Г. К. Жуков, возглавлявший СВАГ, был извещен американской военной администрацией в Германии о разрешении на въезд советской миссии в американскую зону. Однако ее работа продвигалась медленно, состав часто менялся, не хватало валютных средств на содержание аппарата[96].

На территории Германии, как уже говорилось выше, работало несколько групп из СССР, занимавшихся поисками утраченных в годы войны книжных и музейных фондов, а также отбором произведений искусства и немецкой литературы для пополнения наших музеев и библиотек в порядке частичного возмещения урона, понесенного ими от оккупантов. В архивных документах наиболее часто встречаются фамилии уполномоченных по Германии: А. Д. Маневского – директора Научно-исследовательского института музееведения, М. И. Рудомино – директора Центральной государственной библиотеки иностранной литературы, А. И. Замошкина – директора Государственной Третьяковской галереи, А. М. Кучумова – главного хранителя Павловского дворца-музея, А. А. Белокопытова – сотрудника Всесоюзного Комитета по делам искусств, Г. Г. Кричевского – сотрудника Фундаментальной библиотеки АН СССР и др. Опасные условия работы в берлинском районе, охваченном пожарами в мае 1945 г., характеризуют записи А. Д. Маневского, возглавлявшего музейную группу. О пребывании в здании Музея Высшей художественной школы двенадцатого мая он записал: «Обследовать все подвалы этого огромного здания, соединенного подземными ходами с другими домами квартала, примыкавшего к Тиргартену, где еще были остатки фашистских отрядов, нам тогда не удалось. Только что назначенный комендант здания заявил, что там в подвалах еще находятся нацисты и пытавшиеся накануне туда проникнуть наши бойцы были убиты»[97].

Поиски экспонатов из музеев СССР, несмотря на многочисленные трудности, все же дали определенные результаты. Музейная группа Комитета по делам культурно-просветительных учреждений летом 1945 г. обнаружила в здании естественнонаучного музея в Берлине вывезенное из Киева в 1942 г. имущество АН Украины (около 800 книг и ящик негативов из Института биологии и зоологии, 8 ящиков гербария и 8 ящиков энтомологических коллекций). Все это было отправлено в Советский Союз. В Ботаническом музее Берлина найдены гербарии Воронежского, Харьковского, Дерптского (Тарту) университетов, перемещенные из СССР в 1942–1943 гг. Ценности также были транспортированы в СССР представителями АН СССР.

На складах комендатур в Берлине и Мюльберге были обнаружены 40 ящиков из Новгородского государственного музея, иконостас из Новгородского Софийского собора, церковные предметы из новгородских и псковских музеев, мебель из пригородных дворцов-музеев Ленинграда. Всего специалистами Комитета по делам культурно-просветительных учреждений до 1 января 1946 г. было отобрано для отправки в СССР 5665 ящиков с книгами, музейными экспонатами, библиотечным оборудованием[98].

Наибольшее количество спрятанных нацистами культурных ценностей из различных стран Европы было найдено американцами. Обнаруженные сокровища они свозили в четыре крупных сборных пункта в Мюнхене, Марбурге, Висбадене и Оффенбахе. Из них ценности передавались законным владельцам, в том числе в СССР. Однако начиная со второй половины 1946 г., в период «холодной войны», вопросы репараций и реституции стали предметом постоянных дискуссий представителей СССР с их западными коллегами[99].

Первым экспертам, направленным в Германию в феврале 1946 г., удалось идентифицировать содержимое 1815 ящиков, как советское имущество. В них находились экспонаты керченских, одесских, херсонских, киевских, львовских и других музеев Украины, а также Новгорода, Пскова, Минска, ленинградских пригородных дворцов-музеев[100]. Крупная акция по эвакуации принадлежащих Советскому Союзу предметов культуры и истории прошла в декабре 1945 г. в огромном хранилище замка Хохштадт (Бавария). В подвале этого замка были спрятаны археологические и этнографические коллекции, транспортированные немцами из Киева, Риги, Вильнюса, Львова, Харькова, Чернигова, Винницы, а также Кракова и Варшавы. Однако при осмотре выданных ящиков выяснилось, что в них отсутствуют наиболее ценные музейные предметы[101].

В течение 1945–1948 гг. в распоряжение советских властей американцы передали 13 грузов (2391 ящик) с книжными, архивными фондами, музейными экспонатами и т. д. Они прибыли сначала в Берлин на склад «Дерутра». Полные отчеты о передачах культурных ценностей из американской зоны, найденные профессором Гарвардского университета П. Гримстед Кеннеди в Национальном архиве США, давно опубликованы на Западе. Часть документальных свидетельств введена в научный оборот бременской группой исследователей под руководством немецкого профессора В. Айхведе. По зарубежным источникам они содержали свыше полумиллиона наименований[102]. В России эти данные не афишировались. В 2008 г. автором обнаружены в отечественных архивах восемь перечней поступлений из американской зоны. Найдены и квитанции-расписки советских представителей на получение грузов. Речь идет об отправках археологических коллекций, книг, архивов, картин, икон, мебели, керамики из Центрального сборного пункта в Мюнхене, хранилища архивных документов и книг в Оффенбахе, сборного пункта в Висбадене[103].

Прибывшая в 1947 г. в Берлин группа советских экспертов в составе представителя Комитета по делам культпросветучреждений при Совете министров РСФСР Д. Б. Марчукова, хранителя фондов Павловского дворца-музея А. М. Кучумова, сотрудника Исторического музея Г. Г. Антипина в октябре 1947 г. приступила к работе на складах «Дерутра». Более всего ценностей принадлежало дворцам-музеям Павловска, Царского Села, Петергофа, Гатчины.

В заключении комиссии по приемке культурно-художественных ценностей со склада «Дерутра», в состав которой помимо экспертов вошли уполномоченный Совмина УССР В. С. Островецкий и уполномоченный Совмина БССР М. О. Кальницкий, было отмечено: «Определить количество экспонатов не представляется возможным из-за отсутствия точных сведений о нем. Ориентировочно можно сказать, что в 2391 ящике находятся несколько сот тысяч предметов»[104].

7 ноября 1947 г. найденное в «Дерутре» отправили в СССР в 18 закрытых вагонах и 1 открытой платформе в сопровождении лиц, уполномоченных правительствами России, Украины и Белоруссии. После получения грузов в местах назначения специальным комиссиям следовало осуществить соответствующую инвентаризацию, вычислить стоимость каждого экспоната и направить разысканные ценности прежним владельцам. Однако сделать это было затруднительно из-за нехватки специалистов, и часть возвращенного в процессе реституции имущества по разным причинам оказалась в других учреждениях[105].

По документам удалось установить факты передачи возвращенных из Германии культурных ценностей 20 музеям, в том числе 13 российским, 5 украинским, 2 белорусским. Новгородский музей получил 10 ящиков художественных экспонатов, Псковский – 300 предметов; Ростовский-на-Дону – 40 картин. Среди получателей были Смоленский краеведческий и Таганрогский музеи, а также уже упоминавшиеся дворцы-музеи пригородов Ленинграда[106].

До настоящего времени коллегами из Украины и Республики Беларусь не найдены перечни возвращенного имущества в Киев и в Минск. В документах Советской военной администрации в Германии автором обнаружены акт приемки 182 ящиков с белорусскими памятниками культуры, прибывших из Германии в двух железнодорожных вагонах в столицу республики (акт от 6 июля 1948 г.), и поящичная опись предметов[107].