Татьяна Бирюкова - В Москве-матушке при царе-батюшке. Очерки бытовой жизни москвичей

Ознакомительный фрагмент

В июне 1877 года газета «Московские ведомости» напечатала: «Почти в каждом московском дворе есть колодец воды».

Вода Студенца

Вблизи бывшей московской окраины Три горы в Москву-реку впадает небольшая речушка, вернее, ручей с симпатичным названием Студенец. Немногие из сотен московских ручьев имели собственные наименования. Этот же славился тем, что вода в нем была необыкновенно чистая и очень холодная.

До сооружения Мытищинского водопровода большинство москвичей брали воду для питья и хозяйских нужд из самой Москвы-реки, из Преображенских ключей и отсюда, со Студенца, называя воду студенецкою или трехгорною. Некоторыми промышленниками ключевая вода Студенца использовалась при производстве минеральных вод и других напитков.

Местность Студенца притягивала к себе не только высоким качеством воды, но и красивой девственной природой. У речушки прогуливались, а 24 июня для москвичей устраивались на Трех горах веселые народные гулянья.

В ХIV веке здесь располагалось село Выпряжково, принадлежавшее внуку Ивана Калиты серпуховскому князю Владимиру Андреевичу Храброму, герою Куликовской битвы. В период времени с конца XVI до начала XVIII века на месте села был уже загородный двор князя М. П. Гагарина, сибирского воеводы, который был повешен Петром I за взятки и казнокрадство. Позднее, при Анне Иоанновне, его сын А. М. Гагарин привел в порядок пруды при ручье Студенце — благоустроенная местность получила дополнительное название «Гагаринские пруды».

Двор Гагарина в 1804 году перешел к графу Ф. А. Толстому, а после 1812 года — к графу А. А. Закревскому, женившемуся на его дочери. Закревский сначала был генерал-губернатором Финляндии и одновременно министром внутренних дел, а с 1848 года — московским генерал-губернатором. Этот новый владелец замечательно устроил местность Студенца: провел от ручья параллельные каналы правильной формы, украсил образовавшиеся таким образом острова, поставив на них памятники русским полководцам: Каменскому, Барклаю, Волконскому. На строительство дачи был приглашен архитектор Жилярди.

Некоторое время дача Студенец принадлежала государыне императрице.

О культурно-спортивной жизни в этом районе можно судить по газетному объявлению 1851 года: «Господин Александр Уливо объявляет почтеннейшей публике, что на даче Ее Величества Студенец, что за Трехгорной заставой, будет дано в воскресенье 20 мая большое представление на воде и водяной фейерверк. Господин Уливо будет несколько раз прыгать с лестницы вышиною 40 аршин в воду, в разных видах и будет иметь в руках огненные пирамиды, а потом — огненные бриллиантовые колеса и букеты, также бросаясь с той же вышины, сальто-мортальные скачки. Также на воде он будет есть и пить. В заключение будет сожжен китайский фейерверк. Во время представления будет играть полковая музыка. Касса будет открыта с 5 часов при входе к пруду. Начало в 8 часов вечера. Цена местам: кресла — 1 рубль серебром, стулья — 50 копеек серебром, скамейки — 30 копеек серебром. Последнее место — 20 копеек серебром. В случае ненастной погоды представление отложится до другого дня».

Дача Закревского была продана еще до 1860-х годов. К красивому местному парку, к водным протокам со множеством мостиков, к открытым, по сути, дверям гостеприимных хозяев постоянно тянулись для прогулки уставшие от городской суеты москвичи.

Вскоре в этих местах стали строиться новые небольшие дачки горожан. Позднее, к 1880-м годам, дача Студенец отошла Обществу любителей садоводства. Между дачей и на западе от нее расположенной небольшой местностью Камушки (или Каменоломни) общество разбило новый сад и построило свои строения для Школы садоводов.

Почетным попечителем Школы садоводов стал потомственный почетный гражданин Москвы Конон Никонович Голофтеев. Президентом Общества любителей садоводства был генерал-лейтенант В. И. Ахшарумов. Заседания общества летом проводились на даче Студенец, а зимой — в казенном межевом доме у Покровских ворот (в Хохловском переулке).

В летнее каникулярное время на Студенецкой даче помимо обучения специалистов-садоводов проводились занятия для учителей российских гимназий и общеобразовательных школ, так как в школьной программе имелись часы для преподавания детям навыков огородничества, плодоводства и садоводства. Многие плоды со школьных участков использовались для питания школьников и самих преподавателей.

При наступлении советского времени барский дом на даче Студенец был разрушен. Сад Общества садоводов и парк при даче, как писали тогдашние путеводители, «стали служить местом отдыха рабочих и их семей», и здесь стала вестись «большая политико-просветительная работа».

А теперь без особого труда вблизи от этих небольших островков зелени можно обнаружить новые высокоэтажные здания и стройплощадку возводимого огромного делового центра с непривычным для уха москвича зарубежным названием Сити.

Старинный московский топоним «Студенец» исчез с карты столицы. На ней можно найти лишь невеликий Студенецкий переулок рядом с Мантулинской улицей.

«Прожект» Бове

Русский зодчий О. И. Бове недалеко от Большого театра создал замечательное творение, которое продолжает радовать глаз и в наши дни.

«Для выполнения обязанностей по обстройке и украшению Москвы после разорения города неприятелем в 1812 году» высочайшим указом от 14 февраля 1813 года была образована Комиссия для строений во главе с ее директором князем М. Д. Цициановым. В этом же указе было велено «отпустить из Государственного Казначейства в распоряжение Комиссии миллион рублей для выдачи ссуд в пособие обывателям к выстройке домов, пострадавших от неприятельского нашествия».

Возвратившиеся в свои разоренные гнезда в ноябре 1812 года жители Москвы были поражены увиденной здесь страшной картиной.

Московский главнокомандующий подал императору докладную «О разных к обустроению Москвы предположениях». В 1816 году высочайше было назначено к отпуску в комиссию Цицианова «на вознаграждение обывателям» за земли вокруг Китая, Белого и Земляного городов 2 249 042 рубля, «на спланирование и мощение оных» — 1 516 790 рублей. А «ассигнованные при учреждении комиссии 5 000 000 рублей, сверх заготовления материалов и пособия к постройке домов, высочайше повелено обратить… на закрытие каменным сводом речки Неглинной и на отделку бульваров вокруг Кремлевской стены и прочих местах, где назначено».

Заключать в трубу низовье реки Неглинной стали немедленно. В 1819 году подобные работы были перенесены выше Кузнецкого моста и в Земляном городе. Тогда же по приказанию военного генерал-губернатора графа А. П. Тормасова был засыпан ров возле Кремлевской стены между Троицкими и Боровицкими воротами (на эту работу было потрачено 2000 рублей).

Государь Александр I, посетивший Москву в эти годы, повелел: «По дистанции от Курятных (другие названия: Воскресенские, или Иверские, Китайгородские. — Т. Б.) ворот до Боровицких близ Кремлевских стен очистить имеющиеся бугры и по нетес (слово историками осталось непонятым. — Т. Б.), где нужно, подделать кирпичем и по выпланировании обсадить липами, посредине сделать из лип аллею».

Журнал Комиссии для строений 5 августа 1820 года за № 4879 имел следующую запись: «…сочинение прожекта для гулянья подле Кремля от Воскресенских до Боровицких ворот со сделанием через Троицкий и Боровицкий мосты пандуса поручено архитектору Бове, от которого будет зависеть построение оных и подделка Кремлевских стен… а устроение на сем гуляньи по тому прожекту дорожек, планировка места, посадка деревьев и кустарников, приискание оных и вообще отделка сего гулянья возложена по приказанию господина военного губернатора на находящегося при обделке бульваров господина коллежского советника Карина».

Кремлевские сады, с чугунной решеткой и воротами, разводились по рисункам Бове.

Полностью работы по обустройству первого Кремлевского сада закончились лишь в 1826 году. Они шли так успешно, что еще раньше, 30 августа 1821 года, в день тезоименитства государя и святого Александра Невского, состоялось торжество. «В сей день открыто вновь устраиваемое по высочайшей воле, под надзором Комиссии для строений в Москве, гулянье между Воскресенских и Троицких ворот… В половине 8 часа аллеи и дорожки, Кремлевская стена были иллюминированы. Над гротом у Кремлевской стены в прозрачной картине изображались вензеля государя императора и обеих императриц (жены и матери Александра I. — Т. Б.)… Собранная из четырех полков здешнего корпуса музыка и две партии песенников оглашали воздух. Публика была столь многочисленная, что и самые старожилы не вспомнят таковой… и с достоверностью можно положить, что более ста тысяч было народу», — написали в отчете об этом событии.