Ингеборг Фляйшхауэр - Пакт. Гитлер, Сталин и инициатива германской дипломатии. 1938-1939

253

Советское правительство, как это явствует из советских публи­каций, лишь 20 января 1939 г. узнало о том, что Бек устоял перед энер­гичным нажимом Германии. Руководитель германского общества по изучению Восточной Европы доктор Вернер Маркерт, осведомитель со­ветской разведки, сообщил 19 января 1939 г., что усилия «влиятельных германских органов при всех обстоятельствах ускорить столкновение с Москвой и в этих целях обеспечить в лице Польши союзника», под вли­янием которых находился Гитлер, потерпели неудачу. Где-то около рождества Гитлер якобы начал более критично оценивать шансы войны в Восточной Европе. Советско-польское коммюнике и особенно поведе­ние Бека окончательно вынудили оставить мысль о войне в Восточной Европе и направили его взор на «конфликт с западными державами» (запись беседы с генеральным секретарем германского общества по изучению Восточной Европы, в: «СССР в борьбе за мир...», с. 161-163.

254

Duroselle. Politique, p. 91; Hilger. Wir, S. 271.

255

Ebd., S. 271; Hilgert Meyer. Allies, S. 285.

256

Записки от 11 января (без указания адресата) и 12 января 1939 г. (с краткой пометкой: «Через господина статс-секретаря доложить гос­подину рейхсминистру»), в: ADAP, D, IV, Nr. 483, 484, S. 542-543.

257

Детальное описание, предоставленное Шуленбургом в начале февраля 1939 г. итальянскому коллеге Россо по его просьбе, подтверж­дает, что советская сторона лишь постепенно повернулась лицом к гер­манским предложениям. См. докладную записку Россо от 5 февраля 1939 г. министру иностранных дел Чиано, в: Ministero degli Affari Esten (MdAE), Serie: Affari politici, Russia 35 (1939.3), Rapporti politici Russia-Germania, n. 543/219, p. 2.

258

Письмо Россо в адрес Чиано от 5 февраля 1939 г. (Ebd.).

259

В начале февраля 1939 г. Шуленбург сообщил Россо: «Советское правительство настаивало на том, чтобы переговоры велись в Москве» (Ebd.).

260

Wiedemann. Mann, S. 23If. См. также: Schuman. Night, p. 278 («Гитлер избрал советского полпреда для дружеского разговора»); Rossi. Jahre, p. 20; Watt. Initiation, p. 159; Allard. Stalin, S. 96 («сердеч­ный разговор»); Rauch. Nichtangriffspakt, S. 353 («демонстративная бе­седа Гитлера с советским полпредом Мерекаловым 12 января 1939 г.»); Sipols. Vorgeschichte, S. 294. Д. Ирвинг (D. Irving. The War Path. Hitler's Germany 1933-1939. London, 1978, p. 180), указывая на недостаточные знания немецкого языка Мерекаловым, высказал мнение, что «содер­жание разговора не имело значения. Важным была его продолжитель­ность. Гитлер беседовал с Мерекаловым несколько минут. Таким путем он дал понять Москве, что мог бы забыть прошлые разногласия». Далее, на с. 337, Ирвинг расценивает «продолжительную беседу с Мерекало­вым» как «первый шаг» усилий Гитлера к тому, чтобы заручиться «под­держкой Сталина». Ирвинг ссылается также на выступление Гитлера 22 августа 1939 г. перед генералитетом, в котором тот подчеркнул, что «поворот» немецкой политики в сторону СССР начался с того, что он (Гитлер) «на одном из приемов обошелся с советским послом так же уч­тиво, как и с другими дипломатами» (IMT,XLI,p. 17-23). Подобное связывание этих событий вызывает сомнение. Контекст высказывания Гитлера создает впечатление, что скорее речь шла о его встрече с Аста­ховым на приеме по случаю открытия дня немецкой культуры в Мюн­хене 17 июля 1939г. (см. ниже).

261

Foreign Relations of the United States (FRUS). Diplomatic Papers, 1939. Washington, 1956, vol. 1, No. 30, p. 313.

262

Телеграмма Мерекалова в Наркоминдел от 12 января 1939 г. (АВП СССР, ф. 059, on. I, п. 294, д. 2036, л. 17).

263

См. письмо читателя В. Грановского «Еще раз о договоре 1939 г.: у истории нет вариантов» («Литературная газета», 26 апреля 1989 г., с. 14). Грановский в этой беседе видит начало к сближению и отмечает, что впервые «любезное внимание» Гитлера упомянул в конце февраля 1939 г. журнал «Большевик» в статье, подписанной В. Гальяновым. Ее подлинным автором был первый заместитель наркома иностранных дел В.П. Потемкин. В статье Потемкин выразил недовольство французски­ми партнерами по союзу и указал на то, что Рапалльский договор по-прежнему остается в силе (получить эту статью автор не смог). О многочисленных статьях Потемкина, опубликованных после XVIII съезда партии в обход Литвинова и сильно способствовавших его изоляции, говорит биограф Литвинова З.С. Шейнис в книге «Максим Максимович Литвинов: революционер, дипломат, человек» (М., 1989, с. 360).

264

Maxim Litvinow. Memoiren. Aufzeichnungen aus den geheimen Tagebüchern. München, 1956, S. 258.

265

Этому противоречит факт наличия за период с апреля 1939 г. за­писей сотрудников советского представительства в Берлине о немец­ком зондировании.

266

Schuman. Night, p. 278; Beioff. Policy, p. 215.

267

См.: Е. Chäszär. Decision in Vienna. 1978; GyubaJuhdsz. Hungarian Foreign Policy 1919-1945. Budapest, 1979, p. ASDmytro Zlepko. Die Entstehung der Polnisch-Ungarischen Grenze (October 1938 bis Marz 1939). München, 1980, S. 70.

268

Сообщение Шуленбурга министерству иностранных дел 3 де­кабря 1938 г. (ADAP, D, V, S. 116).

269

Дирксен из Лондона министерству иностранных дел, 4 января 1939 г. (ADAP, D, IV, S. 315-317).

270

См. записку рейхсминистра иностранных дел от 9 января 1939 г. (ADAP, D,V,S. 132-134).

271

9 января 1939 г. Шуленбург писал фрау фон Дуберг: «Только что по телефону я получил из канцелярии посольства сообщение, что господин фон Риббентроп мою поездку в Берлин одобрил». С оттенком иронии он добавил: «Теперь нам нужно всегда заручаться разрешением лично господина рейхсминистра, если мы собираемся временно оста­вить свой пост (даже выезжая в пределах страны, где мы аккредитова­ны!!) .Атак как господину фон Риббентропу приходится много ездить, бывает нелегко получить его согласие» (Nachlaß. Schulenburg, Aktenordner Duberg, S. 2).

272

В доказательство этого советские историки приводят отчет гер­манского генерального штаба от 28 января 1939 г., в котором русские вооруженные силы определялись как мощный военный инструменте современными боевыми средствами, отлаженным и решительным ру­ководством; богатые ресурсы страны и обширные пространства называ­лись хорошими союзниками. См.: Безыменский. Особая папка..., с. 95; Sipols. Vorgeschichte, S. 293, 349 (Anm. 153).

273

Отношение Канариса к военной мощи СССР требует самостоя­тельного исследования. Об уровне сотрудничества Канариса и Шуленбурга в данный период времени свидетельствует послание с рождественскими поздравлениями от 17 декабря 1938 г., в котором ви­це-адмирал и начальник управления разведки и контрразведки (Абве­ра) вермахта писал: «По этому случаю мне хочется искренне поблагодарить Вас за предоставленную мне и моему отделу любезную помощь. Одновременно я позволю себе просить Вас и в дальнейшем оказывать нам поддержку». В письме от 2 января 1939 г. Шуленбург «тепло» ответил на «любезные пожелания» и заверил, что «и в 1939 г. мы все здесь Вам и Вашему отделу окажем такую помощь, которая воз­можна... в столь чрезвычайных... обстоятельствах» (РА АА, Polit. Akten Botschafter v.d. Schulenburg, 178460-1).

274

Kordt. Wahn, S. 157 (Anm. 1).

275

Это, видимо, правильное прочтение описания Росси (Rossi. Jahre, S. 20) встречи Кейтеля и советского военного атташе «в доме из­вестного промышленника».

276

В своей книге (Jahre, S. 20) Росси писал: «Военачальники были за сближение, вероятно помня заповедь Бисмарка, а также ввиду угро­зы войны на два фронта». По поступившим оттуда сведениям, «инициа­тива исходила от армейских кругов, а не с Вильгельмштрассе».

277

Как писал 5 февраля 1939 г. в частном послании Вайцзеккер, он «слыхал о постоянно растущем интересе фюрера к Бисмарку», однако мотивы Гитлера ему были неясны. 13 ноября 1939 г. он описал состояв­шийся несколькими днями ранее приезд Гитлера на Фридрихсру. Как стало известно Вайцзеккеру, этот приезд был якобы «связан с тем, что в процессе чтения фигура Бисмарка стала Гитлеру роднее». В присутст­вии Вайцзеккера Гитлер на Фридрихсру говорил «о первостепенном значении для государственного деятеля личных качеств, перед кото­рым интеллект отступает на второй план».

278

Adolf Hitler. Main Kampf. 1939, S. 749; sowie Hitlers Zweites Buch (Ein Dokument aus dem Jahre 1928. Stuttgart, 1961, S. 155).

279

Joachim С. Fest Hitler. Eine Biographie. Frankfurt a. M./Berlin/ Wien, 1973, S. 790.

280

Телеграмма Россо в адрес Чиано от 13 января 1939 г. (Nr. 163/75). — Цит. по: Mario Toscano. VItalia е gli accordi tedesco-sovietici dell'Agosto 1939. Florenz, 1952, p. 8.-In: Designs in Diplomacy, Baltimore/London, 1970, p. 51.

281

Относительно хронологии событий следует иметь в виду, что Чемберлен и Галифакс 11-14 января 1939 г. находились в Риме, где 12 января, то есть в день новогоднего приема у Гитлера, имели беседу с Муссолини, за которой с подозрением следила советская сторона. В бе­седе Чемберлен, указав на военную слабость СССР, косвенным путем поинтересовался, согласится ли Муссолини с нападением Германии на Украину и поддержит ли его. Муссолини на этот вопрос не ответил. См. обстоятельный разбор этого эпизода в: Toscano. Italia, p. 8,16. Как вид­но, Советское правительство сразу же узнало об этой беседе и сделало из нее, по-видимому, чересчур серьезные выводы. См.: Mario Toscano. Problemi particolari della storia della seconda guerra mondiale. — In: Rivista di Studi Politici Internationali, 1950, p. 388-398; «Designs in Diplomacy», p. 406.