История отношений между русскими князьями Рюрикова дома - Сергей Михайлович Соловьев

к Святославу Олговичю сыновець его Святослав Всеволодичь, и целова к нему хрест; тогда же прида ему 3 городы, и Сновеск собе отъя, и Корачев и Воротинск, занеже бе его отступила. Там же, 79: «Изяслав же (Давидович) пойма я (половцы) и еха с ними к Березому, на сыновца своего на Святослава на Всеволодича». Издатель Ипатьевской летописи думает, что надобно читать [вместо] Всеволодича Владимировича, о котором была речь выше; но он не обратил внимания на следующие слова летописи (стр. 80): «Том же лете Святослав иде к брату своему Изяславу: ту стояща у Мьстиславля створиста мир с сыновцема своима», т. е. с Владимировичем и Всеволодичем, который, след., также был ратен с дядьми.

383

Там же, 81.

384

Ипатьев. 81: «И много зла створися въть день: разграбиша двор его Красный, и другый двор его за Днепром разъграбиша, его же звашеть сам раем, и Василков двор сына его разграбиша в городе; избивахуть Суждалци по городом и по селом, а товар их грабяче».

385

Ипатьев. 81, 87.

386

Ипатьев. 82.

387

Берладником он назывался потому, что, изгнанный из Руси, должен был проживать в Берладе, притоне всех изгнанников, князей и простых людей.

388

Ипатьев. 84, 85.

389

Там же, 90.

390

Из подробностей этой усобицы замечательны: Ростислав сначала заключил тесный союз с Ольговичами; князья пировали вместе и богато дарились (Ипатьев. 86); но киевляне, постоянно питавшие ненависть к Ольговичам, не могли равнодушно смотреть на такую приязнь, и, когда в. князь послал сына своего Рюрика на помощь к Ольговичам против Изяслава Давидовича, граждане киевские и варвары заставили его взять в заложники Всеволода, сына Святослава Всеволодича: «Ростислав бяше поялу Святослава Всеволода сына его, уверяя кияны и Берендее, бяху бо не верующе за свое съгрешение» (Ипатьев. 86). Желая изгладить такую неприязнь и недоверчивость между гражданами и Ольговичами, Ростислав выпросил у Святослава Ольговича сына его Олега на житье в Киев: «ать познаеть кияны лепшия, и берендиче, и торкы» (Ипатьев, 89): Святослав согласился. Тогда киевские бояре, чтоб уничтожить этот ненавистный для них союз, наговорили Олегу, что Ростислав хочет схватить его; молодой князь поверил и без отцовского позволения перешел на сторону Изяслава, а между тем черниговские бояре, с своей стороны, поджигали Святослава ко вражде с Ростиславом, однако не успели в своем намерении вполне: Святослав, хотя охлажденный в любви к в. князю, все-таки остался на его стороне (Ипатьев. 89). — Любопытно также, что во время этой усобицы Андрей Юрьевич Боголюбский возобновляет вражду свою к Мстаславичам, выдает дочь за Святослава Владимировича Вщижского (который был на стороне дяди Изяслава Давидовича) и посылает сына своего Изяслава на помощь Давидовичу и Владимировичу против Мстиславичей и Ольговичей. Впрочем, Святослав Владимирович скоро вошел в сыновние отношения к Святославу Ольговичу (Ипатьев. 88).

391

Ипатьев. 91, 92.

392

Там же, 92, 93. Дело не обошлось без вражды между двоюродными братьями, сыном Святослава Олегом и Святославом Всеволодовичем, потому что последний обижал Олега, не давая ему должных волостей, наконец через посредство в. князя Черниговские примирились в 1167 году.

393

Там же, 96: «По Ростиславли смерти начата слати по Мьстислава братья, Володимир Мьстиславич, Рюрик, Давыд, и киане от себе послаша, черный клобукы от себе послаши; Мьстислав же посла Володислава Воротиславича перед собою к Василкови к Ярополцичю вели ему седети Киеве до себе, и тиунь свой посла. И начаша приятели Мьстиславли поведати Василкови и Володиславу, оже Володимирь Мьстиславич, и Андреевичь, и Ярослав Мьстиславль брат, и Рюрик и Давыд, целовали крест, яко же взята им волость у Мьстислава по своей воли: Володимиру к своей волости Торцьскый с всим Поросьем, Андреевичю Берестой, Ярославу Володимерь».

394

Ипатьев, 96. Именно Ярослав Изяславич не получил Владимира и должен был остаться в Луцке, Рюрик Ростиславич получил Овруч, Давыд Вышегород. См. там же, стр. 98.

395

Там же, 97: «И рекоша ему дружина его: «О собе еси, княже, замыслил; а не едем по тобе, мы того не ведали». Володимир же рече, възрев на децскы: «А се будуть мои бояре».

396

Там же, 98, 99.

397

Там же: «В то же время Володимир Андреевичь нача припрашивата волости у Мьстислава. Мьстислав же уразумев, оже изветом у него просить волости, рече: «Брате Володимире! Ци давно еси хрест целовал ко мне, и волость взял еси у мене?» Он же разгневавъся иде Дорогобужю. В то же время бе Андрей Гюргевич в Суждали княжа, и тъ бе не имея любьви к Мьсти славу».

398

Ипатьев. 100.

399

Андрей умер в 1174 году, Татищев говорит, что 63 лет; Юрий женился в 1107 году (Лавр. 120); след., Андрей родился в 1111 году, когда Юрий уже должен был княжить в Ростовской земле, ибо князья не любили держать при себе взрослых, женатых сыновей.

400

Лавр. 140: «И придоша к Вячеславу в Пересопницю Гюргевича два, Ростислав и Андрей» (Ипатьев. 46). Здесь в первый раз упомянуто имя Андрея в летописи.

401

Ипатьев. 77: «Тогды же, сед, раздал волости детем: Андрея посади Вышегороде, а Бориса Турове, Глеба в Переяславле, и Василкови да Поросье». — Почему же Юрий посадил Андрея не в Переяславле? По той же причине, по какой Мономах посадил Мстислава в Белгороде, а не в Переяславле, хотя он и считался князем Переяславским (см. выше): Юрию нужно было иметь подле себя храброго Андрея, который бы защищал его от нападений Мстиславичей. Почему теперь посадил он в Переяславле не Бориса, но младшего Глеба? Потому что Глеб был воинственнее Бориса, что мы видим из предыдущих и последующих его подвигов, тогда как Борис вовсе не отличался ратным духом, а Переяславль был опасный стол по соседству с черниговскими князьями и половцами.

402

Там же, 78: