Москва. Полная история города - Мария Баганова

казнили, а мучили, убивали с выдумкой, с неимоверной садистской жестокостью. Особо приближен был к царю Григорий Лукьянович Скуратов-Бельский, более известный как Малюта Скуратов. Свое прозвище он получил за малый рост и лютость. Он возглавлял опричное сыскное ведомство – полицию по делам государственной измены. Основным средством дознания Скуратова была пытка, за которой следовала казнь. «Где проехал Малюта – там и курица не пьет» – поговаривали москвичи, намекая на то, что даже лужи по его следу наполнялись не водой, а кровью.

Опричный двор располагался на Ваганьковском холме недалеко от Кремля и в примыкающей к холму низине – Чертолье. Здесь тогда бежал ручей, прозванный Чертовым или Черторый. Он брал начало в Козьем болоте около Патриарших прудов и впадал в Москву-реку. В половодье ручей разливался, а когда вода спадала, на его берегах оставались ухабы и колдобины, словно черт рыл. Перебраться через это месиво было сложновато, и путники то и дело чертыхались. Отсюда и название местности – Чертолье. Именно здесь, в низинке стояли пыточные избы, казематы и эшафоты с плахами. Трудно даже представить, кровь скольких людей пролилась здесь, сколько бояр, дворян и холопов приняли тут страшную, лютую смерть.

В Чертолье царю было удобно добираться из Кремля, а главному пыточнику – Малюте Скуратову – из своих палат, стоявших примерно на месте серого «Дома на набережной». Частично дом Малюты сохранился – уцелел нижний этаж, подклет, на котором новое здание – красное с белой лепниной – воздвиг в 1657 году думный дьяк Аверкий Кириллов, первый царский ботаник и чудесный образованный человек. Рядом построил он церковь Николы на Берсеневке и разбил прекраснейшие сады. Погиб Аверкий при стрелецком бунте в 1682 году: ворвалась в его дом чернь и зарубила хозяина.

По легенде и под домом Аверкия Кириллова, и в Чертолье сохранились древние тюремные подвалы с прикованными к стенам скелетами замученных невинных людей. Часть из них была обнаружена в начале тридцатых, когда сносили Храм Христа Спасителя. Газеты писали, что был даже обнаружен склеп самого Малюты с надгробной плитой.

ЭТО ИНТЕРЕСНО

Согласно устоявшейся легенде, под Москвой по приказу Ивана Грозного были прорыты подземные ходы, по которым могла проехать тройка лошадей. Сходились такие ходы в Кремле и на Опричном дворе, и благодаря этим тайным проходам царь с опричниками мог появиться неожиданно в любом месте Москвы, буквально выскочив из-под земли.

Со злодеяниями Ивана Грозного связана и подмосковная станция Тайнинская. Там стояла «Содомова палата», где любил проводить время царь со своими опричниками. Там для него в женском платье танцевал красавчик Федор Басманов. Стояли там царские дворцы и позднее, в XVIII веке, и постепенно изначальное название местности Танинское переделали в Тайнинское: уж слишком много было тайн связано с этими местами.

На Опричном дворе нашел свой страшный конец и личный царский колдун – злой волхв Елисей Бомелий.

В 1570 году царь приблизил к себе вестфальского авантюриста, недоучившегося медика и чернокнижника Бомелия. Он еще в Англии был судим за занятия черной магией и отравления. Московский посол предложил Бомелию стать врачом русского царя. Тот с радостью переехал в Москву, где быстро стал любимцем Ивана, не столько врачуя тело, сколько насылая порчу и составляя яды.

Русские ненавидели Бомелия и всячески пытались очернить его. В конце концов он оказался в опале. Мага арестовали и подвергли пыткам, во время которых он признался в измене.

Находившийся при русском дворе англичанин вспоминал: «Его руки и ноги были вывернуты из суставов, спина и тело изрезаны проволочным кнутом; он признался во многом таком, чего не было написано и чего нельзя было пожелать, чтобы царь узнал. Царь прислал сказать, что его зажарят живьем. Его сняли с дыбы и привязали к деревянному шесту или вертелу, выпустили из него кровь и подожгли; его жарили до тех пор, пока в нем, казалось, не осталось никаких признаков жизни, затем бросили в сани и провезли через Кремль. Я находился среди многих, прибежавших взглянуть на него, он открыл глаза, произнося имя бога; затем его бросили в темницу, где он и умер»[5].

Московская расправа

Порой расправы выплескивались и за пределы Опричного двора. Страшное видела Красная площадь: по приказу Ивана Грозного там поставлены были виселицы и расставлены другие орудия казни: печи, клещи, иглы, котлы с кипящей водой, кнуты и пр. Народ московский со страху разбежался, купцы даже забыли запереть свои лавки.

На пустынную площадь выехал царь с опричниками, за ними вели 300 человек осужденных на казнь. Измученные пытками, они едва держались на ногах.

Царю не понравилось отсутствие зрителей. Он разослал опричников по Москве, приказав собрать народ. Опричники обещали: «Идите без страха, никому ничего не будет, царь обещает всем милость». Только тогда москвичи стали сходиться на площадь.

Царь велел отобрать половину осужденных и объявил, что дарует им жизнь по своей великой милости, зато остальные намучаются вдвойне. Изобретательность царя была так велика, что почти каждому была особая казнь: несчастных строгали кусками, обливали кипятком, жгли огнем…

БРОСИТЬ В ТЮРЬМУ

По Троицкой улице у самой кремлевской стены стоял в XVI–XVII веках Судный дворцовый приказ, от которого в стене шла лестница, спускавшаяся в глубокие двухъярусные подземелья, располагавшиеся под Троицкой башней. Помещения верхнего яруса соединялись между собой узким длинным коридором, из них в нижние помещения вели не лестницы, а просто люки и небольшие продухи для притока воздуха. Нижние помещения служили темницами. Людей в них вбрасывали через люки, поэтому до сих пор мы говорим «бросить в тюрьму».

Типография в Москве

При Иване Грозном в Москве открылась первая русская типография. Располагалась она на Никольской улице, на том месте, где сейчас здание РГГУ. В 1292 году тут был основан Богоявленский монастырь, который частично сохранился, а в конце XIV века монастырь Николы Старого – от него никаких наземных сооружений не осталось.

Здание Печатного двора на Никольской улице. Неизвестный художник. XVIII век

Первая русская печатная книга, «Деяния апостольские, собрания соборные и Святого Павла послания», или короче – «Апостол», была издана в 1564 году.

Это было очень качественное издание: аккуратно и чисто отпечатанное на 267 листах с ровным шрифтом и строками. Вместе с черными чернилами использовали и киноварно-красные: ими были отпечатаны оглавления и прописные буквы. Украшением книги служили иллюстрации и декоративные вставки, оттиснутые с резных досок.

В начале 1565