Евгений Кукаркин - Обыкновенные неприятности

- Я говорила с профессором Кругловым...

- Ну и что?

- Он говорит, что есть надежда на выздоровление.

- Конечно есть. Давай пока не будем об этом. Скажи мне честно, Валькина подруга, это Светка?

- Нет... Как ты догадался?

- Он мне сам о ней рассказал. Валька не знает, что я с ней знаком. Светка то нам заливала, что вечерами учится, а на самом деле, она по прежнему крутила с ним любовь.

- Забудь ее. Когда я с ней говорила последний раз, то поняла, что ей нужен был перспективный муж. Ты имел большое будущее и этим ее завоевал.

- Как же так? Ты говоришь я ее завоевал, а приехав в этот город сдавать экзамены, она завязала роман с другим.

- Света очень прагматичная девушка, она просчитала на много ходов вперед, если что, есть запасной вариант. Большинство девиц обычно поступает так.

- Сволочи эти девицы.

- Может быть.

- Светка точно придет сюда в больницу?

- Придет.

- А ты ей рассказала, что я здесь?

- Рассказала.

- Так она ко мне зайдет?

- Не знаю.

Вошла сестра и, открыв окно, сказала Варьке.

- Извините, мы сейчас отвезем больного на анализы.

- Да, конечно. До свидания Коля, я приду к тебе через два дня.

- Приходи.

После обеда в палате появился незнакомый, огромный мужчина в накинутом белом халате.

- Так значит ты и есть, Николай?

- Да я.

- А я Валин отец. Он мне рассказал обо всех твоих бедах. Я пришел сюда, посмотрел твою медицинскую карточку и понял, что сынок мне не врал.

- Я просил Валю, чтобы вы помогли мне.

- Ты уверен, что это нужно?

- Уверен. Павка Корчагин для меня не пример. Гнить за живо много лет, это ужасно. Скоро пропадет речь, мне подведут массу питательных трубок и биологический обрубок будет валятся до конца дней на койке.

- Откуда ты знаешь?

- У меня было много времени почитать и разобраться в этом.

- Хорошо, я помогу тебе.

- Когда, сейчас? Прошу вас, сделайте это сейчас, каждый день промедления грозит последующими неприятностями.

Валькин отец берет стул и подпираем им ручку двери, потом подходит к столику тумбочки, наливает из графина воду в стакан и, вытащив из кармана пакетик, разрывает его. Желтоватый порошок засыпается в воду. Мужчина осторожно размешивает смесь ложечкой.

- Сейчас мы тебя посадим.

Крепкие руки подтягивают меня на спинку кровати. Стакан подносится к губам.

- Пей.

Я глотаю жидкость и чуть-чуть чувствую ее горечь. Выпиваю стакан до конца. Мужчина сдергивает меня на койку и заботливо накрывает одеялом.

- Теперь постарайся заснуть. Пока.

Валькин отец запихивает стакан с ложечкой в карман, подходит к двери, отбрасывает стул и чуть ее приоткрыв, заглядывает в коридор. Потом он исчезает, я один.

Мысли мои напряжены, полная сумятится в голове. Но вот самое важное проскальзывает и как плакат зависает перед глазами. По настоящему страдает только тот, кто не видит выхода из тяжелой ситуации. Это не пытки, не боль, не разлука с любимыми, это тупик, когда невозможно действовать и бороться. Я начинаю чувствовать, как меня мутит. Все больше и больше кружится голова, возникают какие-то дикие перепады с памятью и вдруг... Это конец...