Сергей Обручев - Русские поморы на Шпицбергене

Нам известны вполне определенные сведения о земных глобусах XV в. Так, в письме Тосканелли указано, что земные глобусы изготовлялись в это время (т. е. в 1474 г.). Ванте сделал земной глобус в 1484 г. в Перудже. Брат Кристофора Колумба Бартоломео выехал 13 февраля 1488 г. в Лондон, чтобы изготовить земной глобус для английского короля Генриха VII и пробыл в Лондоне до 1493 г. (Hennig, 1956).

Как указано выше, Конрад Цельтис в конце XV в. заказал две пары глобусов (земной и небесный) для библиотеки Максимилиана I и для своих лекций в Венском университете. Историки предполагают, что земные глобусы Цельтиса — копии глобуса Бехайма. Но так как они не сохранились и о них нет никаких сведений, кроме кратких упоминаний, то рассуждения о том, как они были сделаны и что на них изображалось, пока бесполезны.

Во всяком случае глобусу М. Бехайма повезло — он сохранился до нашего времени и считается самым древним из известных нам земных глобусов.

Имя М. Бехайма получило широкую известность, и историки географических открытий обратили большое внимание на изучение его жизни и деятельности. К сожалению, несмотря на тщательные поиски в архивах Европы, о нем обнаружено лишь ничтожное количество документов.

Это неблагоприятное обстоятельство было отягчено еще крайней пристрастностью исследователей: немцы стремились доказать, что М. Бехайм являлся выдающимся знатоком навигации и что он оказал большое влияние на теорию и практику мореплавания в Португалии. Это возвеличивание роли Бехайма началось уже в XVIII в. Особенно сильно оно проявилось после появления известной статьи А. Гумбольдта в 1838 г. и продолжалось до начала XIX в. В 1890 г. в Нюрнберге был воздвигнут памятник Бехайму, в 1905 г. император Вильгельм в речи, произнесенной в Лиссабоне, поставил Бехайма наравне с Диашем, Васко да Гама, Магелланом, Альмейде и Абукерком.

Выяснение истинной и очень скромной роли Бехайма в развитии навигации и мореплавания началось в 1908 г. с выходом в свет большой монографии Равенстейна. Этот ученый, немец, проживший почти всю жизнь в Англии, собрал очень большой материал о Бехайме и нанес сильнейший удар по репутации его как картографа и географа. Выяснение истории навигации в Португалии и почти полного отсутствия какого-либо влияния немецкой космографии, астрономии и науки о мореплавании на португальское мореплавание XIV–XVII вв. послужило темой работ и португальского историка Бенсауде (Bensaude, 1912).

Работы Равенстейна и Бенсауде заставили и немцев пересмотреть свое отношение к роли Бехайма и немецкой навигационной науки в практике мореплавания в Португалии (Wagner, 1918). Однако в немецкой литературе за Бехаймом все же остается некоторый ореол выдающегося географа. Большие биографии Бехайма появились уже в XVIII в. (Murr, 1778) и в середине XIX в. (Ghillany, 1853), но самая полная и беспристрастная принадлежит, конечно, Равенстейну (Ravenstein, 1908). В последние годы в связи с 500-летием со дня рождения М. Бехайма появилось несколько интересных статей, посвященных его жизни и деятельности (Winter, 1959).

Семья Бехаймов — выходцы из Чехии (Богемии), на что указывает их фамилия, которая в документах пишется весьма различно (Pehem, Beham, Beheim и др.).

Усадьба зажиточного крестьянина в Нюрнберге. Гравюра «Блудный сын» А. Дюрера, 1497 г.

Как установил Гиллани, они уже в X в. переселились в Нюрнберг и в начале XIV в. принадлежали к патрицианским семьям города. Главным их занятием была торговля.

Мартин родился в 1459 г. и до 17 лет жил в Нюрнберге. Родители готовили сына к наследственной купеческой профессии, но юные мечты увлекали его в далекие страны. Впоследствии Мартин утверждал, что он был учеником знаменитого космографа Региомонтана (Иоганн Мюллер из Кенигсберга в Оберпфальце), принявшего в качестве псевдонима латинский перевод названия своего родного города. Это первое из сведений о жизни М. Бехайма, которое подвергается сомнению, так как кроме весьма иронической фразы португальского историка середины XVI в. Барруша: «Бехайм хвалился, что был учеником Региомонтана», нет никаких сведений о принадлежности Бехайма к кругу выдающегося космографа.

Региомонтан жил в Нюрнберге очень уединенно и провел здесь меньше пяти лет — с 1470 по 1474 г., когда он уехал в Рим по вызову папы. Он скончался в Риме, по-видимому, от чумы, в 1476 г., в возрасте 40 лет. Мартину было всего 15 лет, когда Региомонтан уехал из Нюрнберга, и, конечно, он не мог глубоко изучить методы определения положения светил, разработанные Региомонтаном. К тому же, как известно, последний не вел в Нюрнберге никаких занятий с учениками и не читал лекций.

В 1475 г., после смерти своего отца, Бехайм уехал во Фландрию, чтобы пройти там практику в купеческой фирме, торговавшей сукном. Некоторые биографы Бехайма предполагают, что в 1481 или 1482 г. он побывал по торговым делам в Лиссабоне, но эта поездка не подтверждается документами.

В 1483 г. он был в Нюрнберге, где, как полагают биографы, глубже ознакомился с инструментами, усовершенствованными Региомонтаном, и с его таблицами — эфемеридами и захватил их с собой. Но это лишь предположения, факты же таковы: Бехайм наделал в Нюрнберге долгов, дал обязательства уплатить их в следующий приезд в Нюрнберг, а 1 марта 1493 г. его привлекли к суду по обвинению в недостойном по тем временам для патриция поведении —20 февраля он вместе с четырьмя другими молодыми людьми танцевал на еврейской свадьбе. Он и Зебальд Дейхслер были приговорены к неделе тюремного заключения, а три остальных отделались штрафом. Но Бехайму дали отсрочку на две недели для поездки в Франкфурт по торговым делам.

Не известно, вернулся ли Бехайм после поездки в Нюрнберг или уехал в Антверпен.

В середине июня 1484 г. Бехайм уехал из Антверпена в Лиссабон. Здесь он делает головокружительную карьеру. 18 февраля 1485 г. португальский король Жуан Не городе Алковаса посвящает его в рыцари ордена Христа. Мурр приводит по этому поводу письмо какого-то немца (Murr, 1778). Церемония была очень торжественной. В присутствии королевы, всех князей и рыцарей в церкви св. Спасителя после мессы король собственноручно опоясал Бехайма мечом, один из рыцарей-ассистенов прикрепил ему правую шпору, другой — левую, третий надел на него шлем, и король закончил церемонию ударом меча по плечу Бехайма (Ghillany, 1853).

Это событие, как и большинство фактов из жизни Бехайма, оспаривается. В архивных документах ордена Христа нет сообщения о посвящении Бехайма в рыцари, 18 февраля 1485 г. он не мог быть в Португалии, так как на его глобусе написано, что 18 января этого года он находился у берегов Африки, у мыса Негро.

Защитники документальной точности сообщений Бехайма, в частности Хенниг, предлагают для решения этого вопроса в его пользу принять, что при обозначении на глобусе Бехайм пользовался не тем календарем, в котором год начинался после рождества, а тем, который начинался с благовещения (т. е. с 25 марта). Тогда у мыса Негро Бехайм был бы 18 января 1486 г. Но это допущение требует и другого: что Бехайм не пользовался календарем, принятым на Пиренейском полуострове, а тем, который был в ходу в Нидерландах и может быть у выходцев из Фландрии на Азорских островах!

Что касается сообщения о посвящении Бехайма в рыцари, то так как оно основано на немецком письме, число в нем показано по немецкому календарю — т. е. это событие действительно происходило в пятницу 18 февраля 1485 г. Король Жуан действительно был в Алькасовасе в феврале 1485 г. (куда он бежал от чумы) и 18 февраля действительно приходится на пятницу (Hennig, 1956).

Недоразумение с орденом Христа Равенстейн и Хенниг объясняют ошибкой автора письма: в городе Алковаса тогда состоялось простое посвящение в рыцари. Кроме того, если бы Бехайм в 1485 г. сделался рыцарем ордена Христа, он не мог бы жениться. А как мы знаем, в 1486 г. он женился на дочери губернатора островов Фаял и Пико.

Но эти объяснения о разных календарях кажутся довольно спорными. К надписям на глобусе мы вернемся ниже.

В это время М. Бехайму было всего 25 лет, кроме тоги, он являлся чужеземцем и тем не менее король Жуан II назначил его в 1484 г. членом Тайного совета математиков (Junta dos mathematicos), целью которого явилась выработка методов навигации в открытом море. Совет был тайным потому, что португальцы тщательно скрывали свои навигационные приемы от мореплавателей других стран, и особенно от Испании. Считают, что к началу XVI в. Португалия в деле мореплавания обогнала Испанию на два поколения (т. е. на 40–50 лет).

В Тайный совет входило немного лиц — мы знаем о двух придворных врачах, двух епископах и об одном крупном придворном. Этим двум врачам — Жосе Визинхо (ученику астронома Закуто) и Родриго, хорошо знакомым с астрономией и навигацией, и Бехайму Жуан II поручил выработать методы определения высоты солнца в открытом море (т. е. определения широты). Такую задачу, как пишет Барруш, эти три члена Совета математиков и выполнили вполне успешно — они составили таблицы для определений.