История войны 1814 года во Франции - Модест Иванович Богданович

нам только в случае, ежели боязнь, выраженная в мнениях, мне представленных, распространится на войска, но постоянство и твердость, выказанные союзными армиями, служат порукой в том, что подобные впечатления не могут иметь на них влияния. Затруднения, ожидаемые от занятия Парижа, преувеличены и могут быть устранены мерами, принятыми для спокойствия столицы Франции.

Я отнюдь не противлюсь продолжению переговоров в Шатильоне и сообщению ответа Коленкуру на последний запрос его о будущем жребии Европы, согласно постановлению, нами принятому в Лангре; что же касается до перемирия, то согласиться на переговоры о столь важном предмете значило бы потворствовать видам неприятеля. Я уверен в счастливом окончании войны, ежели союзники останутся единодушны в своих видах и по-прежнему будут руководиться главной их целью: сокрушением неприятельской армии»32.

К сожалению, тогда же в главную квартиру союзников пришли известия о невзгодах Силезской армии. Устрашенные ими дипломаты снова настаивали на заключении мира. Лорд Кестельри представил императору Александру, что следовало решиться на мир прежде, нежели пришлось бы отступить за Рейн, и прибавил к тому: «Мне приказано воспользоваться случаем для заключения мира, который необходим тем более, что, по-видимому, Союз готов разрушиться». Государь, возвыся голос, отвечал: «Милорд! Это будет не мир, a перемирие, которое вам позволит разоружиться лишь на минуту. Я не могу каждый раз поспевать вам на помощь, будучи с моими войсками за четыреста лье. Я не заключу мира, пока Наполеон будет оставаться на престоле»33. Император долго оспоривал доводы союзных министров, увлекаясь справедливым негодованием на близоруких политиков, исторгавших несомненный успех из рук его. По словам Штейна, «невозможно было без удивления видеть, до чего простирались его самоотвержение, его восторг ко всему высокому»34. Тем не менее, однако же, государь, убедясь, что дальнейшее сопротивление его в действительности могло повести к расторжению Союза, приказал графу Разумовскому подписать мирный трактат на условиях, предложенных Франции при открытии Шатильонского конгресса, но настоял на том, чтобы не заключать перемирия. «Как единственной моей целью есть благо общее, – сказал он, – то, оставаясь верен принятому мной основанию поставлять переговоры о мире в зависимость от хода войны, уступаю настоятельному желанию моих союзников». Вместе с тем он изъявил мнение продолжать военные действия и стараться по возможности извлечь выгоды из расположения Главной союзной армии в тылу Наполеона35.

Меттерних, успев в своем намерении склонить союзников к миру, известил о том Коленкура. «Мы снова пустили в ход ваши переговоры, и, право, нелегко быть министром коалиции!»36 – писал он уполномоченному Франции.

Тогда же союзные монархи изъявили согласие на следующие предложения, сделанные лордом Кестельри от имени английского правительства: 1) бельгийские провинции между древними границами Франции, Маасом и Рейном до Кельна будут уступлены принцу Оранскому как владетелю Нидерландов; 2) прочие земли по левую сторону Рейна должны быть распределены таким образом, чтобы обеспечить северную Германию; 3) король сицилийский взамен Неаполитанских владений[82] получит щедрое вознаграждение в Италии; 4) военные корабли, найденные в неприятельских гаванях, а равно военные припасы не будут возвращены Франции37.

5 (17) февраля союзные уполномоченные сообщили Коленкуру о возобновлении совещаний38. В заседании того же дня они, устранив всякое домогательство Франции обратиться к франкфуртским предложениям как совершенно чуждое цели переговоров, непосредственно приступили к их главному предмету.

Граф Стадион от имени своих товарищей объявил:

После заседания 7-го сего месяца французский уполномоченный в письме от 9-го к князю Меттерниху сделал запрос: может ли Франция, приняв предложение союзных уполномоченных войти в свои прежние пределы, надеяться на непосредственное заключение перемирия, и вместе с тем объявил, что в таком случае он готов согласиться на помянутое условие и, кроме того, на сдачу союзникам нескольких крепостей из числа тех, которые будут уступлены Францией.

Австрийский министр иностранных дел[83] сообщил запрос представителя Франции союзным дворам, которые поручили своим уполномоченным на конгрессе объявить:

Что, по их мнению, прелиминарный договор, основанный на вышеизложенных условиях, за которым непосредственно последовало бы прекращение военных действий на суше и на море, прекратив быстро бедствия войны, достиг бы вернее желаемой цели, нежели перемирие, и что для сокращения переговоров союзные дворы вручили своим уполномоченным проект прелиминарного договора (traité préliminaire), который будет сообщен в нынешнем заседании.

Выслушав это объявление, французский министр сделал замечание, что когда он отнесся конфиденциально к князю Меттерниху с просьбой о перемирии, тогда он вовсе не ожидал прервания переговоров на девять дней, изменившего положение дел и цель его предложения, и к тому же предварительный трактат, требовавший более или менее продолжительного обсуждения, не мог, подобно перемирию, мгновенно положить конец кровопролитию.

Затем австрийский уполномоченный прочел проект предварительного трактата, заключавший в себе следующие условия:

1) Восстановление мира между императорами австрийским и российским и королями великобританским и прусским с их союзниками и императором французов.

2) Император французов отказывается за себя и за своих наследников от всех владений, приобретенных Францией с начала войны 1792 года. Е. В. также отказывается от всякого влияния вне древних границ Франции до войны 1792 года и от всех титулов, сопряженных с уступленными владениями, именно: короля италийского, короля римского, протектора Рейнского союза и посредника Швейцарского Союза.

3) Высокие договаривающиеся стороны признают формально и торжественно самодержавие и независимость всех европейских государств на основании условий окончательного мира.

4) Император французов признает формально следующее устройство владений, сопредельных с Францией:

Германии, составленной из независимых государств, соединенных общим союзом.

Италии, разделенной на независимые государства между австрийскими владениями в Италии и Францией.

Голландии, увеличенной некоторыми землями, под владычеством Оранского Дома.

Швейцарии, свободной и независимой, в прежних ее пределах, под поручительством всех великих держав, со включением Франции.

Испании, под властью Фердинанда VII, в древних пределах.

Император французов, кроме того, признает право союзных держав определить на основании существующих трактатов границы и взаимные отношения как владений, уступленных Францией, так и своих собственных государств, без всякого вмешательства Франции.

5) Король великобританский возвращает Франции все ее колонии, завоеванные англичанами в продолжение войны, кроме островов Святых, Тобаго, Иль-де-Франс и острова Бурбона. Союзники обещают склонить Их Величества королей шведского и португальского к уступке в пользу Франции Гваделупы и Кайены. Французское правительство обязуется строго запретить своим подданным торговлю неграми. Остров Мальта остается во владении Англии.

6) Император французов немедленно после ратификации настоящего предварительного трактата прикажет сдать союзникам все крепости и форты в уступленных владениях, а равно и те, которые еще заняты его войсками в Германии, именно: Майнц в продолжение четырех дней; Гамбург, Антверпен, Берг-оп-Цоом, в шесть дней; Мантуу, Пальма-Нуову, Венецию, Пескиеру, крепости