Сергей Парамонов - История руссов. Держава Владимира Великого

Ознакомительный фрагмент

Новая религия послужила мощным орудием объединения разноплеменного государства в одно целое, создала общий язык (язык религиозного культа[41]) и тем привела к русификации нерусских племен и укрепила положение князя (Бог был самодержцем на небесах, князь же — на земле), 23. Владимиром были введены замечательные новшества: принудительное обучение грамотности и вообще наука детей зажиточных классов, забота о больных и немощных, изданы разумные, гуманные законы (отменена, например, смертная казнь, по-видимому, впервые в Европе). Желание учиться и заимствовать что-то хорошее у других народов дало основание Владимиру для посылки особых посольств в Царьград, Рим, Египет, Иерусалим, Вавилон и т. д., именно для «соглядания» чужих законов, обычаев и пр., тем самым толкнуло Русь на путь быстрого культурного развития.

Сам Владимир был человеком с чрезвычайно широким кругозором, но вместе с тем он не был сухим, «головным» человеком: он любил пиры, веселье, искусство, женщин и т. д. Причем его пиры не были актом замкнувшегося в своем довольстве человека, — он пировал со всем народом и был чрезвычайно щедр.

Именно эта близость к народу и создала ему нежное прозвище — Красного Солнышка, народ любил его беззаветно и донес эту любовь в былинах до настоящего времени.

За время существования Руси, а затем России было только двое гигантов: Владимир Великий и Петр Великий. Оба круто изменили всю жизнь народа: один введением христианства и гуманности, науки, другой вторичным сближением с Европой после 300-летней татарской тьмы.

Однако, как личности, они несравнимы, — Владимир овеян любовью народа и благодарной памятью, о Петре народ молчит, и не без основания, ибо Петр гуманностью не отличался.

24. О Светополке Окаянном мы знаем очень мало. После смерти Владимира он немедленно совершил тройное братоубийство и захватил власть в свои руки. Ярослав, предупрежденный вовремя сестрой, уцелел и в происшедшей затем схватке одержал верх. Светополк бежал куда-то за границу и неизвестно где скончался в горячке.

Стремление некоторых католичествующих историков изобразить Светополка светлой личностью из-за его симпатий к Риму показывает наглядно всю глубину морального падения их: личность, проклятую всем народом, они зачисляют в свои друзья и гордятся близостью к тройному братоубийце[42].

25. Кто была мать Ярослава, до сих пор с точностью не установлено. Летопись утверждает, что он был сыном Рогнеды. В какой степени отталкивающая картина овладения Рогнедой отвечает действительности, мы не знаем. Знаем, однако, что, овладев ею по праву завоевателя, он[43] сделал ее настоящей, законной женой, вероятно, из-за княжеского ее рода. Есть сведение, что, женившись на Анне, Владимир официально известил Рогнеду о переходе своем в христианство и женитьбе, т. е. проявил к ней полное уважение. Была ли Рогнеда скандинавкой или славянкой — неизвестно. Известно только, что отец ее был Рогволод «из-за моря», но он мог быть и заморским славянином подобно Годлаву, отцу Рюрика.

Утверждения норманистов — только догадка, далеко не бесспорная, тем более что имя Рогволод (аналогия: Всеволод) — имя славянское, а сама Рогнеда была настолько «скандинавкой», что в отказе Владимиру употребила типичнейшую славянскую подробность (не славянка так не выразилась бы)[44].

Вся жизнь Ярослава протекла в тесном общении с Новгородом. Ставши великим князем в Киеве, он дал особые права Новгороду, к сожалению, в чем они заключались, история не сохранила. Этими правами новгородцы очень гордились и удержали их до самого разгрома их Москвой, сначала Иваном III, а затем окончательно Иваном IV.

Вообще в Киевской Руси Новгород был второй столицей, и князь, сидевший в Новгороде, был обычно кандидатом на престол в Киеве.

Ярослав воевал довольно много, но это были большей частью войны за власть. Внешних, завоевательных войн он почти не вел. При нем Русь заняла одно из самых блестящих мест в Европе. Прежде всего, этому способствовали широкие династические связи: Византия, Франция, Венгрия, Польша, Норвегия, Германия и т. д. были связаны с Русью браками с членами семьи Ярослава. Достаточно сказать, что дочь его Анна правила Францией.

Киев при нем был расширен, укреплен и украшен. Иностранцы видели в нем соперника Царьграда. Ремесла и торговля процветали. Культура достигла весьма высокой степени развития, это был апогей Древней Руси.

На этом мы и остановим пока изложение конспекта.

Из изложенного явствует, что действительная картина событий на Древней Руси была значительно иной, чем это обычно представляется. Как и почему могло случиться, что историки создали неверную картину?

Причина первая: недостаточная разработанность русских первоисточников. Русские летописи и другие источники вроде «Русской Правды», договоров, грамот, различных записей и надписей и т. д. исследованы весьма недостаточно. Существуют сотни мест, которые понимаются различно, вернее, совершенно не понимаются. Естественно, имея такой исходный материал, историки плохо владеют им и не могут взять из исторического наследства то, что там в действительности есть.

Не только отдельные слова, выражения или фразы остаются темны, темным оказывается в силу разных причин часто и весь контекст. Хронология событий часто шатка, а подчас и вовсе не верна. Многие места интерпретированы неверно, но эти неверные объяснения стали уже каноном, и никто не обращается к первоисточнику, чтобы узнать правду. Нет сводки летописи, где текст был бы выверен по всем имеющимся спискам, и мы до сих пор не имеем возможности прочитать ее без пропусков, вставок, ошибок, описок и т. д. До сих пор не издан свод всех летописей, много было сделано, но не завершено. Есть летописные списки, до сих пор не опубликованные. Наконец, многие труды, например «История» Татищева, заключающая в себе выписки из оригинальных, но ныне исчезнувших рукописей, стали библиографической редкостью[45]. Многие труды, изданные по-латыни или даже по-немецки в XVIII и XIX столетиях, остались непереведенными.

Для всей этой колоссальной черновой работы у историков не хватает рук, и помощь им со стороны филологов, диалектологов, географов и вообще просто людей, интересующихся историей, крайне необходима.

Причина вторая: недостаточная разработанность иностранных первоисточников, касающихся истории Руси. Огромное латинское, греческое и на других языках наследство не переведено и не комментировано[46], а между тем из этих источников мы узнаем подчас гораздо больше, чем из русских летописей, например, о войнах Светослава. Русь жила не в пустоте, а среди других народов, поэтому без детальнейшего знания хроник, актов, договоров, историй, агиографической литературы, отчетов путешественников и т. д. соседних народов нельзя написать истинную историю Руси. Интереснейшие сведения мы находим у мусульманских писателей, но, кроме устаревшей и ставшей библиографической редкостью работы Гаркави[47], мы ничего не имеем. «История Польши» Длугоша[48] на латинском языке, написанная с использованием древних русских, ныне погибших летописей, вовсе не переведена и т. д.

Нет свода грузинских, армянских авторов — свода отрывков о Древней Руси. Кому это делать, как не русским историкам и филологам: выуживать хотя бы краткие отрывки о Руси из иностранных источников, не иностранцам же? А между тем мы видим, что данные иностранных источников подчас исключительно важны, например, в вопросе о времени и крещении Владимира Великого.

Издания свода иностранных авторов даже не начато. Конечно, пренебрегая таким материалом, истории верной, неподдельной написать нельзя, равно как нельзя и передоверять этого дела иностранцам, достаточно для этого посмотреть на писания Баумгартена, Таубе, Стендер-Петерсена и др.

Причина третья (и, может быть, основная): несовершенство научного метода историков. Выражается это в следующем:

1) У историков нет стремления прежде всего к точности, достаточно одного примера с основной датой русской хронологии. Началом русской хронологии летопись берет 6360 г. «от Сотворения мира»; естественно узнать, что это за год в счислении «от Рождества Христова». Существует несколько мнений: одни считают, что Христос родился в 5500 г., другие в 5506 г., третьи, наконец, в 5508 г. — «от Сотворения мира». Всякий исследователь, следующий точному, логическому методу, прежде всего задастся вопросом: какое же счисление было принято русскими летописями? Несколькими строками ниже об этом сказано косвенно, надо только проделать два арифметических действия — сложение и вычитание. Ни один историк этого не сделал, в результате вместо 860 г. в основу был взят 852-й. Разница в 8 лет для основной даты нешуточная, из нее проистекали дальнейшие ошибки. Не заметили и того, что греческий проповедник, рассказывая историю мира Владимиру, прямо сказал, что последний[49] родился в 5500, а не 5508 г. от Сотворения мира. Там, где нет точности, нет науки.