Седа Маркарьян - Праздники в Японии: обычаи, обряды, социальные функции

"Кодзики", по преданию, составлены придворным О-но Ясумаро со слов некоего Хиэда-но Арэ. Это столько же исторический источник, сколько и литературный памятник. "Кодзики" — многогранное произведение, к которому обращаются исследователи разных сторон жизни древней Японии. Памятник состоит из трех книг и охватывает историю страны от "сотворения мира" до 628 г. Он является также собранием древнейших мифов. На русский язык переведены отдельные фрагменты памятника.

Источник "Нихонги" объединяет 30 книг и доводит повествование до 697 г. Он составлен по типу китайских летописей на материалах местных документов и корейских хроник, в частности "Пэкчё понги" ("Основных записок о Пэкчё"). По сравнению с "Кодзики" "Нихонги" — сочинение более светское. Оно послужило образцом для последующих летописей, например, таких, как "Нихон коки" ("Последующие Нихонги"), Во всех этих памятниках встречаются упоминания о различных обычаях и обрядах древних японцев. Например, о Днях весеннего и осеннего равноденствия, празднике Бон.

В 713 г. губернаторам провинций было предписано составить естественногеографическое описание вверенных им земель — "Фудоки". Эта работа растянулась до 945 г. Она представляет большой интерес, так как в описаниях нашли отражение мифы, предания, легенды, сведения о населенных пунктах, храмах, рельефе, флоре, фауне, плодородии полей, обычаях и разного рода событиях. К нашему времени сохранились полностью описания лишь одной провинции — Идзумо и отдельные фрагменты о некоторых других провинциях. Все сохранившиеся "Фудоки" переведены на русский язык. В "Древних фудоки" во фрагменте описания провинции Бунгб мы находим сюжеты о сельскохозяйственных обрядах того времени, поучительные рассказы о том, как бережно надо относиться к основному продукту питания японцев — рису. Почитание риса повлекло за собой формирование богатой сельскохозяйственной обрядности [25, с. 125, 126].

В "Энги сики" наибольшую ценность для этнографических исследований представляют обращения к синтоистским божествам — норито. Так называли возникшие еще в глубокой древности различные заклинания, в первую очередь от бед, связанные с верой в магическую силу слова [53, с. 87]. В них содержатся и разнообразные сведения о культурной и хозяйственной жизни древних японцев, в том числе и о земледельческих обрядах. Часть норито впервые была введена в научный оборот первым этнографом-японоведом Н. А. Невским, который, в частности, перевел на русский язык "Молитвословие в Праздник Бога Ветра, что в Цатута", "Молитвословие Великого Очищения". Из них мы узнаем, что Праздник Бога ветра, преследовавший цель избавления от непогоды во время созревания злаков, совершался два раза в год: в 4-м и 7-м месяцах по лунному календарю, а древнее поэтическое название Японии было "Страна тучных колосьев" [10, с. 17–30]. В "Энгисики" также регламентируются мельчайшие детали проведения народных праздников и обрядов, упоминаются новые празднества, возникшие в процессе наложения буддизма на народные верования.

Большой этнографический материал о жизни и обрядах древних японцев содержится в песнях, сказках, поговорках, а также в произведениях японской классической средневековой литературы. В этой связи важное значение имеет литературный памятник VIII в. "Манъёсю" ("Собрание мириад листьев"), исследованный и переведенный на русский язык А. Е. Глускиной. "Манъёсю" является не только памятником японской поэзии, но и жизни японского народа в древности. "Манъёсю" — энциклопедия древней японской культуры и жизни — материальной и духовной", — писал акад. Н. И. Конрад. В "Манъёсю" можно встретить многочисленные упоминания и описания разнообразных календарных обычаев и обрядов, а также праздников того времени. Так, неоднократно встречаются стихи, посвященные Новому году, Танабата, праздникам любования красотой природы в разные времена года. В стихах и предисловиях к ним содержатся описания жанровых праздничных сценок.

О том, какое место в жизни японцев в период Хэйан занимали календарные праздники, говорится в следующих выдающихся произведениях японской классической литературы: в романе Мурасаки Сикибу "Повесть о Гэндзи" ("Гэндзи моногатари" (конец X — начало XI в.), в дневниках Сэй Сёнагон (конец X в.) "Записки у изголовья" ("Макура-но соси"), в "Дневнике путешествия из Тоса" ("Тоса никки"), Ки-но Цураюки (865? - 946 гг.), которые полностью или частично имеются в русском переводе.

Календарные обычаи и обряды XII–XIV вв. частично отражены в таких литературных памятниках, как "Повесть о доме "Тайра"" ("Хэйкэ моногатари"), а также "Записках от скуки" ("Цурэдзурэгуса"), написанных Кэнко-хоси (1283–1350).

Богатый материал для изучения обычаев и обрядов в эпоху Гэнроку (1688–1704), а по сути в последней четверти XVII и первой четверти XVIII в., дают нам произведения трех великих мастеров японской литературы — Сайкаку, Басё, Тикамацу. Ихара Сайкаку (1642–1693), зоркий и ироничный наблюдатель, вводит нас в жизнь различных слоев японского общества того времени. Много путешествовавший по стране, хорошо знавший нравы, обычаи, предания, легенды и сказания разных районов Японии, Сайкаку в своих новеллах создал подлинную картину быта японцев, в том числе народных праздников. В частности, из его новелл можно узнать, как проводился Новый год, как украшались жилища, что и как покупали на предновогодних базарах, как отмечали праздники Танабата и Бон. Поэт-лирик Мацуо Басё многие строки своих стихотворений посвятил воспеванию сезонных явлений природы, соединив их с глубочайшими философскими раздумьями. Тикамацу Мондзаэмон (1653–1724), которого современники называли "богом среди драматургов", изображая жизнь горожан того времени, показал, что неотъемлемую ее часть составляют обычаи и обряды.

Описание в японской классической литературе XIX–XX вв., а также и в современной народных обрядов и обычаев — это отражение традиционной культуры, выражение национального своеобразия и самосознания японцев. Об этом ярко свидетельствуют повести Акутагава Рюноскэ, Кавабата Ясунари, Танидзаки Дзюнъитиро и многих других.

Народные обычаи и обряды японцев нашли отражение и в путевых заметках и очерках русских и западноевропейских путешественников, писателей, дипломатов, исследователей, живших в Японии или посещавших ее с середины XIX в., после "открытия страны" для иностранцев. Французский дипломат Эмэ Гюмбер, например, в книге "Живописная Япония" подробно рассказывает о подготовке и встрече Нового года в 1864 г. Его книга содержит богатый, достоверный этнографический материал. Немецкий писатель и путешественник Э. Гессе-Вартег в книге "Япония и японцы" описывает жизнь и нравы конца прошлого и начала нынешнего века, уделяя значительное место Рассказу о праздниках. В частности, он наблюдал праздник Бон в г. Киото, сезонные праздники любования цветами и сделал интересные выводы о месте и значении праздников в жизни японцев. Своеобразное отношение японцев к природе, и в частности к цветам, подметил и известный английский писатель Р. Киплинг. Эти же черты японцев отмечал и немецкий искусствовед Карл Гагеман.

И в наши дни в книгах и статьях советских и зарубежных журналистов, дипломатов и писателей можно найти богатый материал и интересные выводы, касающиеся традиционных праздников, фестивалей, зрелищ.

Календарные праздники японцев оставили большой след в произведениях традиционной японской живописи и работах современных художников. К этой теме обращались такие известные художники, как Харунобу (1725–1770), Киёнага (1752–1815), Хиросигэ (1797–1858) и др. Традиции изображения праздничных церемоний и обрядов продолжали Хокусай (1760–1849), Кунисада (1786–1864), Тоёкуни (1769–1825).

Советские ученые-востоковеды, изучающие проблемы японской национальной культуры, неоднократно в своих работах касались различных аспектов обрядово-праздничного комплекса. Эти вопросы изучали С. А. Арутюнов, А. Е. Глускина, Р. Ш. Джарылгасинова, Н. И. Конрад, М. В. Крюков, В. А. Пронников, Г. Е. Светлов, Н. И. Фельдман.

Однако в русском и советском японоведении специальных работ, посвященных календарным обычаям и обрядам японцев, нет. Фундаментально освещен лишь новогодний цикл празднеств в недавно вышедшем исследовании, подготовленном сотрудниками Института этнографии АН СССР "Календарные обычаи и обряды народов Восточной Азии. Новый год".

В самой Японии эта область духовной жизни народа привлекает большое внимание. Основы изучения календарных праздников заложил крупнейший японский этнограф Янагида Кунио (1875–1962), который в течение ряда лет руководил Японским этнографическим обществом (Нихон миндзоку гаккай), основанным им в 1935 г. Под его руководством группа японских этнографов подготовила и издала в 1951 г. "Этнографический словарь", являющийся важным пособием для изучения календарных обычаев и обрядов. В 1956 г. вышла его монография "Японские праздники", а в 1957 г. — "Японские обычаи и обряды в эпоху Мэйдзи" на английском языке, где целый раздел посвящен праздникам, отмечавшимся в период Мэйдзи.