История войны 1814 года во Франции - Модест Иванович Богданович

генерала Фримона, переправясь через Обе вброд у Бриллекура, выслала форпосты к Брабан; пехота же 5-го корпуса, перейдя реку по мосту в Лемоне, расположилась у Доммартен; 3-й, 4-й и 6-й корпусы встали на поле сражения к югу от Арси; резервы, двинувшись чрез Лемон, дошли до Шалетт, где назначена была главная квартира графа Барклая-де-Толли; граф Ожаровский с легкой гвардейской кавалерией находился у Рамерю30; генерал Тетенборн, заняв еще 8-го (20-го) Шалон, открыл сообщение с Силезской армией чрез авангард корпуса Винцингероде, тогда стоявший в Реймсе31; на следующий день два казачьих полка, отряженные Тетенборном, атаковали генерала Винцента с 800 человек пехоты и тремя эскадронами, занимавшего Эперне, и овладели сим городом с содействием передовых войск Винцингероде, прибывших от Реймса; сам Винцент, с немногими лишь людьми своего отряда, ушел лесами к Дорман32.

Урон неприятеля во второй день сражения при Арси был не менее понесенного накануне. Пленных захвачено союзниками в оба дня более 2 500 человек; семь орудий достались победителям33: из числа их три отбиты кавалерией Кайсарова, три кавалерией Палена (ольвиопольцами) и одно гусарским полком эрцгерцога Иосифа. Урон союзников 9-го (21-го) не превышал 500 человек, большей частью корпуса Раевского34.

В сражении при Арси действия Наполеона изумляют выказанной им смелостью. Переправясь через Обе и оставя за собой арсисскую теснину, он надеялся застичь союзную армию на отступлении к Бриенну, растянутую на значительном протяжении; не менее надеялся он на нерешительность князя Шварценберга. Все эти расчеты оправдались на деле, но силы Наполеона в первый день сражения были так незначительны, что для противодействия им было достаточно одного корпуса Вреде и небольшого отряда Кайсарова, между тем как три союзных корпуса были направлены к Планси, а резервы собраны в нескольких верстах от поля сражения. Наполеон успел сосредоточить к утру следующего дня двойное число войск в сравнении с тем, которое имел накануне; но ему было известно о появлении значительных союзных сил в окрестностях Планси, откуда легко было перевести их в Арси. В таких обстоятельствах ему следовало не оставаться впереди дефиле, а собрать в ночи с 8-го (20-го) на 9-е (21-е) все войска за Обе, двинуться правой стороной сей реки на Рамерю к Бриенну и направить туда же вслед за армией корпусы Макдональда: действуя таким образом, Наполеон не поставил бы себя в опасное положение и вернее достиг бы своей цели – отвлечь Главную союзную армию от Парижа и разобщить Шварценберга с Блюхером. Напротив того, приняв бой впереди арсисской теснины, против втрое сильнейшей армии, которой сообщения были совершенно свободны, он мог потерять все, без всякой вероятности что-либо выиграть, и был обязан спасением единственно благоразумию своих сподвижников Нея и Себастиани, которые вывели армию из явной гибели.

Союзный главнокомандующий, растянув перед сражением при Арси свою армию на пространстве нескольких переходов, не мог ни наступать настойчиво к Парижу, ни обеспечить себя со стороны Марны. Наступление Наполеона, которого силы нередко двоились в глазах его противников, заставило князя Шварценберга отступать для сосредоточения армии. С этой целью было решено собрать союзные корпусы на позиции у Транна. Но когда Наполеон перешел с горстью войск через Обе, сделал фланговое движение между этой рекой и союзной армией и встал тылом к арсисской теснине, тогда Шварценберг или – что гораздо вероятнее – Радецкий не могли не заметить такой грубой ошибки и вместо предположенного отступления к Транну решились, двинувшись навстречу неприятелю, собрать армию между Обе и Сеной. Это превосходное соображение было исполнено так неловко, что вовлекло в заблуждение Наполеона, который, найдя у Арси только один из союзных корпусов, принял его за арьергард, прикрывавший отступление союзной армии, и на следующий день остался впереди арсисского дефиле. Союзники могли воспользоваться его оплошностью и атаковать неприятеля тройными силами, которые, даже в случае неудачи, всегда сохранили бы свои сообщения. Но австрийский полководец никогда не знал цены времени и атаковал неприятеля тогда, когда уже он успел перевести большую часть своих войск на правую сторону Обе. Утвердительно можно сказать, что если бы император Александр находился в то время на поле сражения, то Наполеону не удалось бы так дешево отделаться от встречи с союзниками. Напрасно полагают, будто бы государь настаивал на отступлении к Транну: действительно, он считал сию меру полезной до сражения при Арси, но как только обнаружилась слабость противника, то не было никакого повода медлить, и, по всей вероятности, присутствие императора Александра побудило бы союзников к более решительным действиям.

Глава XIX

Шатильонский конгресс

Обстоятельства, подавшие повод к открытию переговоров. – Письмо Коленкура к князю Меттерниху с предложением перемирия. – Назначение места и времени открытия конгресса. – Прибытие уполномоченных в Шатильон-на-Сене. – Виды союзников. – Записка, поданная императору Александру графом Нессельроде в Базеле 1 (13) марта. – Совещание министров союзных дворов в Лангре. – Инструкция их уполномоченным. – Пространство и народонаселение владений, требуемых союзниками от Франции. – Виды Наполеона. – Обстоятельства, не дозволявшие надеяться на успех конгресса. – Открытие конгресса. – Совещания 24 и 26 января (5 и 7 февраля). – Союзные уполномоченные требуют, чтобы Франция вошла в границы 1792 года. – Отсрочка совещаний. – Наклонность к миру союзников. – Мнение императора Александра о необходимости продолжать войну. – Возобновление переговоров в Шатильоне. – Совещание 5 (17) февраля. – Проект предварительного договора, сообщенный союзными уполномоченными Коленкуру. – Негодование Наполеона. – Переговоры о перемирии в Люзиньи. – Совещание 16 (28) февраля. – Союзные уполномоченные требуют ответа на проект договора. – Упорство Наполеона. – Переписка его с Коленкуром. – Совещание 26 февраля (10 марта). – Уклончивый ответ Коленкура. – Совещание 1 (13) марта. – Союзные уполномоченные требуют решительного ответа на свои предложения. – Совещание 3 (15) марта. – Проект окончательного договора, сообщенный Коленкуром. – Совещание 6 (18) марта. – Союзные уполномоченные отвергают проект Коленкура. – Последнее совещание 7 (19) марта. – Окончание конгресса.

Доселе о переговорах на Шатильонском конгрессе при изложении военных и политических событий было упоминаемо вскользь, единственно с той целью, чтобы показать влияние дипломатических сношений на виды и распоряжения обеих сторон. Но, кроме того, необходимо начертать полную картину Шатильонского конгресса. Безуспешный исход его последовал почти в одно время с сражениями при Арси, и потому описание переговоров в Шатильоне может довершить изображение изложенных нами доселе событий.

Предложения, сделанные союзниками во Франкфурте, подали повод к переписке между французским и австрийским министерствами иностранных дел. Наполеон сперва не решался принять предложенные ему условия, но потом приказал герцогу Виченцскому (Коленкуру) написать к Меттерниху, что «Е. В. согласен на общие основания, сообщенные чрез Сент-Эньяна»1. В ответ на это письмо Меттерних изъявил удовольствие союзных монархов на