История Хоперского полка Кубанского казачьего войска 1696–1896 гг. - Василий Григорьевич Толстов

августа, была послана еще одна сотня 2-го Хоперского полка, под командою есаула Фисенкова, в Тегенский отряд в станицу Надежную, которая пробыла там до 1-го февраля 1861 г., охраняя новых поселенцев.

Таким образом, вся деятельность наших войск за Кубанью в 1860 году состояла в разработке дорог по разным направлениям, в видах подготовки предполагавшихся наступательных действий вглубь неприятельских земель и в занятии нескольких пунктов на рр. Урупе и Лабе для поселения на них станиц. На линии в этом году было довольно спокойно и выдающихся военных действий с горцами не происходило. Командировки на внешнюю службу большей половины казаков 6-й Хоперской бригады значительно ослабили кордонную охрану Баталпашинского участка и мелкие хищнические партии горцев продолжали беспрепятственно проникать в наши пределы для грабежей.

Глава V

Покорение западного Кавказа в 1861–1864 гг. Образование Кубанского и Терского казачьих войск. Хоперская бригада № 4-й и Хоперские полки № № 16-й и 17-й. Присоединение к Хоперскому полковому округу новых станиц. Волнения в 1-м Хоперском полку по случаю назначения пяти станиц для переселения на передовые линии. Благополучное окончание для хоперских казаков переселенческого вопроса. Высочайшая грамота. Наше усиленное и решительное движение в Закубанский край и заселение предгорий Кавказского хребта. Покорение западного Кавказа. Конец Кавказской войны. Награды хоперцам.

В 1860 году из Кавказского линейного и Черноморского казачьих войск было образовано два войска: Кубанское и Терское 619). В состав первого из них вошли: все Черноморское войско, Хоперская, Ставропольская, Кубанская, Кавказская, Лабинская и Урупская бригады; остальные бригады Кавказского линейного войска образовали Терское войско. Эта перемена не имела никакого влияния на военное и гражданское устройство полков и бригад и нисколько не изменила прежних порядков казацкой жизни и службы. Все оставалось по-прежнему. В 1861 г. в Кубанском войске, вследствие водворения за Кубанью новых станиц, бригадам и полкам присвоены другие номера 620): 6-я Хоперская бригада получила № 4-й, а Хоперские полки переименованы: № 1-й – в № 16-й, а № 2-й полк – в № 17-й.

Падение Шамиля и покорение Чечни и Дагестана в 1859 году сильно отразилось также на западном Кавказе. Магомет Амин тотчас же вступил в переговоры и явился с покорностью к командовавшему войсками на правом фланге. Большая часть закубанцев потеряла веру в возможность продолжать дальнейшую борьбу с Россией и притихла. Воинственные племена адыге как бы чувствовали приближавшийся конец их вековой независимости и свободы; они хорошо сознавали, что наступает последняя борьба за родной край.

К 1861 году из всех закубанских горских племен только шапсуги, карачаевцы, абазины и часть ногайцев относились к нам враждебно и не подчинялись нашей власти. Все же остальные племена – натухайцы, абадзехи, бжедухи и разные мелкие народы абадзехского и племени адыге, как то: башильбаевцы, тамовцы, баговцы, махошевцы, егерукаевцы и другие, а также поселившиеся между ними издавна беглые кабардинцы – не раз присягали но и номинально считались покорными 621). Все они составляли как бы авангард абадзехов, и первые принимали наши удары; за ними, как за ширмою, абадзехи оставались спокойными, не чувствуя необходимости покоряться. Весна 1861 года застала наши отношения к абадзехам, самому сильному и воинственному народу, в весьма неопределенном положении. Они настойчиво требовали, чтобы войска наши не ходили в их земли, не прокладывали дорог и не рубили просек, угрожая в противном случае войной и хищничеством и в то же время повторяли уверения в своей покорности. Кроме этих, так сказать, полутайных врагов были другие, самые коварные враги – мирные горцы, поселенные впереди наших линий на обоих Зеленчуках, Урупе и Лабе. В их аулах находили пристанище и выжидали удобного времени все хищнические партии, собиравшиеся на грабеж. Свободно разъезжая между нашими станицами, мирные собирали все нужные для хищников сведения и, хорошо зная местность, служили вожаками для партий, а нередко и сами принимали участие в набегах непокорных горцев на нашу линию.

Для окончательного умиротворения западного Кавказа и прочного утверждения нашего в этом крае, необходимо было или совершенно изгнать оттуда горцев, или же переселить их на прикубанскую плоскость, а отнятые земли заселить казаками; только тогда мы могли считать себя хозяевами края.

Наши поселения со стороны Лабы весною 1861 года прикрывались от набегов неприятеля Лабинскою, Урупскою и Кубанскою кордонными линиями, впереди которых находилось несколько укрепленных пунктов. Кубанская линия доходила до станицы Баталпашинской, а выше ее на протяжении 90 верст она связывалась только постами с Урупскою линиею. Станиц Усть-Джегутинской и Верхне-Николаевской (ныне Красногорской) еще не было, а станицы Кордоникская и Зеленчукская только что заселялись и заботились лишь о своей личной безопасности. Поэтому, прежде каких-либо дальнейших предприятий против непокорных племен, необходимо было упрочить положение кордонных линий и обеспечить наши поселения в Закубанском крае. Для выполнения этих предположений главнокомандующий Кавказскою армиею князь Барятинский, по системе, предложенной командующим войсками в Кубанской области графом Евдокимовым, решил в 1861 году поселить на верхней Кубани и на пространстве между верхним течением р. Лабы и Майкопом 2100 казачьих семейств; только подобная мера и одно воинственное казачье население могло обеспечить наше обладание Закубанским краем. Что же касается горцев западного Кавказа, то при систематическом нашем наступлении в горы, их предполагалось выселить оттуда на равнины левого берега Кубани.

Переселение казаков за Кубань, вопреки старинных обычаев, решено было произвести целыми станицами, причем в первую очередь на 1861 год к переселению назначены были – 5 станиц 1-го Хоперского полка – Грушовская (229 семейств), Северная (246 сем.), Круглолесская (380 сем.) Александровская (371 сем.) и Сергиевская (298 сем.), одна станица Ставропольского полка – Спицевская и две станицы из Черномории – Старо-Щербиновская и Конеловская 622). О своих соображениях князь Барятинский донес Государю Императору 29-го декабря 1860 года, а 14-го января 1861 года он уже предписал графу Евдокимову объявить казакам переселяемых станиц об удобствах и плодородии земельных и лесных угодий на новых местах, и чтобы казаки приготовились к переселению.

Вместе с тем были объявлены следующие льготы и пособия переселенцам:

1) а) Жалованье офицерам по окладам армейской легкой кавалерии в течении 6-ти лет со дня прибытия на новые места, б) в пособие офицерским семействам по 285-ти руб. 71½ коп., в) в пособие урядничьим и казачьим семействам по 71 руб. 424/7 коп., г) провиант от казны отпустить всем казакам, их женам и детям выше 7-ми летнего возраста полную дачу, а ниже сего возраста половинное количество в течении 3-х лет с 1-го мая 1861 г., д) порционные деньги выдавать по 1-й категории служащим и неслужащим казакам в течение тех же трех лет, но