Григорий Чухрай - Мое кино - Баллада о солдате (сценарий)

- Серега!..- обрадовался бригадир.- Небольшой такой, глазастый?

- Да, да!

- Это Василия Егоровича сын! Жив?

- Жив.

- А Василия Егоровича нет. Он болен.

- Жалко...- вздыхает Алексей.- А можно ему посылочку передать? Может, кто к нему ходит?..- Алексей оглядывает столпившихся вокруг женщин.

- Что вы? Это надо лично! - говорит одна из них.

- Ведь радость какая! - заговорили все.- Вы сами увидите!

- Я бы с удовольствием...

- Он на поезд опаздывает! - вступает Шурка.

Но рабочие, окружившие их, не унимаются.

- Разве можно?! - говорит полная женщина в промасленной телогрейке.Всего несколько минут, а человеку такая радость!

- А далеко?

- Да нет! В педагогическом институте. Там разбомбленных разместили... Поезжайте!.. Вам Митя покажет.- И женщина побежала к станку, у которого на ящике, по причине малого роста, стоял паренек. Она стащила его с ящика и подвела к Алексею.

- Вот он вам покажет, а я за него у станка постою. Разреши, бригадир?

Бригадир согласился.

Шурка тревожно посмотрела на Алексея. Тот развел руками.

- Пойдем, Шура.

Паренек, который провожал их, оказался очень вежливым. При посадке в трамвай он пропустил вперед Шурку и Алексея... Потом его оттерли; и, когда трамвай тронулся, он остался стоять на остановке. Это немного озадачило его, но ему было не больше пятнадцати лет и это решило дело. Паренек побежал за трамваем и, догнав его, быстро вскочил на "колбасу".

Шурка и Алексей видели это с задней площадки. И пока они ехали, через стекло им улыбалась добродушная, перемазанная маслом рожица паренька.

Шурка и Алексей смотрели на полуразрушенный войной город...

- Смотри,- говорит Алексей.- Вон там был театр. Я в нем раз десять бывал. Как приедем со школой, так в театр. А там - видишь? - белое здание... За ним техникум металлургический. Я хотел пойти в него, потом передумал... Пойду в строительный... А может быть, в другой какой. Я еще не решил.

Из-за стекла, паренек прокричал им что-то... Заулыбался и показал знаками, что пора сходить.

Шурка и Алексей протиснулись и выходу.

В сопровождении парнишки-рабочего они поднимаются по лестнице института. На лестничной площадке их остановила пожилая женщина в синем халате.

- Тише!.. Вы куда? - спросила она шепотом.

- Мы к размещенным... Вот, товарищ с фронта!

- Туда через котельную надо идти... занимаются здесь...- сказала женщина.

И действительно - из коридора сюда доносился мерный голос лектора.

- А то подождите, через три минуты будет звонок.

Мальчик вопросительно посмотрел на Алексея.

- Подождем,- согласился Алексей.

Мальчишка кивнул.

На цыпочках они пошли по коридору.

Там, где коридор поворачивал под прямым углом, виднелся кусок доски. Они подошли ближе и увидели лектора - небольшого седенького старичка, в темном костюме и валенках (несмотря на осеннее время). Слушатели сидели прямо на полу, но от этого лекция не переставала быть лекцией.

- Это физики-механики,- шепчет паренек.- Ихний институт разбомбили, так они тоже здесь занимаются.

Алексей приложил палец к губам. Начертив очередную формулу, лектор говорит:

- Такова формула, найденная Циолковским. Эта формула открывает людям дорогу в космос. "Земля есть только колыбель разума! - говорил Циолковский.- Но нельзя же вечно оставаться в колыбели".

Раздался звонок.

Студенты, поднявшись, толпой окружили преподавателя. Алексей и Шурка тихо прошли мимо вслед за пареньком к массивным дверям и отворили их.

Это был физкультурный зал института. Со всеми его атрибутами: шведской, стенкой, кольцами, свисающими с потолка, козлами, турником и т.д. Как на вокзале, на полу и на койках; поставленных вдоль стены, сидели и лежали люди. Кто занимался, разложив на кровати книги и тетради. Кто варил на примусе, поставленном на табуретку, обед. Слышался тихий плач грудного ребенка.

Но, несмотря на то, что все были заняты своим делом, появление в общежитии Алексея не осталось незамеченным. Алексей остановился в дверях и через несколько мгновений почти весь зал смотрел на него с надеждой и испугом. Это был солдат, человек с фронта.

Он мог быть чьим-то сыном, мог быть вестником радости или горя.

- Вы к кому? - спросила немолодая полная женщина, которая стояла ближе других.

- Мы к Павлову, к Василию Егоровичу.

- Это ко мне... Это от Сережи! - послышался из глубины старческий голос.

Алексей и Шурка увидели старика, который пытался подняться с кровати. Какая-то девочка бросилась к нему.

- Что вы, дедушка! Вам нельзя.

- Это от Сережи!... Что с ним? - не слушая ее, повторял старик.

Алексей поспешил к его кровати.

- Не волнуйтесь! Все хорошо. Я от Сергея Васильевича. Вот... Он прислал вам посылку...

Когда Алексей извлек из своего мешка посылку, все стоящие вокруг ахнули от восхищения.

- Мыло! - радостно вскрикнула девочка.- Смотрите! Два куска!...

Но старик, казалось, не понимал, что происходит.

- Он жив? - спрашивал он, глядя на Алексея.

- Конечно, жив! - закричала ему девочка и в доказательство вложила ему в руку посылку.

- Жив...- повторил старик, ощутив в руках мыло, и губы его задрожали. Прошло несколько мгновений, пока старик справился с этой дрожью.- Значит, жив,- повторил он с облегчением.- Спасибо! ... А это от него, значит, посылка...

- Дедушка, вы ложитесь. Вам же нельзя!..- сказала девушка.

- Он не ранен? - спросил старик.

- Нет, совершенно здоров.

- Садитесь, пожалуйста... Расскажите. Как он там...

Алексей растерянно посмотрел на Щурку. Он не знал, что говорить. Он только мельком видел этого человека. Шурка не могла ничего подсказать ему.

- Ну... воюет он, в общем, хорошо...- начал Алексей.- Даже можно сказать - отлично. Товарищи его уважают... За смелость. Он смелый человек. Командир так прямо и говорит: "Берите пример с Павлова - и боец стойкий, и товарища не выдаст..." У нас в полку его все любят...

- Да-да... его и мальчишкой все любили,- подтвердил старик. Он посмотрел вокруг, делясь с присутствующими своим счастьем.- Анна Андреевна... Слышишь!... Сын-то!..- Он растроганно покачал головой.

Соседка закивала ему сквозь слезы...

- Садитесь. Выпейте чайку,- пригласила девочка, прибежав откуда-то с чайником.- Вы ведь с дороги.

- Нет, спасибо, мы пойдем!

- Он на поезд опаздывает! - снова вставила Шурка.- Вы извините, пожалуйста. Ему очень-очень нужно ехать!

- Понимаю... Дело военное...- устало сказал старик. Он опять приподнялся.- Передайте Сереже, что я доволен им. Что живем мы хорошо...Он повел рукою вокруг.- Об этом не говорите... Это все временно. Пусть он будет спокоен... Скажите еще... Лиза, жена его, работает, шлет привет... Ждет...

Алексей видел, как трудно было старику произнести последние слова и как закусила губу девочка.

- Скажу,- пообещал Алексей.

Они снова идут до аллее парка. Останавливаются у знакомой скамьи. Но все теперь здесь для них по-другому.

- Алеша,- говорит девушка и вдруг, положив голову ему на грудь, начинает горько плакать.

Алексей молча гладит ее голову.

Станция. Снова шум и суетня посадки. Алексей протискивается в вагон и тянет за собой Шурку. Ей преграждает путь проводница.

- А вы куда? Вагон военный.

- Она со мной! - кричит со ступенек Алексей и тащит Шурку к себе.

- Жена, что ли?

- Да! - отвечает Алексей.

- Нет! - говорит одновременно с ним Шурка.

Проводница бесцеремонно отталкивает ее от вагона.

- Она со мной!

- Договорись сперва, а потом тащи.

- Не задерживай! - зашумел кто-то сзади.

Какой-то тучный военный оттеснил Алексея в вагон. Кто-то полез вслед за ним, волоча за собою объемистые чемоданы. Какая-то женщина пыталась втиснуться в вагон. Проводница не пускала и ее.

Шурка умоляющим взглядом смотрела на проводницу. Но, занятая своим нелегким делом, проводница не замечала этого взгляда.

Алексей рванулся к выходу. Спрыгнул с подножки.

- Что ж ты, трудно тебе было сказать! - упрекает он девушку.

Шурка виновато улыбнулась.

- И правда, глупо... Я совсем растерялась... Алеша!..- вдруг горячо заговорила она.- Поезжай один! И так ты еще полдня потерял!.. А я доберусь - здесь близко. Поезжай, Алеша, милый!... Поезжай!

- Постой, Шура,- прервал ее Алексей, соображая, что-то. Вдруг он улыбнулся.- Ты знаешь, что такое маскировка номер три? - весело спросил он.

- Номер три?..- удивилась Шура.- Не знаю.

- Сейчас узнаешь!

Алексей решительно снимает с себя скатку и, развернув ее, отдает Шурке шинель.

- Надевай!

- Зачем?

- Надевай быстро! Теперь пилотку. Пошли!...

Девушка, одетая в шинель Алексея, выглядела очень беспомощно. Путаясь в полах, она побежала за ним к другому вагону, с большим открытый тамбуром. Пробиваясь к дверям, они потеряли друг друга. На ступеньках вагона она обернулась, ища глазами Алексея.

- Не задерживайте! - сказала ей проводница.

- Что? - девушка испуганно посмотрела на нее.