Елена Яковлева - Польша против СССР 1939-1950 гг.

А начнем с того, что повнимательней присмотримся к «стихийному порыву народных масс», широко рекламируемому польской стороной. И скоро невооруженным глазом увидим, что это не более чем пиар-акция. Ибо не знающие удержу в своем стремлении быть единственными и неповторимыми наши польские оппоненты попросту выдают желаемое за действительное. Что и говорить, скорость создания подполья на территориях, вошедших в 1939 г. в СССР, как мы уже отмечали, была бы просто фантастическая, если б не одно «но». Не стоит забывать, что «беззащитная», павшая под натиском гитлеровцев Польша готовилась к войне загодя. Уж больно ей не терпелось подвинуть свои границы еще восточнее, вплоть до Черного моря. Да и на запад расшириться при случае она бы тоже не отказалась. И потому с мыслью о будущих «подвигах» создавала на своих границах костяки диверсионно-разведывательных структур.

Так, к примеру, еще в конце 30-х г. на территории Свободного города Гданьска было начато создание Тайной Войсковой Организации (TOW), он же Стрелковый союз, который должен был предотвратить включение города в состав рейха. В более поздний период, когда уже появились признаки возможного вооруженного конфликта с Германией, командование округа № 3 в г. Торуне во главе с бригадным генералом М. Карашевичем-Токажевским (запомним это имя) заранее организовало конспиративную сеть.

Впрочем, ни для кого не тайна, что вплоть до 1939 г. своего главного противника Польша видела в СССР, а потому подобные вышеперечисленные мероприятия на «восточных окраинах» велись особенно активно. Причем занимался этим непосредственно Второй отдел Генштаба польской армии (разведка и контрразведка). Он готовил специалистов по диверсии с преподаванием основ конспирации, а также создавал структуры в соответствии с программой «диверсии за линией фронта» на основе так называемых «троек», т.е. базовых ячеек диверсантов из трех человек. Кроме того, закладывались тайники с минимально необходимым запасом оружия для этих целей. К этой же программе подключались и отобранные члены польских военизированных формирований.

Таким образом, СССР уже в 1939 г. получил в качестве «наследства» от рухнувшего польского государства хорошо законспирированную сеть диверсантов на территориях, вошедших в его состав. Хотя это, конечно, с нашей точки зрения. В то время как с польской все они были простыми и незамысловатыми патриотами, ну, разве что прошедшими патриотическую спецподготовку.

И это при том, что одними диверсантами поляки отнюдь не ограничились. В сентябре 1939 г. польские военные, даже не получив формального приказа от удравшего главнокомандующего Рыдз-Смиглы вести военные действия против большевиков, стали подбирать кадры для будущей подпольной работы в советском тылу. Вот как вкратце это выглядело.

Уже 17 сентября 1939 г. (едва РККА вошла на «восточные окраины»!) генерал Вацлав Стахевич отдает приказ майору Яну Мазуркевичу в Станиславове (сегодняшний Ивано-Франковск на Украине) о создании «Тайной Военной Организации». Что последний и сделал, основываясь на известной нам уже сети «диверсии за линией фронта» и распространив сеть ТВО практически на всю территорию Польши. Майор Мазуркевич (псевдоним «Радослав») позже возглавит диверсионную службу Армии Крайовой.

В тот же день, 17 сентября 1939 г., генерал Юзеф Ольшына-Вильчыньский отдает приказ в г. Гродно (Западная Белоруссия) подполковнику Францишеку Щлендке о создании конспиративной сети на территории Гродно, Белостока, Новогрудка. После чего сам бравый генерал с чувством исполненного патриотического долга собирает кое-какое барахлишко и вместе с женой на служебной машине пытается отбыть в Литву подальше от Советов.

22 сентября, в тот же самый день, когда РККА заняла Львов, там была создана «Польская организация борьбы за независимость» во главе с генералом М. Янушайтисом (псевдоним «Карпиньский»), одним из руководителей правой Национальной Партии.

Подпольные структуры создавались также, к примеру, и Союзом польских харцеров — разновидности бойскаутской организации в Польше: таковой была нелегальная организация «Серые шеренги». В разные виды подпольной деятельности была вовлечена молодежь, начиная с 12 лет. Причем на базе старшей возрастной группы впоследствии были созданы так называемые «Штурмовые группы», далее вошедшие как составная часть в известную диверсионную структуру Армии Крайовой (АК) под названием «Кедыв» (сокращение от польского «Управление диверсии»). В 1940 г. члены «Серых шеренг» под руководством своих инструкторов подняли даже вооруженный мятеж в г. Чорткове на Западной Украине, который, естественно, был тотчас же подавлен подразделениями Красной армии и НКВД. Всего в конечном итоге НКВД арестовал в Черткове 147 человек.

На территории Западной Белоруссии и Виленщины возникали и иные организации: «Польская освободительная армия», «Диверсионная военная организация», «Польская военная организация» и т.д. Дело доходило не только до убийств советских работников, но и до убийств офицеров НКВД. Отдельно следует отметить и то, что в рамках формирования подпольных структур производилось накопление оружия, велись разведывательные, а также диверсионно-саботажные действия. А вот к западу от Бута армейская конспирация запаздывала, но в конечном итоге именно она определила судьбы польского подполья от Вильно до Львова.

Только 3 октября в Варшаве, в подвалах Польского Сбербанка, состоялось организационное собрание, в котором приняли участие бригадный генерал М. Карашевич-Токажевский, полковник Стефан Ровецкий, посол сейма Мечислав Недзялковский как представитель Польской Социалистической партии, маршал сейма Мацей Ратай как представитель Народной партии, профессор Роман Рыбарский как представитель Национальной партии и президент Варшавы Стефан Стажыньский. Командующим созданной на этом собрании подпольной организации, названной «Службой победе Польши», был назначен генерал М. Карашевич-Токажевский, а начальником штаба — полковник С. Ровецкий. Следует сразу же отметить, что оба этих военных руководителя в довоенной армии относились к офицерам, начавшим карьеру в легионах Пилсудского, а следовательно, прошедших через польско-советскую войну 1920 г. и считавших СССР злейшим врагом Польши. Пикантность момента, однако, состояла в том, что данная структура имела двоякий характер — и военный и гражданский одновременно. К примеру, президент Варшавы Стефан Стажыньский, он же второй заместитель командующего «Службой победе Польши» в должности так называемого гражданского комиссара, должен был курировать вопросы жизнедеятельности движения сопротивления в условиях оккупации, а также осуществлять его политическое руководство.

Но подобное положение вещей решительно не устраивало генерала Сикорского, считавшего, что армия не должна участвовать в политической жизни, а потому на основании приказа от 13 ноября 1939 г. он преобразовал «Службу победе Польши» в «Союз Вооруженной Борьбы» (Związek Walki Zbrojnej — польское сокращение — «ZWZ»). Тем самым Сикорский ограничил политическое влияние сторонников санационного режима и разделил все подполье на вооруженное и гражданское.

Вследствие чего, как сейчас особо подчеркивают польские историки, было создано единственное в своем роде в оккупированной Европе «подпольное государство», имеющее в своем распоряжении как органы гражданской власти в виде так называемой Делегатуры Правительства в стране, так и вооруженные силы в виде структуры СВБ/АК. И вся эта структура должна была жестко подчиняться эмиграционному правительству в Лондоне.

«Союз вооруженной борьбы» распространил свою сеть и на территорию СССР, это был округ №3, в состав которого вошли Львов, Станиславов, Тернополь и Волынь на Западной Украине. Причем именно этот округ дал курьезный вариант, когда из-за практически непреодолимой советской границы и плохого взаимодействия между руководством «СВБ» были созданы две параллельные организации: «СВБ-1» и «СВБ-2».

Сам же «Союз Вооруженной Борьбы» был чисто военной конспиративной организацией, демонстративно дистанцировавшейся от политики, основывающейся на традициях довоенной польской армии и ставившей целью объединение вооруженных формирований всего некоммунистического подполья. В соответствии с инструкциями эмигрантского правительства в функции «общенациональной, надпартийной и внесословной» СВБ входило руководство и координация подпольной деятельности на всей польской территории. В военном отношении «СВБ» подразделялся на 6 округов. При этом предполагалось, что командование ими будет осуществляться непосредственно из Парижа, где в 1939 г. находилась резиденция эмиграционного правительства и глава СВБ генерал Соснковский.

Однако реалии оккупации показали, что руководить из Франции подпольем, удаленным на тысячи километров, совершенно невозможно. Поэтому уже в начале 1940 г. Соснковский своим распоряжением №2 произвел разделение всей территории Польши для действий СВБ на две части: