Сергей Кузьмин - Скрытый Тибет. История независимости и оккупации

Монголы отправили большую делегацию с приглашением Сона-му Гьяцо. В 1577 г. Сонам Гьяцо выехал из Дрепунга.{114} Для того чтобы его встретить, в местности Цабчиял в Кукуноре был выстроен специальный храм. В 1578 г. Сонам Гьяцо со своими спутниками прибыли в Монголию. Их встретили посланцы Алтан-хана. Через несколько дней Сонама Гьяцо приветствовал сам хан с тысячей всадников. Затем они прибыли в его столицу г. Куку-хото (совр. монг.: Хох хот). Алтан-хан и его люди приняли буддизм, Сонам Гьяцо давал им наставления. Он сказал хану, что в прошлом тот был Хубилай-ханом, а он сам — Пагпа-ламой.

После торжеств и религиозных служб Алтан-хан обнародовал манифест, в котором говорилось:{115},[4] «Мы, монголы, обладаем могуществом, потому что наша раса унаследовала небесное происхождение, а [Чингис-хан] расширил свою империю до Китая и Тибета. Впервые буддийская религия пришла к нам в древние времена, когда мы стали покровительствовать Сакья-пандите. Позже у нас был император Тимур, во время правления которого наш народ не имел религии, и наша страна пришла к упадку: казалось, что океан крови наводнил нашу землю. Ваш нынешний приезд к нам помог возродиться буддийской религии. Наши отношения «покровитель — лама» можно сравнить с отношениями Луны и Солнца. Океан крови превратился в океан молока. Тибетцы, китайцы, монголы, ныне живущие в этой стране, должны следовать десяти принципам учения Благословенного Будды». В манифесте Алтан-хан установил правила «для всего монгольского народа», отменявшие обычаи, бытовавшие у шаманистов: жертвоприношение жены, личного слуги, лошади и скота умершего, поклонение онгонам. Последних предписывалось уничтожить, а вместо них держать дома изображение Махакалы. За жертвоприношения людей назначалась смертная казнь, скота — десятикратный штраф, за хранение онгонов — разрушение дома. Предписывалось уважать соседей и не воровать у них.

Алтан-хан пожаловал Сонаму Тьяцо титул Далай-лама. «Далай» в переводе с монгольского означает «океан», «великий». Алтан-хан даровал этот титул, исходя из перевода тибетского слова «гьяцо»: по-тибетски оно тоже означает «океан», а того, кому он дал этот титул, звали Сонам Тьяцо. Двум предшественникам-перерожденцам последнего титул был дарован посмертно. Поэтому Сонам Тьяцо стал Далай-ламой III. Он получил печать, на которой было написано: «Дорджечанг, Далай-лама» — «Держатель ваджры, Великий лама». В свою очередь, Сонам Тьяцо даровал Алтан-хану титул «Религиозный царь, Брахма — глава богов» и предсказал, что в течение 80 лет его наследники будут править всей Монголией и Китаем.{116}

По Интернету об этом событии распространяется забавная интерпретация: «Император Китая послал армию в Тибет в поддержку Великому Ламе, амбициозному 25-летнему человеку, который затем дал себе титул Далай (Океан)-ламы, правителя всего Тибета. В этом — историческая ирония: первый Далай-лама был поставлен китайской армией».{117} Читатель может сам оценить иронию. Скорее, не историческую, а пропагандистско-образовательную…

Возвращаясь от Алтан-хана, Далай-лама заехал в г. Ланьчжоу, который принадлежал империи Мин. Китайцы встретили его с почетом и просили, используя влияние на Алтан-хана, ослабить набеги монголов на их страну. В КНР пишут об этом так: «Центральное правительство династии Мин оказало ему [Далай-ламе. — Авт.] особое расположение тем, что разрешило ему заплатить дань».{118} Китайские власти в лице заместителя военного министра одобряли мероприятия Алтан-хана в следующих выражениях:{119} «Пусть ламы из Тибета преуспеют в обращении варварского народа и превращении дикарей в добропорядочных людей. <…> Необходимо каждому посылаемому к Алтан-хану монаху дать определенное должностное звание в главном буддийском управлении и пожаловать ему монашеское облачение… чтобы понравиться варварам… тогда соглашения о дани будут соблюдаться намного лучше и на границах всегда будет спокойствие». Этот текст лишний раз показывает отсутствие преемственности Юань и Мин.

Когда умер Алтан-хан, Сонам Тьяцо в 1582 г. вновь поехал в ставку хана монголов. Назад в Лхасу он отправился лишь через шесть лет, но по дороге умер. Он переродился в Монголии в правнука Алтан-хана. Так монгол стал Далай-ламой IV под именем Йонтен Тьяцо (1589—1617). Тибетской делегации родители отказались отдать мальчика, пока он не подрастет. Поэтому тибетские монахи обучали его первое время в Монголии.{120} В 1601 г. в сопровождении монголов его привезли в Лхасу, где он был возведен на трон, жил и получил образование. Обучался он в Дрепунге. Его учителем был Лобсанг Чойгьен (сокращение от Лобсанг Чокьи Тьелцен) из монастыря Ташилунпо. Йонтен Тьяцо пожаловал своему учителю титул Панчен-лама — «Мудрый наставник». В китайской традиции, заимствованной из монастыря Ташилунпо, Лобсанг Чойгьен стал считаться Панчен-ламой IV, потому что его перерожденцы-предшественники как бы получили этот титул посмертно. Однако остальные тибетцы считают его Панчен-ламой I, отсюда разногласие в нумерации Панчен-лам в китайских и в большинстве тибетских источников.

В 1615 г. китайский император Чжу Ицзюнь (девиз правления — Вань-ли) прислал посланника к Далай-ламе, приглашая его для освящения буддийского храма в г. Нанкин. Далай-лама отказался, но согласился благословить храм, находясь в своем монастыре, что и сделал, обратившись в сторону Китая, прочитав молитвы и бросая на ветер зерна.{121} В 1617 г. Далай-лама IV умер в Дрепунге в возрасте 28 лет. Его тело кремировали, половину праха положили в ступу в Тибете, а половину отвезли в Монголию, где разделили между его отцом и светским покровителем — князем, носившим титул Тумэт-тайджи.

Его новое перерождение нашли в Центральном Тибете в 1619 г., но некоторое время скрывали по следующим причинам. Правитель области Цанг — Пунцог Намгьял, последователь школы Карма-Кагью, был недоволен тем, что в свое время ему было отказано в аудиенции у Далай-ламы IV приближенными последнего.{122} В 1618 г. он со своими сторонниками напал на монголов и захватил Лхасу. Было перебито много мирян и монахов Дрепунга и Сэра. Ряд монастырей Тэлуг превратили в монастыри Карма-Кагью. На Тэлуг были наложены местные ограничения. На следующий год в Тибет прибыл отряд монголов. Возвратились те, кто сопровождал и охранял Далай-ламу IV. Монголы напали на Цанг, но победу не одержала ни одна из сторон. Монголы встали лагерем у Лхасы. Панчен-лама выступил посредником на мирных переговорах. Договорились о том, что Лхаса не достанется никому, а захваченные монастыри будут возвращены школе Гэлуг.{123} После смерти в 1621 г. Пунцог Намгьяла борьба сторонников Карма-Кагью и Гэлуг перешла в латентную фазу. В 1635 г. союз ойратских племен провозгласил создание Джунгарского ханства в Западной Монголии. В 1634—1635 гг. в Кукуноре появился князь халха-монголов Цогту-тайджи, сторонник Карма-Кагью.

Вместе с сыном он решил уничтожить школу Гэлуг. Учитывая войны халха-монголов с ойратами, или джунгарами, посланцы Гэлуг отправились к последним искать поддержки. В результате в Тибет отправился экспедиционный корпус ойратов племени хошут во главе с Гуши-ханом и Батур-хунтайджи. Но раньше них в Тибет вступил 10-тысячный корпус во главе с Арсланом, сыном Цогту-тайджи. Гуши-хан и Арслан провели переговоры. В результате последний пришел в Цанг только с личной охраной, оставив войско у оз. Тэнгри-нур. Видя это, Кармапа бежал из Лхасы. Арслан пришел в Лхасу как паломник, встретился с Далай-ламой V Лобсангом Гьяцо, совершил преклонение перед ним, потом направился в Дрепунг, выслушал учения Гэлуг и, вопреки приказам отца, дал слово не перечить ей. Тогда правитель Цанга известил Цогту-тайджи об «измене» Арслана, а сам с войсками пошел на Лхасу. Далай-лама сумел примирить противников. Но позже Арслана убили за неповиновение отцу.

Гуши-хан тоже приехал в Лхасу как паломник. Там он встретился с Далай-ламой Уи Панчен-ламой IV. Они разработали план, по которому его войско должно было вначале идти в Кукунор, разгромить Цогту-тайджи, затем идти в Кам, чтобы изгнать из Бери правителя Донье Дордже (приверженца бон, который преследовал всех буддистов), затем войти в У-Цанг. Претворяя этот план в жизнь, джунгары разгромили и убили Цогту-тайджи. После этого Батур-хунтайджи вернулся в Джунгарию, а Гуши-хан, став правителем Кукунора, пошел в Тибет.

В 1638 г. Гуши-хан вновь совершил паломничество в Лхасу. Далай-лама даровал ему наставления, печать и титул Тензин Чокьи Гьелпо («Религиозный царь и хранитель буддийской веры»), а Гуши-хан даровал чиновникам Далай-ламы титулы: дзасак, тайджи, да-лама и даян.{124} В это время в руки Гуши-хана попало письмо, из которого следовало, что Цанг и Кам решили объединиться, чтобы уничтожить школу Гэлуг и дать свободу остальным вероучениям, включая бон. Гуши-хан решил идти войной на Кам и получил согласие Далай-ламы. Вместе с монголами-хошутами на Кам пошли тибетцы из Амдо. После кровопролитных боев Кам был завоеван. Теперь Гуши-хан решил взять Цанг. Посредничество Далай-ламы и Панчен-ламы не изменило этого решения: инициатива была на стороне монголов. В 1642 г. последние добились успеха вместе с войсками Далай-ламы. Далай-лама отбыл в Шигацзе.