Отто Крегер - Типы людей и бизнес

Начальник-этик: «А что бы я чувствовал, окажись я на месте Джима? Я вполне могу понять его положение. Он был со мной открыт и честен и совершенно недвусмысленно выложил свою просьбу. Если дать ему отгул, это послужит для повышения его мотивации и верности компании. Вот отличный шанс показать, как мы ценим Джима и как мы хотим, чтобы все у нас были счастливы».

Доводы против того, чтобы давать Джиму отгул

Начальник-логик: «Я не должен брать ничью сторону. Я не для того поставлен руководить, чтобы меня любили: я здесь для того, чтобы принимать решения и блюсти интересы компании. И я знаю, что если Джим немного огорчится, то вскоре он снова придёт в норму, а мне тем самым удастся поддержать производительность труда. А если я дам ему отгул, то все начнут просить отгулы, и тогда здесь некому будет работать. Я не вправе давать кому-то одному отгул, в то время как все остальные должны будут явиться на работу».

Начальник-этик: «Помнится, когда я только начинал работать, мой босс не удовлетворил мою личную просьбу. Я был зол, и мне казалось, что на работе до меня никому нет дела. Но когда я во всем разобрался, то понял, что начальник принял в той ситуации оптимальное решение и на самом деле он проявил обо мне заботу. Так что Джиму придётся понять: как мне ни неприятно ему отказывать, я делаю это для общего блага».

Пусть приведённые выше рассуждения не заставляют вас считать, будто какие-то отдельные логики или этики не могут принимать решений. Как и все остальные люди, они могут быть очень решительными – или крайне нерешительными. В затруднительном положении требуется принять решение в самые сжатые сроки, в противном случае проблема рискует выйти из-под контроля. Главное здесь – процесс принятия решений, и, как нетрудно отметить, в приведённом выше примере начальник-логик был объективен и беспристрастен, в то время как начальник-этик погрузился в эмоциональный аспект ситуации. Оба они чувствовали, думали и проявляли заботу, однако к одним и тем же решениям они приходили совершенно разными путями. Но гораздо чаще оказывается так, что один участник ситуации не понимает другого и тогда оба могут сделать распространённую ошибку – начать расстраиваться и обижаться.

Как уже было отмечено во второй главе, пара «логика – этика» является единственной из пар предпочтений, обнаруживающей тесную связь с полом человека. В течение короткого времени как мужчины, так и женщины могут быть очарованы непохожестью человека противоположного пола: противоположности действительно притягиваются – но лишь на короткое время. В конечном итоге логико-этические разногласия могут стать основной причиной проблем в общении (как деловом, так и личном). И в деловой, и в личной жизни оказывается так: женщина, которой свойственен логический стиль принятия решений (тип поведения, безоговорочно одобряемый у мужчин), удостоится самых нелестных эпитетов, равно как и мужчина с этическим стилем принятия решений. Как гласит общепринятая установка, «настоящий мужчина» не демонстрирует свои чувства; следовательно, что касается настоящей женщины, то она не может принимать «жёсткие» решения, поскольку для этого приходится поступаться личными чувствами. Конечно, оба эти утверждения попросту неверны.

Дилемма логического и этического (или мужского и женского) стилей создаёт немало проблем на рабочем месте. Женщине-логику в большинстве областей её жизни приходится подниматься наверх, двигаясь против сильного встречного течения, и нигде это не очевидно так, как на работе. Если она объективна и решительна, к ней будут относиться как к «упрямой» и «неженственной», если перечислять только печатные эпитеты. А мужчина-этик рискует прослыть слабаком за свою природную внимательность. Однако, как это часто бывает, мужчины пользуются особыми преимуществами: несмотря на то, что мужчине-этику придётся преодолевать сильное встречное течение, оно все же будет не столь сильным, как в случае с женщиной-логиком.

Вот несколько ключевых понятий, которые описывают, чем логики и этики отличаются друг от друга.

Стиль жизни, которого вы придерживаетесь: рациональность и иррациональность

Четвёртая буква в коде вашего психологического типа, по нашему глубокому убеждению, обозначает предпочтение, являющееся самой серьёзной причиной трений на работе. Предпочтение это связано с тем, какую из функции – функцию сбора информации или функцию принятия решений – вы естественным образом предпочитаете в общении с внешним миром, как в речи, так и в поведении.

И здесь мы имеем дело с парой предпочтений:

– Если среда, которую вы создали вокруг себя, отличается упорядоченностью и укладывается в графики, схемы и планы , так что вы вполне контролируете её, и если вы решительный и предусмотрительный человек, способный принимать решения без особого напряжения, то можно утверждать, что к жизни вы подходите, вооружившись умением принимать решения. То есть вы рационал (это предпочтение обозначается буквой «J»). Рационалы планируют свою работу , а затем работают над своими планами . Даже время на развлечения у них подчиняется распорядку. Для рационала в любом деле существует «правильный» и «неправильный» способ работать.

– Если же вы создали вокруг себя обстановку, позволяющую вам быть гибким, спонтанным и помогающую Приспосабливаться и реагировать в самых разных ситуациях, если принятие решений и следование им повергает вас в уныние и если окружающим часто не удаётся понять, какую позицию вы занимаете по тому или иному вопросу, то судя по всему, в вашем отношении к жизни доминирует функция сбора информации. Это означает, что вы иррационал (данное предпочтение обозначается латинской буквой «P»). Иррационалы в большинстве случаев предпочитают тактику «поживём – увидим»: они выжидают, если им надо выполнить какое-либо задание, решить проблему или определиться с планами на день.

Иначе говоря, иррационалы отличаются скорее склонностью к острому восприятию (то есть к постоянному поиску информации), чем к принятию решений по тому или иному вопросу. Рационалы же, напротив, отличаются склонностью скорее к суждениям (то есть к принятию решений), чем к восприятию новой информации, даже тогда (лучше сказать «особенно тогда»), когда эта информация способна повлиять на их решения. Если говорить о крайностях, то иррационалы практически не способны принимать решения, а рационалы – изменять ранее принятые. Конечно, такие крайности на практике обычно не встречаются.

Месть сладка

Инструктор по типоведению попросила свою группу разделиться на рационалов и иррационалов. Каждую из образовавшихся групп она попросила разработать проект нового крыла библиотеки, так что одна группа работала, а вторая – наблюдала. Начинали рационалы: у кого-то из них нашёлся пакетик конфет-драже, и за пять минут эта группа выложила ими проект нового здания.

Затем пришла очередь иррационалов: они покритиковали работу оппонентов, после чего съели все конфеты.

Трудно описать, до какой степени конфликты рациональности и иррациональности способны осложнить жизнь. Например, рационалы буквально выводят иррационалов из себя своей потребностью к жёсткому планированию, и на любой случай иметь план, мнение или график. Сами же иррационалы буквально бесят рационалов своим хаотически-беспечным отношением к жизненно важным – иногда в буквальном смысле слова – вопросам. Между тем рационалы зачастую развивают бурную деятельность, двигаясь в неверном направлении. Иррационалы же, благодаря потоку новых сведений, могут и вовсе не выбрать никакого направления. Ни один из этих стилей не является ни «правильным», ни «неправильным», ни более предпочтительным, чем другой. Более того, мир испытывает потребность как в иррационалах, так и в рационалах. Рационалы нуждаются в своих визави, чтобы те помогали им быть спокойнее и не делать из мухи слона; иррационалы же испытывают потребность в рационалах, чтобы те в разумной степени организовали их жизнь и придали ей упорядоченность.

Для всего найдётся место

Ничто никогда не теряется: просто иррационал никак не может найти нужную вещь, а рационал складывает её на хранение и забывает о ней.

Главное, что здесь требуется – это равновесие. Чрезмерная склонность к рациональности без признаков иррациональности (или наоборот) опасна, поскольку тогда достоинства начинают превращаться в недостатки. Иррациональность в мире рационалов необходима для того, чтобы в нем не иссякали выбор и оживление и чтобы в жизни всегда находилось место для игры. Высока и потребность в рационалах, которые умеют поcлeдoвaтeльнo воплощать любые проекты (от приготовления завтрака до организации бизнеса). Если воспользоваться понятиями трансактного анализа (теории психологии поведения, популярной в 1970-е годы и изложенной в бестселлере Эрика Берна «Игры, в которые играют люди»), то рациональное начало в каждом из нас соответствует функции «родитель», а иррациональное – функции «дитя». И для каждого из нас полезно и нормально уметь задействовать как «родительское», так и «детское» начало.