Алёна Лепская - Рок, туше́ и белая ворона.

― Не похожа, ― мотнул он головой, и отобрал у меня сигарету. Я вскинула бровь.

― Ты тоже на цыгана не тянешь.

― Нет? ― уточнил он с сомнением.

― У-у. Ты на мать больше похож, ― развеяла я его сомнения. Раф слегка прищурился, выпуская дым в сторону.

― Почему ты никогда не говоришь слово «мама»?

По моей коже пробежал холодок, я немного напряглась.

― Ты её встречал? Я ― нет. Вопросы? ― изогнула я бровь.

― Ну, да. О чём-то таком я догадывался.

― Почему ты не живёшь с родителями? ― решила я выяснить. На мгновение он удержал мой взгляд, словно решая, что мне ответить.

― Мне это не удобно.

― Почему? ― не отставала я. Раф вздохнул, внимательно на меня смотря, почти с замерзанием сердца.

― Я плохо сплю.

Я не сразу поняла о чём он говорит. Лишь спустя мгновение, меня осенило.

― Кошмары? ― догадалась я. Раф просто кивнул на это.

― И давно ты один живёшь?

― Да. ― только и ответил парень.

А, как он… А, родители? А… как это так вообще?

Раф, видя моё замешательство, сказал:

― Раньше просто жил в гостевом доме. А потом мы и вовсе переехали. В марте, когда мне исполнилось 18, мне подарили этот дом, в котором я сейчас живу.

― И родители не против, такого… затворничества? ― сориентировалась я. Это же выходит он был совсем один. Ну может да, днём он был с родителями, но ночью… И с марта месяца, он вообще остался в одиночестве.

― Уже привыкли, ― он вздохнул, ― Это поверь мне лучше, чем не спать из-за меня по ночам.

― Но… я никогда не видела, чтобы тебе снились кошмары. ― сказала я, с какой-то нотой надежды в голосе. Неужели он страдает от кошмаров? Раф, низко склонился, почти касаясь лбом, моего. Его глаза сияя и мерцая всеми оттенками синего, смотрели в мои, это имело просто колдовской эффект, магический.

― Потому что с тобой они не сняться, ― он роскошно улыбнулся, высвобождая мою закушенную губу, ― Потанцуешь со мной, племенная охмурительница тату-мастеров?

― Я его не охмуряла! ― возмутилась я, с недоумением. Парень подцепил меня за руку, стаскивая с барной табуретки.

― Конечно нет, ― покачал он головой, ведя к танцплощадке, ― Это сделало твоё платье, подставляя несчастного мастера под огонь.

― Чё-это он несчастный? ― усмехнулась я, лавируя между народа, под ритмы басов Boy Epic ― Vampire Sunrise.

― То-это. ― состроил он мой тон, и развернул к себе спиной. Его губы легко коснулись моего уха, ― Он, поверь мне самый несчастный, тату-мастер на свете, потому что ты моя…

Посмеиваясь над ним, ибо это как раз таки он самый несчастный парень во всей галактике, потому что я его, я качнула бёдрами, заставляя его двигаться со мной в унисон. Мои руки пробежав по его плечам, зарылись в шелковые пряди его волос, уводя всего его в ритмы танца.

― Вот, чёрт, ― глухо усмехнулся Раф, скользя ладонями по моей талии, ― Я и забыл об этом эффекте, когда ты танцуешь.

― Это только ты так бурно реагируешь. ― потешалась я, извиваюсь языками пламени, под музыку. Я развернулась лицом к нему, объятая за талию. Вокруг было много людей, но я чувствовало себя в безопасности с ним.

― Да, конечно. Тебя бы на мое место сейчас.

― Это ты хотел танцевать.

― И очень зря. Поскольку всё что, я теперь хочу сводится к твоему платью и его исчезновению, ― пробормотал он скользя руками на мои бёдра, и резко притянул к себе, ― Желательно в приватной обстановке.

― Не я занимаюсь табулированием, твоих желаний. ― заметила я.

― Опять бросаешь мне вызов? ― сощурился парень, ― Почему ты постоянно это делаешь?

― Потому что могу.

Он ничего не сказал на это, только что-то блеснуло в его глазах. В мерцающем свете софитов, они казались синими сапфирами идеальной огранки.

Мы пошли к бару, где уже сидели Миша с Солой.

― Я на минуточку. ― сказала я отлепляясь от него. Кивнув он пошёл к стойке, а я в дамскую комнату. Мне просто нужна была вода, много ледяной воды. Мне впору носить с собой лёд, когда этот парень так чертовски близко от меня.

Брызнув себе в лицо, немного воды я закрутила кран, и потянулась к бумажным полотенцам, чтобы вытереть руки. Мой взор уткнулся в гидроперидную блондинку рядом со мной. Она неотрывно следила, за мной, казалось за каждым моим движением, оперяясь об раковину одной рукой. Светка, блин. Меня это напрягло. Она как-то странно покачала головой.

― Ты же вроде не глупая? Какого чёрта ты… ― она осеклась втянув воздух сквозь зубы, ― Дам тебе бесплатный совет: держись от Гордеева подальше.

Пункт № 24: ненавижу сталкиваться с людьми лоб в лоб.

Отлично, просто отлично.

― Предположим, я не собираюсь этого делать, что тогда? ― спросила я с вызовом в голосе. Девица начала накаляться.

― Ты об этом пожалеешь.

Я небрежно усмехнулась.

― Не убедительно. ― сказала я отмахнувшись.

― Думаешь я шучу?

― Я думаю, ты переоцениваешь свои возможности, ― парировала я остерегающе. Какого ей надо, от меня, я не пойму? Я уже разозлилась, а ей всё неймётся. Стало странно, что у них за отношения такие, были, если он ничего ей не обещал, ничего у них не было, а потом она сама же свинтила. Логика, где? Девица резко подступила, но нападать она не собиралась, поэтому я даже с места не сдвинулась.

― Тебе ничего с ним не светит. И когда он наиграется, только вопрос времени. ― проговорила со злостью блондинка. ― Не будь дурой, не ломай себе жизнь. ― прошипела она ткнув меня пальцем в грудь.

Это возымело просто дикий эффект. Нехер всяким шлюхам, меня трогать! Перехватив её руку, я быстро скрутила девицу, заведя её руку за спину и склонилась к уху.

― Ещё хоть раз, ты появишься в поле моего зрения, и тебе потребуется серьёзная помощь дантиста. Поняла меня, тварь? ― прорычала я свирепо.

Отпустив девицу я развернулась и удалилась из уборной.

Я скользнула за бар взвинченная после стычки. Раф с Мишей потягивала виски. Я заметила в толпе Светку. Сука, надо был руку ей к чёрту сломать. Внутри меня клокотала не выплеснутая отборная ярость. Блондинка, явно пристально наблюдала за мной, я кожей это чувствовала. Обернувшись нашла её в дальнем уголке клуба на угловом диванчике, с парой каких-то девиц. Раф положил мне руку на поясницу, привлекая внимание. Я немного вздрогнула, и придвинулась к нему еще ближе, пока не почувствовала на шее его горячее дыхание. Его глаза были прикованы только ко мне, обдавая жаром изнутри, перенаправляя энергию моей ярости в иное русло.