Упрямая. Любимая. Моя - Анастасия Пырченкова

И всё. Больше ничего не сказал.

- Увидел? - отозвалась немного грубее, чем собиралась.

- Да.

- Ну, тогда я пойду, - развернулась к нему спиной, собираясь уйти.

- Я только знаю, что это была спланированная подстава, - донеслось мне вслед.

Пришлось остановиться и сосредоточиться на его словах.

- Большего пока выяснить не удалось, - вздохнул он устало. - Знаю, что Полинке кто-то помогал. Но разговорить её не получилось. Даже угрозами.

Грустно улыбнулась. Даже если так…

- Это не отменяет того, что вы с ней… - голос сорвался, не позволив договорить.

Я всё же отвернулась от Дана и поплелась домой. Правда, удалось пройти всего несколько шагов, как я оказалась в крепких объятиях Дана.

- Я ведь всё равно не оставлю тебя, Ксюш, - прошептал на ухо, сунув мне в карман небольшую коробочку. - Даже если всё так. И увиденное тобой правда. Я не брошу тебя. И тебе не позволю уйти от меня. Надо будет стану под дверью ночевать и ходить за тобой попятам. Ты меня знаешь. Но ты моя, Ксюш. Моя, - провёл внешней стороной ладони по щеке и отпустил.

Ни слова ему не сказала, просто продолжила идти дальше домой, чувствуя как меня трясёт всем телом.

Вот зачем он так со мной?

То не появляется неделю, то приходит и говорит, что я его.

А я… слабая. Слабая рядом с ним. Потому что всем существом тянусь к нему, как и раньше. Если на расстоянии получается справляться с этой тягой, то при его непосредственной близости снова теряю себя. А я не могу… не могу снова позволить себе этого! Только не снова! Это больнее, чем в школьные годы!

Ещё подарок этот…

Его я открыла уже будучи дома.

Внутри оказались серьги. Как комплект к кольцу.

Чёрт! Чёрт! Чёрт!

- Без ножа режешь, Дан, - прошептала сквозь слёзы в тишину квартиры, зажав украшение в ладони.

И всё же сообщение с благодарностью написала.

Не могла иначе.

По сердцу при взгляде на неожиданный дар расплывалось тепло.

А ещё через неделю я удостоверилась в том, что поступила правильно, не простив Дана, и выдерживая дистанцию рядом с ним.

В тот вечер я прогуливалась по центру вместе с Артёмом. Олеська пропадала на свидании (впрочем, о проблемах в нашем тандеме с Даном ей так никто и не рассказал), а у Тёмыча Галя готовилась к олимпиаде по математике. В общем, пустой вечер мы решили скоротать за чашечкой кофе и разговором ни о чём.

Торговый центр "Пилигрим" встретил нас привычной суетой, но любимый столик оказался свободен.

- Поговорите вы с Даном, - в очередной раз вздохнул Артём, как сделал заказ. - Сил нет смотреть на ваши бледные вампирские рожи. Дан в оценках скатился. В школу вообще через раз теперь ходит, всё больше в своей автомастерской пропадает, куда официально устроился. А тех учителей, кто пытается с ним поговорить, посылает прямым текстом.

- Тём, а это обязательно говорить о Дане? - огрызнулась я. - Он обещал предоставить доказательства. Жду.

- Знаешь, что самое печальное? - заметил друг и продолжил, не дожидаясь ответа: - Что тот, кто организовал эту подставу, своего добился. Вы расстались с Даном.

Отвернулась от него, схватилась ладонями за ворот кофты и прижала обе друг к другу.

- Я не могу, - проговорила тихо-тихо. - Не могу забыть. Закрываю глаза и вижу его там… с ней. Это выше моих сил. С одной стороны понимаю, что не его вина, но… Не могу, - прикрыла глаза на мгновение.

- И это я тоже понимаю, - ласково приобнял меня Артём за плечи. - Но тут либо прощаешь, либо нет. Иного не дано.

- Дано, - усмехнулась горько. - Упёртость Дана. Он пообещал, что в любом случае не оставит меня.

- Да-а… От такого - захочешь, не избавишься, - рассмеялся Акимов.

И я невольно улыбнулась.

В этот момент принесли наш кофе и пирожные.

- А как у тебя с Галей? - перевела тему, приступая к еде.

- Я сдохну за эти два года! - откровенно пожаловался друг, из-за чего я подавилась кусочком своего ванильно-шоколадного чизкейка.

- В каком смысле?

- Да в прямом! Все эти её коротенькие юбочки… Приходится постоянно себе напоминать, что она - статья.

- Э-э… А я думала, что вы уже… Ты же тогда рассказывал, что на столе вроде бы, в твоём кабинете…

- Я сказал, что чуть не сорвался, - рассмеялся он, пряча лукавую улыбку за чашкой с кофе.

- Да? А у меня почему-то в памяти отложилось, что у вас всё было, - пробормотала задумчиво, отламывая ложкой новый кусочек пирожного.

- Каждый мыслит в меру своей испорченности, счастье моё, - посочувствовал Артём мне.

- Иди ты, - оттолкнула я его. - К своей статье! - съехидничала.

- Жестокая! - сделал вид, что обиделся тот.

- Я не жестокая. Я справедливая, - возвела указательный палец вверх. - Кстати, как поживает Федя? - поинтересовалась подарком для Инесски.

- Живой, - хмыкнул Тёма. - Этот тарантул с рук Инесски не слезает. Олеська до сих пор заикается.

- Сама выбирала же, - не удержалась от подколки, отпивая свой кофе.

- Кто ж знал, что имениннице понравится? - развёл руками друг.

- Да уж. Твоя потенциальная будущая тёща - жуткая женщина!

- Не поспоришь! - фыркнул Артём. - Эта жуткая женщина с меня чуть ли не пылинки сдувает. Я её реально боюсь. У меня позавчера голова разболелась, так она мне таблетку принесла, каждую перемену прибегала узнать, как самочувствие, а потом ещё и домой отправила насильно, запретив с твоими зайчиками из 11"А" в баскетбол сыграть внеплановый, после уроков.

Теперь я откровенно хохотала. Артём ещё такое личико обиженное состроил и полное страданий… невозможно было не проникнуться.

- Ну, наконец-то, - ухмыльнулся друг. - Я уж думал, не дождусь, - ткнул меня в щёку.

Веселиться резко перехотелось.

- Я и сама, кажется, уже забыла, когда веселилась так в последний раз, - призналась честно. - Стараюсь нагрузить себя работой, чтобы не думать ни о чём лишний раз.

- Но я так понял, ты всё же ждёшь, что Дан найдёт себе оправданий.

- Я дура, да? - улыбнулась печально. - Но мне так хочется верить…

- Ты не дура, Ксень. Это нормально - поддаваться надежде, - щёлкнул по