Джоан Коллинз - Лучшее эфирное время

28

Филипп стоял перед Хлоей, его лицо пылало. Кремовые туфли из крокодиловой кожи контрастировали с идеально отутюженными темно-коричневыми брюками. Филипп был одет, как всегда, безукоризненно, несмотря на ранний час и жару на улице.

Хлоя, в легком похмелье от проведенной ночи, пыталась одеться. Она опаздывала на студию уже на полчаса. Опоздания считались привилегией непрофессионалов и обычно приводили в бешенство помощника режиссера.

– Дорогая, мы должны наконец обсудить это предложение по видеофильму. Мне казалось, ты хочешь вернуться на эстраду. – Филипп все еще стоял перед Хлоей, демонстрируя контраст в своей одежде.

– Послушай, Филипп, я не могу, я просто не в состоянии обсуждать это сейчас. Я страшно опаздываю, неужели ты не видишь?

– Мы должны наконец определиться, дорогая. Последнее время ты постоянно занята – каждый раз откладываешь это дело, тянешь с ответом. Так что, любимая, успокойся, сядь и давай вместе прочитаем контракт.

– Филипп, послушай, к черту контракт! – Ее ярость, ярость, которую она копила для сегодняшних сцен Миранды с Сайроп, прорвалась наружу. – Я должна идти! У меня жуткое состояние. Я спала всего лишь четыре часа. Пожалуйста, Филипп, позволь мне пойти на работу. – Лицо ее пылало от жары и злости, сердце гулко стучало. «Интересно, может ли у сорока летней женщины случиться сердечный приступ?» – мелькнула в голове мысль. – Мы поговорим позже, Филипп. Вечером, обещаю тебе.

– Хорошо, хорошо. Ты никогда не слушаешь меня, я у тебя словно пес. Забудь об этом контракте – мы попросту забудем о нем, извини за заботу. Я делал это для тебя, но ты никогда не ценила моих усилий, мисс Дива.

Хлоя почувствовала, что не выдержит еще один день его насмешек.

– Дорогой, послушай, я понимаю, что сделка по видео очень важна. Я не хочу забывать о ней, давай обсудим ее в студии после работы, прежде чем отправимся на ужин к Джасперу, хорошо? – Она подарила ему легкий поцелуй и самую нежную улыбку, какую только смогла выжать.

– Да-да, конечно, мы всегда должны считаться с твоими планами, – пробормотал Филипп, почти растаяв от нежных знаков внимания.

– Знаешь, я вынуждена быть рабыней «Саги», – сказала Хлоя, надевая шарф и солнцезащитные очки и попутно замечая в большом зеркале, что не мешает сбросить фунта три. – Приезжай на студию часам к семи, дорогой. Там будет уже спокойно, и мы сможем внимательно просмотреть контракт. А сейчас – пока, дорогой, я должна идти.

Съемка шла медленно. Внезапно наступившая жара разморила всех, а кондиционер, как всегда, барахлил. Хлое казалось, что в Южной Калифорнии температура воздуха никогда не бывает нормальной. Всегда было или слишком жарко, или слишком холодно, а в древнем здании студии кондиционеры и отопление оставляли желать лучшего.

Все были раздражены. У Хлои даже возникла стычка с Челси Дином, которого она обожала. Сисси была еще более ядовитой, чем обычно, съемочная бригада мрачно сносила ее укусы. Но стоило Биллу Херберту принести итоги вчерашнего рейтинга, как лица просветлели – «Сага» продвинулась еще на три места вперед, опережая «Америку».

Хлоя устало опустилась на стул за переносным гримерным столиком и в двадцатый раз напудрила лицо. Она выглядела и чувствовала себя вконец измученной, и темные круги под глазами не мог скрыть даже толстый слой грима.

Кэлвин весь день слонялся по студии. Неприметный, в рыжем парике, бейсбольной шапочке и солнечных очках, он внимательно следил за каждым движением Хлои с того момента, как она появилась в студии. Он отметил, какая она была раздраженная, когда уходила с площадки после стычки с очаровательным маленьким режиссером-англичанином, как текли по ее щекам лживые слезы.

Он видел, как стая ее сучек-подхалимок – Ванесса, Трикси, Де-Де – побежали успокаивать ее, выслушивать ее приказания, поднося ей чай, аспирин и сигареты. Угождать этой дряни.

Он слышал, как Сисси говорила своей подруге Дорис, какая эгоистичная, высокомерная корова эта Хлоя. Как бездарна она, как получила она эту роль, лишь переспав с Эбби Арафатом.

– Уф, Эбби такой огромный, невозможно и представить эти четыреста фунтов жира на себе, – хихикали они, изображая преувеличенный ужас на лицах.

Кэлвин подобрал валявшийся номер «Америкэн Информер» и прочитал, что в ходе проведенного опроса мнения зрителей в отношении Хлои разделились на прямо противоположные: одни считали ее самой обожаемой в Америке женщиной, другие – самой ненавистной.

Сомнений не было, как бы проголосовал Кэлвин. Те же, кто с ним солидарен в ненависти к Хлое, думал он, будут благодарны ему, когда он наконец расправится с ней.

В прошлый раз, в Лас-Вегасе, ему не повезло, но теперь, спустя почти пять лет, Кэлвин чувствовал, что его ждет удача. Он сжимал в кармане рукоятку ножа с выкидным семидюймовым лезвием. Он уже освоил это оружие – натренировался на бездомных собаках. Нож безотказно полосовал их глотки.

Уже третий день Кэлвин слонялся по студии в ожидании удобного момента для расправы. Сегодня вечером он надеялся встретить Хлою на автостоянке. С тех пор как у нее появился ослепительный красный «феррари», Хлоя отказалась от услуг шофера со студии. Кэлвин дождется ее на заднем сиденье автомобиля. Она никогда не запирала автомобиль. Глупая сучка.

– О'кей, на сегодня все, – объявил Нед. – Завтра всем быть в то же время. Доброй ночи.

Съемочная бригада начала укладывать свое оборудование. Было уже без четверти семь вечера, и на улице совсем стемнело. Конечно, час был не поздний, но для всех участников съемки завтрашний день начинался в шесть утра, так что сил и времени на вечер сегодняшний ни у кого уже не оставалось.

Хлоя плюхнулась на обитую ситцем кушетку в своем крошечном трейлере. Усталым движением она сняла серьги и колье.

– У меня сил нет раздеться, – сказала она Трикси, которая помогла ей снять одежду, а Ванесса тем временем наливала неизменный стакан вина.

– Хочешь, чтобы я осталась с тобой, дорогая? – заботливо спросила Ванесса.

– Не сегодня, придет Филипп с контрактом, который нужно просмотреть. Увидимся завтра. – Хлоя вымученно улыбнулась.

– Чтобы утром была свежей и отдохнувшей! – прощебетала Ванесса, которая, казалось, никогда не уставала. – И не забудь захватить свою голубую блузку от Сен-Лорана.

Затаившись в углу сцены, Кэлвин выжидал. Он спрятался за декорациями, на которых жирным шрифтом было выведено: «Спальня Миранды». Он видел, как вышли из трейлера две женщины, как рабочие откатывали с площадки оставшееся оборудование. Теперь в студии стало совсем тихо, лишь с улицы изредка доносились раскаты грома. Крадучись, Кэлвин подобрался к трейлеру и заглянул в окошко.