Мередит Рич - Грешки

– Графа?

– Да, это мой покойный муж, граф де ла Рош.

Джон просиял:

– А вы, случайно, не встречались в Канне… лет двадцать назад… с бородатым, весьма экономным хиппи из Принстона?

– Что?! Неужели Джон? Да ведь я тогда так и не узнала вашу фамилию! Просто не верится!

– Стало быть, вы знакомы? – удивился Алекс.

– И вы на самом деле графиня? Признаться, я не поверил вашей истории… Французская кинозвезда, графиня… Согласитесь, все это звучало несколько не правдоподобно.

Лидия рассмеялась:

– Я до сих пор не поверила этому до конца. Ну ладно… Чем вы занимались все эти годы?

– Окончил Колумбийский университет, занимался инвестиционными банковскими операциями и разорялся на пьесах Алекса…

– Если я использую этот сюжет для своей следующей пьесы, ты потеряешь гораздо больше… Может, вы все же посвятите меня во все?

– Помнишь, я сбежала во время медового месяца? – Лидия рассказала Алексу о том, как развивались события.

Час спустя, когда он ушел, Джон спросил Лидию:

– Можно пригласить вас на ужин?

– С удовольствием.

– А потом полюбуемся фейерверками.

– Фейерверками?! Где?

Джон усмехнулся:

– У меня дома.

Джуно нашла себе чудесную двухъярусную квартиру в красивом старом доме рядом с Центральным парком.

Внизу находилась гостиная, наверху – две спальни, одну из которых она переоборудовала под студию. Как только из Лондона пришел багаж с антикварными предметами меблировки и множеством безделушек, квартира обрела обжитой вид.

Больше всего Джуно полюбила просторную кухню, похожую на бабушкину в Таосе, где она частенько бывала в детстве. Вскоре после переезда кухню заполнили кастрюли, сковородки и бытовые приборы. Сейчас, ожидая прихода Гаса Палленберга, Джуно готовила марокканский ужин.

Услышав звонок, она вытерла руки и поспешила к двери, но, открыв ее, никого не обнаружила.

– Гас?

Вдруг кто-то тихо заскулил, и Джуно увидела белого щенка. Он обнюхивал коврик у порога.

– Какая прелесть! – Она взяла на руки маленькое существо с длинной мордочкой. – Откуда ты взялся?

– С псарни Густава Палленберга. Поздравляю тебя с новосельем.

– О, Гас! Я так давно мечтала о собаке. Она чудесная!.. А какой она породы?

– Борзая. Я развожу их. Это самая большая моя страсть. После тебя, конечно, – добавил он с улыбкой.

Они посадили щенка на пол посреди кухни.

– Она приучена делать свои дела на бумажку. С ней будет веселее.

Джуно взглянула на него:

– Она должна заменить тебя, Гас? Ты не баловал меня визитами, с тех пор как я переехала в Нью-Йорк.

– Все изменится, – пообещал он. – В конце недели Нина опять уезжает в Швейцарию и на сей раз проведет там целый месяц. По возвращении она обычно чувствует себя здоровой. Тогда я попрошу у нее развод.

– Правда, Гас? Ты не обманываешь меня?

– О нет, Джуно! Я люблю тебя!

Гас заметно похудел и выглядел усталым. Необходимость принять решение терзала его. У Гаса обострилась язвенная болезнь. Он любил Джуно и стремился к нормальной жизни с ней, но при этом его влекла к жене какая-то неудержимая сила, которой Гас и сам до конца не понимал.

Посадив в коробку щенка, названного Джуно Ларушкой, они принялись за ужин. Щенок поскулил и заснул.

– Как идут дела в клубе? – спросил Гас.

– О, там еще многое предстоит сделать. Но благодаря тебе все получится. В понедельник я встретилась с твоим банкиром и подписала бумаги. Как тебе это удалось? Кроме твоего банкира, ни один в Нью-Йорке не пожелал рисковать ради меня.

– Я просто постучался в нужные двери.

Джуно принесла Гасу кофе:

– Ты останешься у меня?

– Не сегодня, дорогая. Но если хочешь, проведем уик-энд вместе.

Джуно вздохнула:

– Мне не по душе замещать твою жену, но уик-энд я хочу провести с тобой.

Алекс прошел мимо рабочих, наводящих лоск в клубе «Ночная жизнь». Лучи декабрьского солнца едва пробивались сквозь пыльную завесу.

– Где мисс Джонсон? – спросил он.

– Наверху, в офисе.

Алекс поднялся на второй этаж, где Джуно обсуждала по телефону условия поставки хромированных труб.

Налив себе чашечку кофе, он ждал, когда разговор закончится.

Положив трубку, Джуно поцеловала его.

– Привет… Что привело тебя сюда? Я думала, знаменитости с Бродвея не появляются при дневном свете.

– У меня есть важные новости.

– Хорошие или плохие?

Алекс пожал плечами.

– Лучше сядь.

– Значит, плохие. Ладно уж, выкладывай.

– Я только что узнал, кто мать Кэми. Помнишь, она с ней порвала?

– Ну и кто?

– Нина Палленберг.

– Черт возьми! Только этого не хватало!

– Вот именно. И твой приятель Гас – отчим Кэми.

– Налей-ка мне кофе. Надо бы чего-нибудь покрепче, да слишком рано. Ну и дела! А Лидия знает?

– Едва ли.

– Стоит сказать ей. Если об этом узнает Кэми… – Джуно подняла телефонную трубку. – А я только что радовалась, что у меня нет никаких осложнений.

В Нью-Йорке Лидия пользовалась большим успехом, и ей это доставляло огромное удовольствие. После долгих лет сексуального голодания она наслаждалась открывшимися перед ней возможностями. Старые друзья постоянно приглашали ее на званые ужины и знакомили с достойными внимания мужчинами. Она часто встречалась с Джоном Кинсолвингом, а за последние несколько недель встречалась также с Сетом Праттом, красивым двадцатилетним братом Кэми.

Формально Сет Пратт учился на первом курсе Браунского университета, но в Провиденсе почти не бывал. Один из его однокурсников писал за него конспекты и готовил домашние задания. Конечно, за деньги. Избалованный любимчик Нины Палленберг получал весьма внушительную сумму на карманные расходы, однако эта сумма не покрывала расходов на азартные игры, спиртное и кокаин. Встретив Лидию в начале марта на вечеринке у Кэми, он был ослеплен ее красотой и изысканностью.

Лидия не воспринимала Сета всерьез, но была польщена, что этот юноша так увлекся ею. Он же по уши влюбился в Лидию. Она еще не вступила с ним в связь, ибо понимала, чем это чревато. Молодой и бесцеремонный Сет был братом Кэми и пасынком любовника Джуно. Кроме того, ощущая в нем что-то зловещее, Лидия нервничала в его обществе, хотя, возможно, непонятная эксцентричность Сета более всего привлекала ее Поэтому она не была уверена, что не переспит с ним.

Только к Алексу Лидия относилась серьезно, но за долгие годы так и не определила свои чувства к нему.

Он по-прежнему встречался с Кэми, ставшей ныне ее близкой подругой. От Кэми Лидия знала, что их отношения нельзя назвать горячей любовью Алекс много времени проводил с Джуно, и это беспокоило Лидию гораздо больше. Они бывали в картинных галереях, в антикварных лавках, искали вещи для новой квартиры Джуно. С Гасом Палленбергом Джуно не порвала, хотя и признавалась Лидии, что все у них складывается не так, как она надеялась. Гас до сих пор не сказал Нине, что решил развестись с ней.