Грейс Металиус - Пейтон-Плейс

— Ты вернулся, чтобы опять все начать сначала? — резко спросила Селена. — Разве ты не достаточно сделал? Разве не хватит того, что ты сделал со мной и с Ма? Ты ведь слышал о Ма, да? Она повесилась, вот что ты с ней сделал. Тебе этого не достаточно?

Лукас отрицательной махнул рукой.

— Да, — сказал он. — Я слышал о том, что сделала Нелли. Позор для семьи, вот что это такое. Кроссы никогда не кончали жизнь самоубийством, пока Нелли не сделала этого. Она, наверное, спятила. Но меня это не интересует, — сказал он и начал улыбаться. Лукас встал и, слегка покачиваясь, двинулся к Селене. — Мне всегда было наплевать на Нелли, — сказал он. — После того, как я узнал тебя получше, сладкая.

Одной страшной вспышкой памяти к Селене вернулся день у доктора Свейна. Она чувствовала, как жаркое июльское солнце припекает в спину, чувствовала пот, текущий между лопатками, и руки осматривающего ее Свейна. Она слышала его мягкий голос и помнила боль, которая пронзила ее, когда она пришла в себя и все уже было кончено. Селена вспоминала синее, набрякшее лицо Нелли и лицо Дока, когда он лгал ей и говорил, что у Нелли был рак. Селена сжала в руках щипцы, которыми разгребала золу и которые до сих пор не выпускала из рук.

— Не подходи ко мне, Па, — от страха у нее изменился голос, она стала задыхаться.

— Все такая же дикая кошечка, а, сладкая? — тихо сказал Лукас. — После того как я уехал, не нашлось ни одного мужика, чтобы приручить тебя? Вижу, вижу, — он подходил все ближе, пока не встал прямо напротив Селены. — Веди себя хорошо, сладкая, — сказал он таким знакомым Селене жалобным тоном. — Будь со мной поласковей. Я ведь не твой настоящий папа. Ничего плохого, если ты будешь со мной поласковей, — он положил свои большие руки ей на плечи. — Ну же, сладкая. Прошло столько времени.

Селена отстранилась назад и плюнула ему в лицо.

— Ты старый, грязный ублюдок, — сказала она низким от злости голосом. — Убери от меня свои вонючие руки.

Лукас вытер ладонью плевок с лица.

— Маленькая дикая кошечка, да, — улыбаясь, сказал он. — Я проучу тебя. Проучу, как и тогда, давно. Иди сюда.

И тогда Селена поняла, что борется за свою жизнь. Стараясь подавить ее, Лукас схватил Селену за горло, и от нехватки воздуха у нее потемнело в глазах.

— Ах, ты, сучка, — взвыл он, когда Селена ударила его в пах коленом. — Я проучу тебя!

Лицо Лукаса налилось кровью, и он снова потянулся к ней. И в ту секунду, пока он тянулся к ее шее, Селена, размахнувшись щипцами, со всей силы ударила Лукаса по голове. Он тут же упал на пол, почти к ее ногам. В страхе, что он соберется с силами и встанет, Селена, снова и снова опускала щипцы на его голову. Кровь била фонтаном и забрызгала ей лицо.

Он не должен встать! Если он встанет, он убьет меня! Он должен умереть.

Но, Селена не осмеливалась открыть глаза и посмотреть вниз. Она чувствовала две тонкие, обхватившие ее сзади руки, которые оттаскивали ее от того, что было у ног, но она все еще боялась открыть глаза. Так было, пока она не почувствовала резкий удар в челюсть. Селена опустила руки и посмотрела прямо в глаза своему брату Джо. Сзади слышались дружелюбные, потрескивающие звуки — горело полено, которое она подложила в камин после прихода Лукаса.

«Так быстро, — тупо подумала она. — Полено загорелось так быстро».

Она подняла левую руку и провела по губам. Рука была вся в крови. Селена облизала губы и почувствовала привкус крови.

— Я поранила губу, — как во сне, сказала она.

Джо покачал головой.

— Это его, — прошептал он. — Ты вся в крови.

Все, что хотела Селена, — это лечь где-нибудь и заснуть. Ей казалось, она не спала несколько недель. Селена тряхнула головой, стараясь сбросить усталость. «Я не должна спать, — подумала она. — Я должна думать». Приложив невероятные усилия, она наконец обдумала, что должна делать. Селена шла к телефону — так, будто переходила грязную дорогу, ее рука была уже на трубке, когда к ней подскочил Джо. Он отбросил ее руку с телефона.

— Что ты делаешь? — спросил он. Джо хотелось кричать, но у него получался только сиплый шепот.

— Вызываю Бака Маккракена, — сказала Селена и снова потянулась к телефону.

— Ты сошла с ума? — прошептал Джо, схватив ее за запястье. Он откашлялся. — Ты сошла с ума? — на этот раз он спросил нормальным голосом, который показался слишком громким. — Ты с ума сошла? Ты не можешь этого сделать. Тебя арестуют, если ты вызовешь шерифа.

— А что же еще делать? — спросила Селена.

— Мы должны избавиться от него, — сказал Джо. — Я слышал, как вы говорили. Никто не знает, что он здесь. Мы избавимся от него, и никто никогда не узнает.

— Как мы избавимся от него?

— Мы закопаем его.

— Мы не сможем. Земля промерзла. Мы никогда не выкопаем глубокую могилу.

— В загоне, — сказал Джо, и они оба замерли, думая о загоне. Никто из них не смотрел на тело у камина.

— Земля в загоне не промерзла, — сказал Джо. — У меня там из-за ягнят два дня горела инфракрасная лампа. Земля должна быть мягкой, как летом.

— Надо сообщить, — сказала Селена. — Здесь все в крови.

— Послушай, нельзя сообщать в полицию. Если мы это сделаем, они арестуют тебя и посадят в тюрьму Они посадят тебя в тюрьму, а потом повесят. — Джо сел и заплакал. — Селена!

— Да, Джо?

— Селена, они повесят тебя! Как мама, пошла и повесилась. Они повесят тебя, у тебя лицо станет синим, и ты умрешь!

— Не плачь, Джо.

— Селена! Селена!

Рыдания Джо привели ее в чувство, и Селена начала думать. Она заставила себя посмотреть на Лукаса и подавила в себе желание вырвать от того, что она увидела.

— Достань одеяло, Джо, — спокойно сказала она.

Когда он принес одеяло, она сказала так же спокойно:

— Пойди выпусти овец из загона.

Селена завернула в одеяло то, что было ее отчимом, — узнать можно было только тело. Они с Джо вынесли его из дома, ветер подхватил халат Селены и облепил им ноги. Кровь Лукаса просачивалась через одеяло и оставляла красный след на снегу.

Селена и Джо похоронили Лукаса в могиле три фута глубиной. Когда все было сделано, Джо запустил в загон овец, они тут же начали топтать землю, и через минуту свежая могила была утрамбована их маленькими копытами. Похоронить Лукаса было гораздо легче, чем навести порядок в гостиной. Когда они закончили, было уже светло, все так же сильно дул ветер. Дорожку от дома к загону занесло снегом, будто никто туда и не ходил.

ГЛАВА V

Вскоре после наступления Нового года Джо Кросс связался с человеком по имени Энрико Антонелли, владельцем крупной свинофермы под Пейтон-Плейс, который также работал местным мясником. Мистер Антонелли родился в Кине, Нью-Гемпшир, и еще ребенком переехал в Пейтон-Плейс вместе с родителями. И все-таки в городе его считали чужаком. У него были черные курчавые волосы, веселые темные глаза и большой живот, как у комика из итальянской оперы. Мистер Антонелли очень гордился тем, что он лучше говорит по-английски, чем большинство горожан, чьи предки жили в Америке с 1600-х годов.