Опасная невинность - Кора Рейли

не знаю, почему Эйслинн вдруг передумала. Я не могу изменить тот факт, что она твоя жена, но я не воспринимаю нас как семью. Деньги, которые я тебе должна, я верну, как это сделал бы любой другой должник. Мне не нужна семейная скидка.

— Тогда я передам это Арану. Он заботится о наших должниках в Ирландии. Я уверен, что они пришлют одного из наших сборщиков денег для знакомства, чтобы рассказать тебе о деталях нашего нового делового соглашения.

Конечно, к Аоифе все равно будет особое отношение. Я бы не позволил ей пострадать, даже если бы она вела себя как сучка. Но, возможно, один из людей Арана мог бы припугнуть ее при случае, чтобы она почувствовала себя настоящей должницей. Я был уверен, что она не сможет вовремя платить по нашим тарифам, а Аран не прочь поиграть в эту игру.

Мой желудок завязался узлом, пока я ждала прихода мамы. Маме нравилось играть в жесткость, но видеть Имоджен в таком состоянии было бы очень больно для нее.

— Мама скоро придет, — сказала я Имоджен, наверное, в тысячный раз за этот день. Я не получала от нее ни малейшей реакции, но, по крайней мере, последние несколько дней она была стабильна. Больше никаких страшных происшествий. Может быть, с приходом мамы Имоджен наконец-то станет лучше.

Дверь открылась, и мама просунула голову внутрь. Наши глаза встретились, и мои сразу же наполнились слезами. Я была слишком эмоциональна весь день. Она слабо улыбнулась мне и шагнула внутрь, а затем замерла, увидев Имоджен. Ее лицо было совершенно неподвижным, и она медленно закрыла дверь, но не подошла ближе.

Она похудела. Ее джинсы и кожаная куртка свисали с ее тела. Она сглотнула, расправила плечи и подошла ко мне. Я встала и наполовину упала в ее объятия. Я начала всхлипывать, не в силах сдержать себя. Мама похлопала меня по спине.

— Все будет хорошо, Эйслинн. Теперь я здесь. Мы справимся с этим, как мы справлялись со всем дерьмом, которое выливалось на нас на протяжении многих лет.

Я отстранилась, кивнула и вытерла слезы. Мама наклонилась над Имоджен и погладила ее по щеке костяшками пальцев. — У тебя впереди светлое будущее, Имоджен. Я чувствую это. Ты просто должна найти в себе силы.

Она наклонилась и поцеловала Имоджен в висок, и мне пришлось снова протереть глаза. Мама опустилась на стул, который я поставила рядом со своим, и взяла сестру за руку. Некоторое время мы сидели в тишине. Маме нужно было взять себя в руки. Я видела это по тому, как напряглись ее челюсти. Она не хотела плакать. — Это ведь не несчастный случай, правда?

Я покачала головой. Когда мама смотрела прямо мне в глаза, я не могла больше лгать. Она заслуживала правды, какой бы болезненной она ни была.

— Они знают, кто сделал это с ней?

Я предположила, что она имела в виду Лоркана, но не была уверена. Ответ был одинаковым в любом случае. Я покачала головой. — Вероятно, кто-то, имеющий связи с русской мафией, но Имоджен попала на яхту этого человека в Карибском море по прихоти. Трудно получить информацию. Лоркан старается изо всех сил.

— Я предполагаю, что у него есть более эффективные способы сбора информации, чем у полиции.

— Он делает все, что может. Я знаю, тебе не нравится, что я снова с ним, но ты бы видела его с Финном. Я никогда не видела Финна таким счастливым и беззаботным.

Мама сузила глаза в раздумье. — Значит, речь идет о Финне. Ты чувствуешь ответственность за то, чтобы у него был отец? Это не твоя работа, Эйслинн.

— Я знаю, и это не единственная причина, по которой я изменила свое мнение о Лоркане. Но то, что он хорошо относится к Финну, показывает мне, что он не просто плохой парень, по крайней мере, не в семье.

— Тогда что же в нем такого?

Мне нравилось быть рядом с Лорканом. Он заставлял меня чувствовать, что не вся ответственность лежит на моих плечах. Я знала, что он меня прикроет. У него было мрачное чувство юмора, которое я ценила. Мне нравились его мысли о семье и браке. А секс… он был просто умопомрачительным.

— Если это просто почесывание зуда после того, как Патрик изменил тебе, то есть более простые способы переспать, Эйслинн.

Мои глаза расширились. Мама никогда не говорила со мной так открыто. Я знала, что она может быть такой, потому что клиенты в Торговой Арке говорили мне об этом, но рядом со мной и Имоджен она всегда была строгой мамой.

— Я не поэтому передумала насчет Лоркана. — Я не планировала обсуждать с мамой свою сексуальную жизнь. От одной этой мысли мне хотелось блевать.

Мама вздохнула. — Ты уже взрослая и должна принимать собственные решения, даже если я хочу защитить тебя. Мы все должны учиться на своих ошибках.

— А ты? — спросила я, а потом прикусила губу от чувства вины.

Маме все еще было горько от прошлого, и эта горечь мешала ей наслаждаться настоящим. Она посмотрела на Имоджен, избегая моего взгляда.

— Я не хотела, чтобы вы с Имоджен каждый год встречали нового отца-фигуру. Вот почему я никогда не встречалась. Я хотела дать вам постоянство.

— Но мы с Имоджен уже достаточно взрослые, чтобы справляться с мужчиной рядом с вами.

Мама пожала плечами. — Наверное, я слишком уязвлена.

— Это то, что я думала о себе.

Мама фыркнула. — Ты просто крошка.

— И ты не старый ястреб, так что перестань вести себя так.

Мама погладила Имоджен по руке.

— Сейчас не время.

Мама пробыла в Нью-Йорке десять дней, но состояние Имоджен ничуть не изменилось, и врачи не давали нам надежды, что в обозримом будущем оно изменится. Маме нужно было оплачивать счета, и она хотела вернуться к работе, поэтому не могла оставаться дольше. Не говоря уже о том, что она хотела как можно меньше находиться рядом с Лорканом, а учитывая, что Финн — самый большой фанат Лоркана, это оказалось очень сложно.

Накануне маминого обратного рейса я навестила ее с Гулливером, чтобы поговорить с ней о Лоркане и моих планах, чтобы Финн остался с нами на неопределенный срок. Из-за отсутствия денег она решила остаться с братом, несмотря на их проблемы. В ее понимании Гулливер казался меньшим злом по сравнению с Лорканом.

Мама долго молчала, когда я рассказала ей о наших планах,