Карен Брэйди - Такой прекрасный, жестокий мир

– Простите. Стивен знал о беременности Фелисити?

– Нет. Он бы мне сказал. Он постоянно о ней говорил.

– Мне становится жарко в этом компрессе, – сказала Кейти. Сочувствуя обеим, она решила разрядить атмосферу, но Джеки уже невозможно было остановить.

– Стивен был одержим Фелисити. Я всегда чувствовала себя чем-то вроде утешительного приза. Знаете, он с ума сойдет, когда узнает, что вы – ее дочь.

– Но вы же ему не скажете?

– Конечно, нет. Я вообще не желаю с ним больше разговаривать.

– Правильно, – поддержала Кейти.

– Как вы думаете, почему она исчезла? – спросила Сара. – Из-за беременности?

– Ну… возможно, – ответила Джеки, поеживаясь. – Только было еще кое-что. Я уверена. Поговаривали… Я думаю, что Фелисити пристрастилась к наркотикам. Мне тяжело об этом говорить.

Новый удар! Ее мать – наркоманка? Сара вспомнила простую, милую Джун и всем сердцем пожалела, что не она ее настоящая мать.

– Это был только слух…

Возвращение одной из косметичек прервало ответ Джеки.

– Теперь, дамы, пройдите, пожалуйста, в душ.

– Вы не могли бы оставить нас на несколько минут? – попросила Сара. – Я не думаю, что мы как следует прогрелись.

Кейти подождала, пока девушка вышла.

– Сара, оставь это. Хотя бы, пока мы здесь.

– Пусть спрашивает, – сказала Джеки.

– Стивен имел к этому отношение?

– Я не знаю. Я никогда не видела, чтобы он принимал наркотики.

– Он их только продает, – с горечью сказала Сара. Знал ли Стюарт о наркотической зависимости Фелисити? Может, именно поэтому он ненавидел Стивена и все, что касается наркотиков?

– Я знаю, он – нехороший человек, но…

– Нехороший? Вы и половины не знаете, – воскликнула Сара и посвятила Джеки в самые отвратительные факты, касающиеся Нэша, Ронни Фиретто и Леонела Пинто.

Джеки совсем сникла.

– Клянусь, я ничего не знала.

Кейти скинула фольгу, которой была накрыта, и встала.

– Сара, хватит. Чего ты этим добьешься? Зачем ты мучаешь Джеки?

Но Сара уже разошлась.

– И это не все. Стивен еще устраивает договорные матчи. В компании с неким Фрэнком.

Вернулась косметичка.

– Дамы, пожалуйста, пройдите в душ. У нас следующий сеанс.

Кейти поспешно вышла из комнаты.

– Простите, Джеки, – сказала Сара.

Джеки коснулась ее плеча.

– Ничего. Мне казалось, что только я страдала от этого подонка. Но вы сильнее меня. Вы его победите. Фелисити гордилась бы вами.

Великодушие Джеки глубоко тронуло Сару.

– Я не должна была так набрасываться на вас. Не знаю, что на меня нашло.

– Забудьте, – улыбнулась Джеки. – Это Стивен так на вас действует.

В соседней комнате сотрудница салона улыбнулась, не разжимая зубов, и спросила:

– Гидро или душ?

– Гидро, – сказала Кейти и через две минуты горько об этом пожалела. Процедура состояла в следующем: вы стоите голышом в конце облицованного кафелем помещения, и вас обстреливают из водяной пушки.

Женщины завизжали, когда в них ударила мощная струя ледяной воды, но потом с благодарностью приняли ее, как передышку от мучительного разговора.

Когда воду выключили, Кейти вдруг вспомнила подслушанный накануне разговор.

– Ф-фрэнк! – воскликнула она, стуча зубами. – Вчера Стивен разговаривал по телефону с каким-то Фрэнком.

– Ты думаешь, что с тем самым Фрэнком?

– Скажем так: Стивен жаловался, что потерял сто тысяч из-за игрока, который слишком хорошо играл. Правда, имени игрока он не назвал.

– Я просмотрю счет за телефонные разговоры. – Сара завернулась в полотенце. – Шансы пятьдесят на пятьдесят за то, что Стивен звонил сам. Когда это было?

– Около десяти. Ты хочешь позвонить Фрэнку? Как ты узнаешь его голос?

Сара вспомнила ту ночь в баре Нэша, когда Фрэнк дал ей деньги.

– Узнаю.

Дрожа от холода, женщины оделись, и их провели в парикмахерский салон. Сара не позволила модельерам даже дотронуться до своих волос и села в кресло возле столика с журналами. Кейти и Джеки усадили перед ярко освещенными зеркалами.

– Чем вы красились? – брезгливо спросил дамский мастер высочайшего класса, растирая пальцами сухие посеченные волосы Джеки.

– Цвет назывался «Огненный персик», – обиделась Джеки.

– Придется убрать, – категорично объявил мастер.

Джеки посмотрела на Кейти, ожидая поддержки.

– А вы как думаете?

– Я думаю, что рыжие волосы совсем вам не идут, – честно сказала Кейти.

– Но Стивен… – Джеки умолкла и уставилась на свое отражение. – Я чуть не сказала, что Стивену так нравилось. А знаете, почему? Потому что я была больше похожа на Фелисити. Даже после ее исчезновения мне приходилось состязаться с ней. Я любила ее, но мне пришлось расплачиваться за ее исчезновение почти тридцать лет. Это несправедливо. Я не заслужила такого обращения! – Крупные слезы скатились по порозовевшим от процедур щекам, и Джеки повернулась к стилисту. – У вас есть салфетка?

Он вручил ей салфетку и виновато сказал:

– Если хотите, можете оставить этот цвет.

Джеки высморкалась.

– Нет. Я снова хочу стать шатенкой. – Для Джеки это был символический жест. Сменой цвета волос она прощалась с господством Стивена над собой. – Я развожусь с ним.

– Сделаем это двойным разводом, – отозвалась Кейти.

– Ты разводишься с Джозефом? – Сара вскочила. – Ты уверена?

– Конечно, уверена, – сказала Джеки. – Вы же не хотите через десяток лет навещать ее в «Четырех временах года»?

Антонио скормил Саре еще несколько кусочков дыни и слизнул сок с ее подбородка.

– Я спала всего два часа, – зевнула Сара. – Это меня убьет.

– Но какая изумительная смерть, – улыбнулся Антонио, целуя ее живот. Его губы парили над нежной кожей, чувственные ласки языка вызывали дрожь. Упиваясь изумительным предвкушением, Сара вздохнула и провела рукой по его густой черной шевелюре, ее спина изогнулась.

– Не останавливайся. – Антонио знал ее тело как свое собственное, его язык двигался быстрее, глубже, отвечая на неистовство ее желания. Оргазм зарождался где-то в глубине, медленно распространяясь и охватывая все тело. Сара застонала. – Пожалуйста…

Обессиленная, она откинулась на подушки, но Антонио поднял голову и улыбнулся.

– Я еще не закончил.

Он медленно подтянулся, пока они не оказались лицом к лицу, пригвоздил ее руки к кровати и вошел в нее. Сара закрыла глаза, наслаждаясь тяжестью его тела, сжала пальцами сильные плечи. Сначала он двигался медленно, но скоро уже не мог сдерживать страсть. Он вонзался в нее все глубже и глубже, вновь доводя до кульминации. Они содрогнулись одновременно.

Сара потянулась с довольной улыбкой.