Право на любовь (СИ) - Анна Никитина

длинная и долгая. Не всем могут быть приятны какие-то моменты. Прошу извинить, но другого выбора у меня не было.

— Выбор есть всегда, — вступает с ним в перепалку свекр.

— Иногда его нет, и тебе приходится подстроиться, чтобы его найти. Это как в черной комнате с черными стенами, с черными ручками, полом, потолком, дверью найти белую точку и изменить все к чертям. То же самое, — прямо на него говорит Ярослав. Не дергаясь. И я понимаю, что не уверен. Что больше не боится. Он знает, что даже если тот его выбор не примут родители, то приму я. Всегда. Встану рядом. Плечо к плечу. Рука к руке. Это будет неизменным. — Дело было так… Пять лет назад, в июле, мы встретились с Риной на трассе. Она выбежала на дорогу прямо под колеса. Понравилась сразу. Мне нужны были люди для Марата, и я подослал к нему Рину. Я влюбился неё…

…Когда бабушка Рины заболела, Каримов сделал ей предложение: или её бабушка, или я. Она выбрала бабушку. Я видел его, мне присылали информацию. Вот тут все чеки. Оплата за лечение. Врач тот же, что и тебя восстанавливал… — протягивает отцу из папки листы и продолжает…

…После итогов тендера и маминой вечеринки, устроенной в эту честь, Каримов там тоже был в нашем доме. И слышал наш с тобой разговор и знал про мой отъезд к Рине. Она тогда написала, что беременна. Протягивает скриншот отцу… и находит в ноутбуке запись с камер наблюдения… Тогда я сделал Рине предложение. Мы ехали к нам домой в этот вечер, чтобы сказать об этом. Только в это время из ниоткуда резко вылетела машина, которой там вообще не должно было быть, — уверенно рассказывает Ярослав, предоставляя факты… — Нас забрали в одну больницу. Только чтобы вы не узнали о беременности Рины, он дал денег нужным людям, и её записали как пассажирку той машины. Поэтому вы не смогли выйти на Рину… Когда я очнулся, а мама ушла домой, оставив со мной Свята, Каримов пришел меня навестить. И тогда поставил перед фактом: либо исчезаю я, либо жизнь Рины и ребенка. И об этом я никому не мог сказать. Иначе жизнь Рины и Яси оборвется. Я не имел права входить больше в семью. Я умер для всех. И я принял это решение. Без них я бы все равно не жил, — смотря на меня, говорит. Показывает видеозаписи, все подстроенные документы… И рассказывает дальше со всеми вытекающими подробностями.

— …Дальше я улетел в Италию, написав доверенность на Свята. Стал другим человеком. Взаимодействовал с прокуратурой в России и зарубежом… Два года восстанавливался… Искал сведения… Проверял все. Следил за Каримовым, за Риной с Ясей и за вами, — говорит Яр. — Когда Каримов убил свою жену, он думал, что все обставил так, что это несчастный случай. Но он просчитался. Его поймали. Теперь он сидит за всё содеянное…

… Я же в декабре вернулся к жизни в Россию. Потихоньку начал восстанавливать отношения с Риной в качестве нового начальства и нового человека, постоянно подкидывая ей памятные моменты из прошлого… Ну и недавно мы все выяснили, она узнала, кто я. Яся тоже. Перенес основной бизнес сюда, там оставил филиалы. И перевёз Рину и дочку к себе. Сделал предложение. В апреле мы собирались вам все рассказать… Вот и всё.

— Господи, сколько мой отец принес бед вашей семье, — с грустью говорит Аяна. — Рина с дочкой пять лет одна была. Ты вынужден был лишиться своей жизни. Родители потеряли сына, мой муж потерял брата… Какой кошмар… Простите… — плача, говорит Аяна.

— Милая, ну что ты, никто тебя не винит, — успокаивающе говорит Артём. И прижимает супругу к себе. Успокаивающе гладит по волосам, вытирает слезинки с щек.

— Аяна, тебе не в чем себя обвинять. Ты не виновата в действиях своего отца. То, что он сделал, лишь его вина. А ты очень сильная и смелая. Знаешь, как мне помогла с этим опубликованным материалом? Ты умница, — с улыбкой говорит Ярослав, присаживаясь рядом с её стулом на корточки. — Знаешь, как вы мне с Артёмом помогли. Без вас я бы не смог с ним справиться. — Спасибо, брат, — протягивает для пожатия руку. И Артём её принимает. А я выдыхаю и смотрю в потолок, готова расплакаться. Груз с плеч упал.

— Я счастлив, что вы вместе. Что мой брат так круто управляет компанией. Что у вас такая крепкая семья. Что вы мне подарили столько племянников и племянницу.

— Смотри, в ответку за такой долгий срок не меньше жду, — поддевает его Артём. И мы смеемся. Они пожимают руки и обнимаются, похлопывая друг друга по спине.

Но когда кружку с чаем поднимает Владислав Сергеевич, все мы замолкаем. Сердце готово остановку совершить. Все процессы в организме, мне кажется, останавливаются. Все мы затаиваем дыхание.

— Добро пожаловать домой, сын! — с гордостью и волнением говорит старший Войтковский. И у меня опускается все. Я выдыхаю, улыбаюсь и плачу. Я счастлива. Любимые люди все вместе, счастливы, рады. Теперь он не один. Теперь у него такая крутая большая банда. Семья. Вот она, сила. Вот оно, единство.

Когда Светлана Сергеевна приходит в себя, мы ей рассказываем укороченную версию. Она счастлива, что обрела сына. Что он снова с ней. Вечер проходит в семейной счастливой атмосфере. Свекровь не отходит от Ярослава, заботится. Они постоянно обнимаются. А я наблюдаю и радуюсь этой идиллии. Ч ит ай на К ни го ед. нет

Следующие два дня мы обходим врачей со свекром, сдаем анализы. К четвертому дню мы получаем результаты. Свекру выписывают поддерживающие сердечные препараты. А я сдаю кровь и, попросив о результатах сообщить мне по телефону, уезжаем домой. Вечером гуляем все вместе по набережной. Ужинаем в кафе. Меня наконец-то набирают из клиники.

— Власова Марина? — слышу голос девушки.

— Да, это я.

— Вас беспокоят из клиники. Пришли результаты анализа крови. У вас высокий уровень ХГЧ в крови. Вы беременны. Поздравляю.

— Спасибо. До свидания. — шокировано прощаюсь. Отключаюсь и тупо смотрю в телефон. Нет, я, конечно, предполагала, что забеременею. Мы не предохранялись, но вот так быстро, я не ожидала. Сдавала просто для профилактики. А тут вот что оказывается.

— Кто звонил? — спрашивает Ярослав. — У тебя такой вид потерянный.

— Из клиники, где я кровь сдавала.

— И что сказали? Что-то случилось? — уже взволнованно спрашивает Ярослав, обнимая.

— Случилось. — смотрю на него. — Я беременна, — говорю ему, а слышат все наши.

— Аааа! Я стану папой! Второй раз! — счастливо говорит