Джастин Валенти - Одна лишь ты

Неужели правда, что Мередит отпустила его? Невероятно… Возбужденной Дженнифер никак не удавалось овладеть собой. Руки ее дрожали. Наконец, собравшись с силами, она машинально оправила юбку бежевого льняного костюма и направилась к Патрику.

Заметив Дженнифер, он устремился вперед и протянул ей руки. Ощутив тепло его рук, она улыбнулась.

— Дженни! — Крепко обняв Дженнифер, Патрик зарылся лицом в ее волосы и с наслаждением вдохнул их знакомый, волнующий аромат. — Дженни…

Она обвила руками его шею. Они стояли молча, тесно прижавшись друг к другу. Наконец, чуть отстранившись, Дженнифер шутливо проговорила:

— Сэр, я хотела бы пригласить вас пообедать в ресторане.

— Спасибо за приглашение! Вот только аппетита у меня нет.

— Жаль.

— Сейчас я хочу одного… — Он помолчал, пристально глядя в глаза Дженнифер. — Побыть рядом с вами, леди.

Рассмеявшись, они пошли в гриль-бар, заказали коктейли и сели за столик. Их глаза были прикованы друг к другу.

— Ты сказал, что Мередит… — нерешительно начала Дженнифер. — Это правда?

Патрик радостно кивнул.

— Разве я когда-нибудь обманывал тебя?

Патрик неоднократно заговаривал с Мередит о том, что ему необходимо быть в Лондоне, но это раздражало ее, и он сразу сникал. Патрик понимал, что лучшее в данной ситуации — набраться терпения и молчать, хотя это удавалось ему с трудом. Постоянно утверждая, что в последнее время к ней снова вернулся страх перед сценой, Мередит рисовала мужу страшные картины: она теряет голос, забывает слова, спектакль проваливается, ее лишают роли…

— Мередит, ты устала, и тебе надо отдохнуть, — говорил Патрик. — Возьми на неделю отпуск, и твой страх мгновенно пройдет.

— Нет, дорогой, я не устала. Просто мне нужно ежедневно видеть тебя в театре. Когда ты рядом, мне ничего не страшно!

— Но я должен быть в Лондоне! На репетициях возникают проблемы, которые нельзя разрешить без композитора.

— Вы с Дженни прекрасно решаете их по телефону!

Сочинив музыку для телевизионного сериала, Патрик уже две недели каждый вечер приходил в гримерную Мередит один: Лисса уехала погостить к его родителям в Мичиган. Настроение у Патрика было плохое. Работа с Дженнифер над новой версией мюзикла шла по телефону не слишком успешно. По требованию Мередит он безропотно являлся в театр, однако ночевал теперь в своей музыкальной студии. Иногда, охваченный жалостью к жене, Патрик давал себе слово завтра же вернуться домой, но не делал этого.

Утром Патрик приходил домой позавтракать с Мередит и обменяться последними новостями. Если в это время звонила Дженнифер, Патрик уходил с телефоном в гостиную или спальню. Однако Мередит тут же следовала за ним, внимательно прислушивалась к разговору и бросала на мужа неодобрительные взгляды.

Однажды, когда он закончил телефонную беседу с Дженнифер, Мередит заявила:

— Если у тебя много работы, не возвращайся домой — оставайся в студии.

Патрик смущенно посмотрел на жену:

— Да, у меня действительно много работы, но если тебе необходимо, чтобы я был в театре, то…

— Не волнуйся, со мной все в порядке! — бодро заверила мужа Мередит.

Патрик нахмурился. Не далее как вчера перед началом спектакля Мередит была на грани истерики, а вечером попросила мужа переночевать дома. Ночью она несколько раз просыпалась, хватала его за руку и умоляла поклясться, что он никогда не оставит ее. Что ж, если Мередит чувствует себя уверенно, то Патрик этому только рад.

— Вечером, — сказал он, — я заеду к тебе в театр.

— Я позвоню тебе, если будет нужно.

— Хорошо.

И Патрик вернулся в студию. Он постоянно был угнетен, тосковал о Дженнифер и с большим трудом сочинял музыку. Несколько раз Патрик встречал на лестнице свою молодую соседку Пенни. Она бросала на него выразительные взгляды, а однажды пригласила поужинать. После недолгих колебаний Патрик согласился — с условием, что примет участие в расходах.

За ужином Пенни была оживленна и болтала без умолку, но, заметив, как печальны ее глаза, Патрик понял, что она очень одинока. После ужина Пенни намекнула, что ей не хочется расставаться с Патриком, и он чуть не уступил искушению провести ночь с молодой соседкой, но вовремя одумался. Зачем подавать ложные надежды? Его интересует только одна женщина — Дженнифер. Ее он любит по-настоящему и мечтает быть рядом с ней.

В день приезда Лиссы он вернулся домой. Очень соскучившись по дочери, Патрик был счастлив видеть ее. Ему показалось, что за десять дней Лисса выросла и повзрослела.

Мередит взяла три свободных дня, они втроем уехали в Коннектикут, поселились там в маленьком домике, много гуляли, купались, загорали и обедали на природе. Как счастливая семья…

Три дня пролетели незаметно, а по возвращении Патрик и Мередит отправили Лиссу в детский летний лагерь. В доме снова воцарилась унылая, тягостная атмосфера, и Мередит, желая развеять плохое настроение мужа, предложила ему пойти в ресторан. Там она много смеялась, пересказывала Патрику последние сплетни и с удовольствием ловила на себе восхищенные взгляды мужчин. Но когда они вернулись, на Патрика снова навалилась тоска, и дом без Лиссы показался ему пустым и безжизненным.

Мередит сделала им по коктейлю и, призывно взглянув на мужа, направилась в спальню. Выпив коктейль, Патрик последовал за ней, но, к своему удивлению, увидел, что жена не в постели. Одетая, она мрачно сидела перед большим трехстворчатым зеркалом.

— Я думал, ты легла…

— Не все ли тебе равно? — с вызовом бросила Мередит.

— Конечно, нет.

— Перестань притворяться! Я знаю, что ты влюблен в Дженнифер!

Вздрогнув, Патрик присел на постель.

— Я постоянно думаю… — Мередит внимательно посмотрела на свое отражение в зеркале. — Что в ней есть такого, чего лишена я? Каждый день я выхожу на сцену и меня встречают овации зрителей. Мужчины восхищаются мною, дарят цветы, объясняются в любви, часами караулят у входа, надеясь хотя бы взглянуть на меня. Поклонники забрасывают меня любовными письмами, мне делают предложения. А ты… Почему ты влюбился в нее? Ведь ты всегда, с ранней юности, любил меня! Между вами никогда ничего не было, и то, что однажды вы переспали, ты сам считал обычным любовным приключением. Что же произошло?

Молча слушая жену, Патрик избегал ее взгляда.

— Ты давно знаешь об этом?

— А ты думал, я слепа и глуха? — презрительно бросила она. — Эти ваши дурацкие шуточки, перемигивания, перешептывания… Но тогда, в юности, я не придавала этому значения. Думала, у вас такой оригинальный стиль работы. Уверенная в том, что ты любишь меня по-настоящему, я не считала Дженнифер соперницей. Да, мне она никогда не нравилась, но я терпела ее присутствие. Когда же через несколько лет она снова появилась на горизонте, меня охватили дурные предчувствия, но я гнала их от себя. Любя тебя и храня тебе верность, я надеялась, что и ты ответишь мне тем же. Боже, какая я была идиотка! Мне и в голову не приходило, что Дженнифер, самодовольная жена богатого итальянца, разрушит мою семейную жизнь! — Мередит поднялась и начала нервно расхаживать по спальне. — Если бы ты знал, как я не хотела, чтобы ваше сотрудничество возобновилось!