Запретный плод (СИ) - Драч Маша

Остаток и так трудного дня прошел в невероятно болезненном для меня ожидании. Ярый порыв с моей стороны был вызван тем, что я столкнулась лицом к лицу с соперницей. Сара настроена решительно, и если я ничего не сделаю, то упущу свое счастье. Постоянно полагаться на мужчин не стоит, нужно самой что-то делать, и я сделала, теперь последнее слово только за Адрианом.

Он уже давно не маленький мальчик и должен научиться самостоятельно принимать решения и четко понимать, чего он хочет от этой жизни. Адриан иногда способен на импульсивные поступки, но это случается уж очень редко. Ему как обычно все надо тщательно взвесить и обдумать. Пока он будет это делать, я точно свихнусь.

Вечер наступил слишком быстро. Я не могла себе найти места: расхаживаю по комнате и даже боюсь подумать о том, что же будет дальше. А если Адриан выберет Сару? Она ведь вся такая эффектная, красивая и состоявшаяся женщина. От этой мысли мне становится невыносимо больно. Нет, он не может так со мной поступить.

Периодически посматриваю на телефон в надежде, что Адриан вот-вот позвонит, но ничего не происходит. Села, встала, походила, постояла у окна, снова села. Ожидание становилось просто невыносимым. Все что угодно, только не эта тишина, которая сегодня как-то по-особенному тяжело давит на плечи.

Кусок в горло не лез, от чего желудок неприятно скрутило. Меня из-за переживаний буквально воротило от еды. Я даже не смогла съесть булочку с корицей, которую мне с собой завернула Джесси.

Стрелка часов беспрерывно шла вперед, а от Адриана все еще не было никаких вестей. Я не хотела и просто отказывалась верить в то, что он меня предал. Нет, не так должна закончиться наша история, не после всего, что мы вместе пережили.

Внезапно слышу за дверью торопливые шаги, что эхом отдаются у меня в голове. Сердце застучало быстро-быстро и меня даже кинуло в жар. Я сразу же почувствовала, что идет Адриан. Не знаю, как это у меня получается, но я никогда не спутаю его шаги с другими.

Открывается дверь, и я вижу на пороге Адриана. Он тяжело дышит, будто после длительной пробежки, воротник рубашки расстегнут, а волосы растрепаны. Никогда прежде таким я его не видела.

— Вот, — он резко вынимает из папки лист бумаги и кладет его на стол.

— Что это? — осторожно спрашиваю я, несмело подходя к столу.

— Читай и все сама поймешь.

— Твое заявление об увольнении? — ошарашенно переспрашиваю я, увидев заголовок. — Но что это значит?

— Я отказываюсь от работы в университете, чтобы нас с тобой никто не мог скомпрометировать, — твердо заявляет Адриан. — Ты хотела от меня выбора и действий, я выбираю и действую. Собирайся, ты переезжаешь жить ко мне. Сегодня я переговорил с адвокатом, бракоразводный процесс уже начат, — он показывает мне свои руки, и я замечаю отсутствие обручального кольца на безымянном пальце.

Глава 22

Я никак не могла заснуть. За окном уже серебрился рассвет, и стоило бы хоть немного подремать, но у меня не получалось. Столько пережитых эмоций за один день, будто вогнали мне в кровь крупную порцию адреналина, и теперь я еще долго не смогу прийти в себя.

Адриан ворочается в кровати, переворачивается на бок и прячет одну руку под подушку. Я аккуратно убираю с его лба прилипшую прядь волос и практически невесомо целую в кончик носа. Все-таки Адриан выбрал меня. Эта простая истина заставляет меня улыбнуться. Значит, мы все делали правильно и ничего еще не потеряно для нас.

Теперь после того, как Адриан сделал огромный шаг вперед, я ни за что не отступлюсь. Я сделаю все, приложу максимум усилий к тому, чтобы мы, наконец, стали счастливыми. Наверное, все эти муки того и стоили.

В комнате невыносимо жарко. Я тихо встаю с кровати и открываю окно настежь. Слабый порыв прохладного ветра врывается в квартиру и становится значительно легче. Надеваю халата и на цыпочках выхожу из спальни. В коридоре спотыкаюсь о свой же чемодан с вещами, который стоит все еще не распакованный. Стараюсь больше не шуметь и беззвучно пройти на кухню.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Включаю свет и усаживаюсь за обеденный стол. Разные мысли не дают мне покоя, и все думаю и думаю. Как мне быть с родителями? Пожалуй, это будет самая сложная часть в налаживании наших с Адрианом отношений. Мой отец не привык менять свои решения или отказываться от своих слов. Если он сказал, что больше не хочет видеть Адриана, то так оно и будет. Возможно, стоит сначала поговорить с мамой? Она должна меня понять и помочь переубедить папу.

Я устало тру свое лицо. Почему всегда все так сложно? Почему люди не могут просто встретиться, полюбить друг друга и навеки остаться вместе? Сколько еще мы должны пройти с Адрианом, чтобы наконец-то между нами все наладилось?

— Почему не спишь? — в дверях появляется Адриан. Он стоит в одних пижамных штанах серого цвета и зевает.

Я смотрю на него и чувствую, что все гнетущие мысли резко отошли для меня на второй план. Как бы трудно, а временами совершенно невыносимо было, я уверена, что рядом с Адрианом любая проблема автоматически становится решаемой. Может, мне просто хотелось в это верить, не знаю, но это чувство полного умиротворения, что дарил мне Адриан лишь своим присутствием, я бы ни на что не променяла.

— Просто не хочу, — отвечаю я.

— Ты чем-то взволнована? — Адриан садится рядом со мной.

— Неужели от тебя совсем ничего нельзя скрыть? — улыбаюсь и ерошу рукой его волосы.

— Ну, мы вроде как не первый год знакомы, — он тоже улыбается, целует мою руку, а затем становится серьезным. — А если по правде?

— Есть немного волнения. Думаю о том, что с нами было и, что еще будет. Знаешь, теперь всякий раз, когда у нас с тобой все хорошо, я постоянно ожидаю какого-то подвоха. Ведь, кажется, что просто не может все быть настолько идеально.

— Не мучай себя этими напрасными переживаниями. Я тоже очень часто думаю о нас и про те ошибки, которые я допустил. Я ведь прекрасно понимаю, что не самый хороший мужчина, иногда мне не хватает решительности и категоричности. Мне все еще не понятно, за какие такие заслуги ты меня любишь и продолжаешь любить.

— Прекрати, разве нужно любить человека исключительно за заслуги? — хмурюсь. — Что это вообще за глупости такие? Не существует идеальных людей, так что же это, получается, значит и любить не кого?

— Если бы ты только знала, как я сильно скучал по тебе, — Адриан прижимает мою ладонь к своей щеке и на миг закрывает глаза.

Не знаю, почему, но именно этот жест тронул меня до самой глубины души. На глазах внезапно выступили слезы, но при этом мне хотелось не плакать, а улыбаться.

— Тогда почему ты меня бросил? — всхлипнула я, утыкаясь лбом в плечо Адриана.

— У меня были серьезные осложнения с эпилепсией, — он открывает глаза, и я вижу в них невероятную боль, от которой мне самой становится не по себе. — Я не хотел, чтобы ты это видела.

— Но я неоднократно становилась свидетельницей твоих припадков, больше того помогала справиться с ними. Не думаю, что меня еще что-то могло удивить.

— Поверь, то, что происходило пугало даже меня. Человеку, который здоров никогда не понять больного. Никто не хочет обременять своей болезнью близких людей. Это худшее, что можно испытать. Я действительно думал, что в тот раз все окончательно кончено. Я был себе ненавистен за то, что во второй раз так обошелся с тобой. Единственное, что мне помогало, так это мысль, что и тебе, и мне будет проще вдали друг от друга. Если честно, то я все еще не могу поверить в то, что судьба нас вновь свела. Думаю, это знак, что мне пора вспомнить, кто я и чего хочу. В этот раз я не буду таким трусом.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Ты вовсе не трус, — я крепко-крепко обняла Адриана. — Ты всего лишь хотел огородить меня от проблем, — я заглянула ему прямо в глаза. Арктический лед, в котором навеки застыла невыраженная скорбь по самому себе. Такой пронзительный и невероятно глубокий взгляд, в котором я тонула бесчисленное количество раз. — Я часто злилась на тебя, не понимала, пыталась вычеркнуть из своей жизни, но как бы там ни было, а я люблю тебя так же, как и прежде. И когда ты уже, наконец, поймешь, что я ничего не боюсь рядом с тобой? — улыбаюсь и провожу большим пальцем по вертикальной морщинке, что образовалась на лбу Адриана. — Не хмурься, в такие моменты ты превращаешься в профессора Эванса.