Ольга Горовая - Обжигающая спираль

Сергей опять выругался. Жестко и грубо.

— Но должен быть другой вариант! — зло прорычал он. — А твой дядя?

— Его нет в стране, и вернется только в воскресенье, — все так же спокойно ответил Руслан.

И получил в ответ очередную порцию мата.

— Рус, твою ж…! Они же могут убить тебя! — Сергей вскочил на ноги и заметался по кабинету, словно бешенный тигр, который не мог найти выхода из захлопнувшейся клетки.

— Остынь, Серый, им не выгодна смерть на первом же бое, — пожал плечами Руслан, все так же неподвижно сидя на кончике стола.

— Не смеши меня! — Сергей остановился прямо перед ним и едва не стряхнул Руслана, ухватив его сорочку. — Как будто ты сам не знаешь, насколько эти люди любят щекотать нервы своим зрителям! И как хорошо они умеют подмазывать где надо, чтобы никто и не услышал об очередном трупе!

— Успокойся, Сергей! — Руслан поднялся и сжал кулаки друга, разгибая его пальцы на своем вороте. — У нас все равно нет выбора. И ты это знаешь. А я не могу позволить, чтобы это коснулось еще кого-то…, — он замолчал, но Серому не надо было уточнять.

Друг вдруг рухнул на стул и с силой сжал пальцами лицо.

— Прости, — вдруг прохрипел он. — Прости, что из-за всей той истории…

— Серый! — Руслан прервал его. — Умолкни. Тебе не в чем себя упрекать. Мы со Стасом тогда поддерживали тебя. И сейчас не задумываясь сделали бы то же самое, — он остановился перед другом и дождался пока тот посмотрит прямо на него. — Ты тогда сделал все правильно, Сергей, — уверенно и с напором произнес Руслан. — И я сделал бы так же. А в этот раз, — он потер шею, которую сводило судорогой от напряжения. — Тут все мы виноваты, и я возможно, больше вас всех. Нечего было тянуть только потому, что дурость в голову ударила, — тяжело проговорил Руслан, и снова заставил себя собраться. — Решим, — жестко отрезал он. — Нам бы до воскресенья продержаться, — уверенно произнес он. — И лишь бы она не подумала, что я опять соврал, опять предал ее, — добавил Рус гораздо тише.

Но Сергей услышал. И поднявшись, крепко сжал плечо друга.

Как и самому Руслану, Сергею не требовалось пояснений. Они слишком долго знали друг друга, чтобы не понимать, о чем из осторожности другой не договаривал.

— Света! — мама испуганно всплеснула руками, и она даже на минуту встревоженно решила, что в темноте плохо вытерлась.

Только уже у дома родителей Света заметила, что Руслан случайно испачкал ее щеки кровью.

И ей было больно, когда вытирая эти пятнышки, она вспоминала его руки. Боже, как ей хотелось обнять его! Перебинтовать эти кисти, на которых, кажется, живого места не осталось, поцеловать ладони…

И в то же время, ей так хотелось толкнуть, ударить Руслана. За все эти глупые поступки, за ребяческое поведение и за всех тех, кого он теперь предлагал ей простить ему.

— Что? — устало переспросила она и украдкой заглянула в зеркало, на полку которого только что положила свою сумку и кейс.

— Боже! Ты когда ела в последний раз, солнышко?! — мама уже метушилась вокруг, сокрушаясь о том, как она исхудала.

Света не заметила ничего подобного. Вообще-то она очень тщательно следила за своим питанием. Во всяком случае, за количеством приемом пищи.

— Мам, ты преувеличиваешь, — с улыбкой вздохнула она успокоившись, и обняла маму. — Меня папа регулярно на обеды водит, вот у него спроси, — Света посмотрела на отца в поисках поддержки.

— И правда, Оксана, что ты переживаешь, она нормально питается, я слежу за этим, просто ты же знаешь эту молодежь, вечно на диетах сидят, — Михаил Николаевич тут же отозвался на призыв дочери, и крепко обняв жену, наклонился через ее плечо, поцеловав Свету в щеку. — Привет, маленькая, справилась с передачей полномочий? — отец внимательно присмотрелся, а Света вдруг отвела глаза.

— Справилась, — со вздохом ответила она и потерла кожу головы под распущенными волосами.

Все-таки, ей стало так гораздо легче. Не привыкла она их собирать. Все еще не привыкла ходить с такой строгой прической. Только вот чем завтра волосы закалывать, спрашивается? Шпильки то у Руса в руках остались.

— Светочка, все нормально? — мама обеспокоенно смотрела на нее, да и отец посматривал как-то подозрительно.

Видно Света выпала на пару минут из разговора.

— Да, все хорошо, — кивнула она, — просто устала.

— Совсем ты ребенка загонял, — тут же упрекнула Оксана Владимировна мужа, но Света заметила, с какой нежность мама обняла отца.

Да и он с любовью крепко обнял жену, скривив лицо в шутливой гримасе.

— Света, скажи матери, что я не виноват, — отец подмигнул дочери. — Она сама за все дела хватается, Оксана, — полковник наклонился и нежно поцеловал жену в губы.

Света промолчала и отвела глаза, почти улыбаясь. Она была так рада, что отношения родителей стали еще лучше. Пусть даже для этого им пришлось увидеть ее боль. Но мать заслуживала безмерной любви и такого обожания за все, что от него вытерпела.

Теперь Света знала это точно. У нее самой выдержки, чтобы терпеть не хватило.

А боль…, боль же когда-нибудь уйдет…?

— Пойдемте ужинать, — наконец предложила немного порозовевшая Оксана Владимировна, когда муж позволил ей перевести дыхание. — А то остынет все.

Светлана только кивнула.

— Сейчас, руки помою, — она пошла в сторону ванной, удивляясь странной и непривычной тишине в квартире. — А где Ромка? Что-то его рок по ушам не режет? — с любопытством поинтересовалась она у родителей, возвращаясь по коридору на кухню.

Сегодня они ужинали здесь, втроем. Машу куда-то повел Павел, и Света радовалась такой редкой возможности погостить в родительском доме, когда никто и ни в чем не упрекал ее. Можно было просто расслабиться и получить хоть то немногое удовольствие от вечера, которое она сейчас могла испытать.

Хотя, учитывая собственное неуравновешенное душевное состояние после разговора с Русланом, сложно было говорить о покое и расслабленности.

— Пошел куда-то с друзьями, Свет, — пожала плечами мать в ответ на ее вопрос. Но от Светланы не ускользнуло, что в ее глазах появилось обеспокоенное выражение, а отец немного нахмурился. — У него сейчас новые знакомые, первый курс, учеба началась, вот он и пытается подружиться в однокурсниками, — с каким-то непонятным напором, словно защищала любимца, начала объяснять Оксана Владимировна.

— Оксана, — это заметил и отец, — никто ни в чем Рому не обвиняет, солнышко, — он нежно улыбнулся жене.

Мать смутилась.

— Простите, — она вздохнула, наблюдая, как усаживается муж и дочь. — Просто я за него все-таки нервничаю. Столько всего на мальчика сразу, и задания, и смена жизни, — честно призналась она.