Дженнифер Крузи - Солги мне

— Да. Это правда, — сказал он. — Твоего папу застрелили намеренно, и это сделал человек, который был очень зол на него.

— Кто? — спросила Эм, едва сдерживая слезы.

— Мы не знаем.

Эм вздернула голову, и ее душу затопил гнев, какого она не ощущала ни разу в жизни.

— Мы не знаем, Эм, — повторил он, возвысив голос. Эм глубоко вздохнула, и он добавил: — Это чистая правда. Генри ищет его, но мы действительно не знаем, кто застрелил твоего отца.

— Этот человек собирается застрелить и мою маму тоже? — Теперь, когда речь зашла о том, чего Эм боялась больше всего, ее голос заметно дрогнул.

— Нет, — твердо ответил Кей Эл. — Если бы я считал, что твоей маме грозит опасность, я бы не отходил от нее ни на шаг. Кто бы ни застрелил твоего папу, он был сердит на него, но не на всю вашу семью.

— К нам в дом забрался вор, — напомнила Эм, и Кей Эл сказал:

— Да, но он взял то, что ему было нужно, и больше не возвращался. Он не причинит твоей маме вреда.

В его последних словах прозвучала неуверенность, и Эм взглянула на него с неприязнью.

— Хватит врать, — сказала она.

— Если ты не прекратишь обвинять меня во лжи, наш разговор превратится в бессмыслицу. Я же сказал: мои слова — чистая правда.

— Ваши последние слова насчет моей мамы — неправда. Вы говорили так, будто сомневаетесь.

— Никто не собирается стрелять в твою маму, — ответил Кей Эл. — Если бы я думал, что ее хотят убить, я бы не спускал с нее глаз. Честное слово.

— Не надо говорить со мной как с ребенком, — сказала Эм.

— Но ведь ты и есть ребенок, — заметил Кей Эл. — Перестань играть во взрослую жизнь и позволь нам позаботиться о тебе.

— Я хочу только одного: узнать правду, — сказала Эм. — Я ненавижу все эти слухи, которые ходят по школе, ненавижу, когда у мамы такое лицо.

Кей Эл вновь тронул машину с места:

— Послушай, что я тебе скажу. Сначала я собирался показать тебе поворот на Порч-роуд и сразу отвезти домой, но теперь мне кажется, что будет лучше, если мы отправимся на ферму, а твоя мама сама приедет и заберет тебя оттуда. Может быть, она захочет остаться на ужин, и вы сможете немножко отдохнуть. Как тебе эта мысль?

Эм кивнула:

— Отлично. И все-таки я так и не знаю, что происходит.

— Я тоже, крошка, — сказал Кей Эл. — Я тоже.

Мэдди стиснула веки и набрала полную грудь воздуха.

— Алло? — произнесла она, подняв трубку.

— Все в порядке, — донесся до нее голос Кей Эла, звучный и уверенный. — Можешь сажать псов на цепь, леди. Твоя дочь у меня, и чувствует себя превосходно.

— Что ты сказал? — У Мэдди подкосились ноги, и она буквально рухнула на табурет, стоявший рядом с телефоном. — Эм у тебя? Что с ней? Как она?

Ее рука затряслась так сильно, что она едва не уронила аппарат. Генри перехватил у нее трубку, и Мэдди услышала, как он говорит:

— Кто это? Кей Эл? Что происходит, черт возьми? — Мэдди опустила голову на колени, а Генри тем временем выслушал ответ и сказал: — Ну-ка повтори все это для Мэдди. — Мэдди подняла голову, и Генри передал ей трубку. — Эм в порядке. Я пока отъеду — мне нужно побывать еще кое-где, а ты оставайся дома, побеседуй с ним и успокойся.

Мэдди взяла трубку, сдерживая слезы облегчения.

— Это ты, Кей Эл? — спросила она.

— Все хорошо, милая. Эм жива и здорова. — В голосе Кей Эла звучала такая любовь, такие забота и внимание, что Мэдди окончательно обессилела и привалилась спиной к стене, отодвинув трубку от губ, чтобы не был слышен ее плач.

— Эм отправилась на ферму на велосипеде, — продолжал Кей Эл. — Кстати сказать, она лишь чуть-чуть не доехала до места. Она переутомилась, но чувствует себя неплохо.

— У нее все в порядке? — Мэдди раскачивалась из стороны в сторону, сдерживая рыдания. — Где ты ее нашел? Кто ее похитил?

— Ее никто не похищал, — ответил Кей Эл. — Сначала я тоже подумал об этом, но потом выяснилось, что она уехала по своей воле. Сейчас Анна угощает ее лимонадом. Эм цела и невредима.

Мэдди всхлипнула, заставляя себя дышать медленнее, чтобы не закружилась голова. Эм цела и невредима. Ее не похитили. У нее все хорошо. Мэдди вытерла слезы тыльной стороной ладони. Какой-то подонок услышал о пропаже девочки и решил поразвлечься, позвонив ее матери. А девочка тем временем уехала на велосипедную прогулку.

— Мне очень не хотелось бы вновь испытать такой страх, — призналась Мэдди. — Передай Эм, что она больше не увидит своего велосипеда. Но как она могла? После всего, что у нас случилось…

— Потому-то она и сбежала из дома, — сказал Кей Эл. — Ты должна поговорить с ней, Мэд. Девочка испугана, сбита с толку, она хочет знать, что происходит.

И тут Мэдди обратила свой гнев на него. Сначала какой-то мерзавец до смерти пугает ее дочь, а потом является Кей Эл, изображая из себя психоаналитика.

— Благодарю за совет, — сказала она. — Я сейчас же приеду и заберу Эм.

— Почему бы тебе не пожить у нас некоторое время? Мне кажется, Эм не повредит смена обстановки.

— Но я не собираюсь…

— Анна будет очень рада. Я уже спрашивал у нее. Завтра они с Эм будут готовить печенье.

Мэдди стиснула зубы:

— Кей Эл, я совсем не хочу…

— Сделай мне одолжение, — сказал он, но в его голосе звучало: «Делай, что тебе велят». — Собери вещи и приезжай. Здесь ты будешь в безопасности и сможешь отдохнуть. Думаю, вам обеим стоит некоторое время побыть вдали от Фрог-Пойнта.

— Кей Эл…

— Я знаю, сейчас ты не в себе, — сказал он. — Ты испугана, ты не в своей тарелке, ты прошла через ад, и все это еще не кончилось. — Он понизил голос, и Мэдди поняла, что на том конце их разговор слушает кто-то третий. — Приезжай сюда и позволь мне позаботиться о тебе. Если ты будешь по-прежнему вариться в собственном соку, это не принесет тебе ничего, кроме головной боли.

«Зато ты получишь самый главный приз», — подумала Мэдди. Но она так устала делать все своими руками, а поездка на ферму еще не будет означать, что она подняла лапки кверху. Просто у нее появилась возможность передохнуть.

Мэдди сомкнула веки, сдерживая подступившие слезы, — так заманчиво это звучало: Кей Эл, Анна, ферма на берегу реки, и никаких похитителей детей. Генри и его племянник не подпустят к ребенку чужака. Впрочем, Мэдди и не думала считать Кей Эла героем только потому, что он нашел девочку и отвез ее в безопасное место. Она продолжала распалять себя злостью, поскольку именно злость была той единственной силой, которая не давала ей бегом отправиться на ферму и броситься на шею Кей Элу, прося защитить ее от преследователей. Нет уж. Она сама побеспокоится о себе. Она обязана спасти себя. И Эм.

— Анна готовит жареных цыплят с соусом, — продолжал искушать ее он, — и у твоей дочери уже текут слюнки. А еще подадут картофельное пюре. Единственное, что ты любишь больше картофельного пюре, — это Эм. Ну и меня, надеюсь.