Почему нет? (СИ) - Хилл Алекс

Да, жизнь нас разбросала. Работы, заботы, разные города. Но мы все равно остаемся близкими и почти родными. И мне безумно приятно видеть их всех за одним столом в мой день рождения. Счастливых, шумных, дурашливых, будто нам все еще по семнадцать.

– Дорогой сын, – вдруг торжественно громко произносит дядя Ваня, поднимаясь из-за стола. – Позволь мне сказать тебе пару слов…

Конечно же, помимо моей первой семьи, сегодня со мной и другая. Та, что приняла меня. Та, что стала не менее важной. Та, часть которой создал я вместе с Ясминой. Шутка про фамилию вышла из-под контроля, после росписи я действительно стал Белым, и с того дня тесть ни разу не назвал меня по имени.

– Сидя сегодня здесь и видя счастливую улыбку на лице твоей жены, я не могу не сказать, что горжусь тобой. Мужчина с большой буквы. Мужчина, на которого можно положиться. И что бы там судьба тебе ни приготовила, ты должен знать и помнить, что рядом есть те, кто поддержит, на чью помощь ты можешь рассчитывать. С днем рождения, сынок!

Встаю, тронутый его речью до глубины души. Эрика тепло улыбается мне, протягивая руку с бокалом, но ее опережает Ульяна Павловна, еще при встрече шепнувшая мне на ухо свое поздравление, в котором не забыла упомянуть про правнуков. Веселый перезвон стекла разносится по двору, и я возвращаюсь на свое место. Наверное, это лучший день рождения, который у меня был. Самый спокойный и самый душевный. Впереди еще множество планов и дел. Закончить ремонт, поменять машину, чуть глубже вникнуть в тонкости бизнеса, заработать побольше денег. Только тревоги почти нет, она на том уровне, когда больше помогает не терять концентрацию, а не стирает ее совсем, разрывая тебя на части. Я на своем месте. Я дома. Я в окружении семьи.

Поворачиваюсь к Ясе, сидящей рядом, и вижу, как она мочит губы в стакане и ставит его на стол, так и не сделав ни одно глотка.

– Не то вино взял? – тихо спрашиваю, наклонившись к ней.

– То, – отвечает она, легонько поморщившись. – Только что-то вкус… странный.

– Давай я открою другую бутылку.

– Не нужно. Налей мне просто лимонада.

Вечереет, гости потихоньку начинают разъезжаться. Сначала провожаем Ульяну Павловну, затем родителей и Карину с Владом, а после Марину со спящим у нее на руках Мироном и Лешу, которому завтра утром, единственному из условного молодняка, нужно быть на посту, ведь МФЦ слишком важная организация, чтобы не работать по субботам. Оставшаяся банда помогает нам с Ясей прибрать со стола. Девчонки предлагают остаться в доме, жалуясь на комаров, но мы с парнями точно знаем, что они просто хотят нас пообсуждать, поэтому, поцеловав каждый свою, возвращаемся в беседку.

– Ну че, Ясин хер, – ухмыляется Толя, обращаясь ко мне. – Как семейная жизнь?

Парни гогочут, а я закатываю глаза.

– Поверить не могу, что за три года эта шутка вам еще не надоела.

– Не дождешься! – отвечают они хором.

Минуты бегут, потянув за собой рассуждения и обсуждения всего, что происходит в жизни каждого. Трудно поверить, что наши разговоры о компьютерных играх сменились на кредиты и домашнюю технику, но нельзя же вечно оставаться детьми.

– Руки вверх! – раздается со спины веселый голос Риши.

Стас слушается беспрекословно, остальные парни с задержкой, но тоже показывают ей раскрытые ладони, а я просто оборачиваюсь.

– Убит, – усмехается она, подступая ближе. – Там жена твоя непрозрачно намекнула, что нам всем пора по домам.

– В смысле? – недоуменно переспрашиваю я.

– Она заснула на диване, пока мы болтали. Да и я, если честно, хорошо ее понимаю. Тоже бы уже прилегла.

– Эх, старость.

– И не говори, – качает она головой.

Провожаю друзей за калитку. Прощаюсь с парнями крепкими рукопожатиями, а с девушками – объятиями. Риша стоит в очереди последней и задерживается рядом со мной чуть дольше, чем остальные.

– Я очень рада за тебя, Яр, – тихо произносит она.

– А я за тебя, – отвечаю с той же сердечностью, которой пропитаны ее слова.

– Нет, ты не понял.

– В смысле?

– Вы что, еще сами не знаете? – Риша отступает, театрально прикрыв губы пальцами, и шагает к Стасу, что ловит ее, нежно коснувшись живота.

– Завтра поговорим, – подмигивает мне он. – Обменяемся новостями.

Ребята рассаживаются по приехавшим такси, машу им на автомате и возвращаюсь во двор, заперев калитку. От усталости и пива немного гудит голова, но я все-таки иду к беседке, чтобы забрать с улицы остатки посуды, а затем направляюсь в дом.

Яся, свернувшись калачиком, спит на диване. Что они тут обсуждали? Чего мы не знаем? Что заметила Риша? Замираю ненадолго, рассматривая жену. Перемены настроения, плохой сон, смена вкусовых предпочтений, усталость. Когда у Ясмины были критические дни в последний раз?

Оставив стаканы у раковины, подхожу к дивану и присаживаюсь на корточки.

– Ясь, – зову тихонько, кончиками пальцев поглаживая ее щеку. – Это я. Я сейчас отнесу тебя в спальню, хорошо?

– М-м? Что? – бурчит она, открывая глаза. – Что такое? Я заснула? Где все?

– Тихо, – улыбаюсь, поправляя темные волосы, упавшие ей на лоб. – Все уже разъехались. Я их проводил.

– А торт?! Ты раздал торт?!

– Раздал-раздал, – вру я, чтобы не нервировать ее. Лучше уж завтра за это получу.

– Ладно. Пойду в душ тогда.

– Может, не стоит? Просто раздевайся и ложись спать.

– Нет, мне нужно… – бубнит она. – Хочу помыться.

– Ладно. Я тогда за тобой.

Она медленно встает и, немного покачиваясь, уходит в ванную комнату, а я, чтобы занять руки, принимаюсь загружать посудомоечную машину и раскладывать остатки еды по контейнерам. Только успокоиться это не помогает. Что, если Ясмина беременна? Что, если это правда? Сегодняшний секс, конечно, не считается, нет таких быстрых сперматозоидов, а вот наша первая брачная ночь, да и те два раза в отпуске… Тяжело выдыхаю и с силой сжимаю тряпку, которой вытираю насухо стол. Оглядываюсь на дверь ванной комнаты, сердце буквально сходит с ума. Волнение, радость, – все там, колотит меня изнутри. Мы обсуждали эту тему не один раз, и я знаю, что для нас обоих это одинаково важно. Знаю, что мы готовы, но… больше всего на свете я не хочу, чтобы Ясмина расстраивалась, если все вдруг будет не так легко, как хотелось бы.

Еще через несколько минут оглядываю сверкающую чистотой кухню и бросаю взгляд на часы на левом запястье. Что-то Яся долго. Неужели там уснула? Такое может быть? Шагаю к ванной комнате и прислушиваюсь к происходящему за дверью, прежде чем постучать.

– Ясь! Ясь, ты там как? Все нормально?

– Нет, – раздается тихий голос.

Распахиваю дверь, которая, на мое счастье, оказывается открыта, и замираю на пороге, опешив. Ясмина сидит на полу, а рядом с ней валяются вскрытые упаковки тестов на беременность, коробку которых она притащила с девичника как шуточный приз.

– Я даже не… я не думала… но мы пока с девчонками сидели, обсуждали всякое… ну и я… у меня задержка… небольшая, но… я решила проверить…

– И-и-и? Что волшебные палочки говорят? – спрашиваю, медленно опускаясь перед ней на колени.

Темные глаза блестят от слез, приоткрытые губы дрожат, а после растягиваются в слабой, чуточку испуганной, но определенно счастливой улыбке.

– Я беременна, Яр… – произносит она.

– Вот это, я понимаю, подарок, – отзываюсь едва слышно.

Ясмина порывисто усмехается. Прижимаю ее к груди, и она тоже меня обнимает, все еще сжимая в руке один из тестов. Положительный.

Примечания

1

POV – аббревиатура (от англ. point of view – «точка зрения»); под ПОВ-персонажем, или просто ПОВом, подразумевается главный герой произведения или его части, глазами которого читатель «смотрит» на происходящие события. – Прим. ред.

Вернуться

2

Малыш (арм).

Вернуться

3

Татуировочная машинка (сленг).