Наталья Воронцова - Маринкина любовь

— Ну как? — спросила Маринка.

— Все хорошо, или мне так показалось. На самом деле — твой Петр Анатольевич классный мужик. По-моему, я ему тоже понравилась… Только вот руководительница отдела кадров… Она на меня так смотрела, как будто дырки сверлила!

— Забудь! Поезжай писать свои рефераты, а я тебе вечером все расскажу! — шепнула ей Маринка. — И не гони сильно!

— Ладно! Спасибо тебе! Наверно, мне тебя тоже Бог послал.

— Нам всем в свое время кого-то посылают… Беги! Таша исчезла. Через несколько минут из кабинета вышел улыбающийся директор.

— Марина Васильевна, где вы такую девушку нашли? Это же клад просто! А как хороша!

— Это мой маленький секрет, товарищ директор!

— Только глаза уж очень грустные! А почему, кстати, она на шестьсот долларов согласилась? Она же вся такая навороченная, костюм от Версаче, языки знает…

— Жизнь у всех по-разному складывается, Петр Анатольевич. Значит, ей это зачем-то надо…

— А по-моему, так это настоящая стерва! — сквозь зубы процедила руководительница отдела кадров Зернова, злобно поглядывая на директора.

За десять дней настырная Таша сумела подтянуть все свои университетские хвосты и даже была допущена до госэкзаменов. Она ликовала. То, что казалось ей прежде совершенно бессмысленным, вдруг стало необыкновенно важным. За три дня она, согласовав с преподавателем, написала реферат будущей дипломной работы. А еще через две недели исхудавшая от бессонных ночей, но очень довольная собой Таша уже вышла на службу. Она умела мобилизовываться, когда это было нужно.

Глава 11

ИСКАЖЕННОЕ ПРОСТРАНСТВО

Заботы о новой знакомой на некоторое время отвлекли Маринку от размышлений о собственных проблемах. Это была своевременная передышка, но убежать от мыслей о будущем было нельзя. Однажды вечером приехал Весельцов. Маринка и представить себе не могла, что такое возможно, но, видимо, она все еще плохо разбиралась в причудливости мужской психологии, поэтому застыла перед открытой дверью, не зная, что сказать. Как будто снова перед ней появился Димка — только погасший, измученный.

— Марина, пусти меня, пожалуйста, — жалобно пробормотал Весельцов, — мне надо с тобой поговорить!

— Поговорить? О чем? — изумилась Маринка и внутренне вздрогнула, когда он поднял на нее усталые, отчаянные глаза. — Ладно, проходи.

— Спасибо.

Как-то грустно сутулясь, Слава пробрел на кухню и сел у стола, подперев лоб руками.

— О чем говорить будем?

— Марина, ну не смотри ты на меня так! Внутри обрывается.

— А как смотреть прикажешь? Я что, должна быть счастливой, оттого что ты вдруг от всех комплексов избавился и по-быстрому женился? Что решил вдруг меня навестить?

— Не надо, пожалуйста…

— А что надо? Гладить тебя по голове, утешать? Пусть жена утешает! Я тебе кто? Никто.

— Это не так… Я не мог тебе тогда сказать… Боялся обидеть, не знал, как ты все это переживешь. Жалел тебя…

— Зря жалел! Как видишь, я все пережила. Зачем ты приехал?

— Хотел тебя увидеть! Это у тебя не суп? — Весельцов жадно посмотрел на стоящую на плите кастрюлю.

— Тебя что, дома не кормят? — рассмеялась Маринка.

— Так меня никто не кормил, как ты, — мрачно пробормотал Весельцов.

— Ладно, осчастливлю, в память о прошлом… Маринка налила гостю большую тарелку супа, который он с удовольствием проглотил и попросил добавки. Голубева смотрела на Весельцова: он выглядел помятым, неухоженным и несчастным. После еды Славу неожиданно разморило.

— А можно я посплю тут немного? — смущенно спросил он и покраснел. — Спать очень хочется…

— А вот это уже предел наглости! Ввалиться на ночь глядя в чужую квартиру и попроситься спать! Поезжай-ка ты домой к жене, голубок!

— Ну пожалуйста. Я только чуть-чуть…

Бормотал, а сам, покачиваясь, уже шел по знакомому коридорчику в гостиную, где с ходу прилег на неразобранный диван, свернулся калачиком и тут же уснул. Маринка только головой покачала: чего только не бывает в жизни!

Она ушла в комнату к Илье. Сын как раз закончил делать уроки и читал, лежа в кровати.

— Он что, вернулся? — спросил мальчик, не поднимая глаз от книги. — Я так и знал.

— Нет, он просто поговорить приехал.

— Ушел, что ли? — обрадовался сын.

— Нет, спит в соседней комнате.

— Ну ты даешь, мама! Я бы на твоем месте позвонил Борису.

— Борис далеко, у него своя жизнь. Надо самим разбираться со своими проблемами.

Маринка прилегла на подушку рядом с Ильей и обняла его. От пережитого стресса она мгновенно задремала и не слышала, как Илья тихо погасил свет и заботливо укрыл ее одеялом.

Вскочила она от тревожного звука будильника.

— Боже, уже утро?

Илья сонно заворочался рядом. Она вдруг вспомнила, что не разбудила Весельцова и он, наверно, до сих пор спит в соседней комнате. А может, все-таки ушел? Маринка спрыгнула с кровати и на цыпочках пошла в гостиную. Предчувствие не обмануло: Весельцов по-прежнему безмятежно спал, все так же свернувшись калачиком.

— Эй, просыпайся! — тревожно позвала его Маринка. — Ты понял, что произошло?

— Что?

— Ты все проспал! Уже утро!

— Ну и что?

— А как же жена? Она волнуется, наверно!

— А мне плевать на нее.

— Как ты можешь так говорить?

— Иди сюда! — Слава притянул Маринку к себе сильными руками, осыпая поцелуями.

— Ты сумасшедший! Как ты можешь?

— Я по тебе соскучился! У тебя так хорошо… Как домой вернулся!

— Нет, нет! — Маринка вырвалась, отскочила и стала поправлять сбившийся халат. — Быстро собирайся и уходи!

— Привет! — сказал Весельцов за завтраком Илье.

— Привет! — ответил тот хмуро. — Ты что, у нас остаешься?

— Я не знаю… — растерянно захлопал глазами тот, глядя на Маринку.

— Слава завтракает с нами и уезжает.

— Ну-ну. — Илья недоверчиво посмотрел на раскрасневшуюся мать. — Ладно, я в школу пошел.

Недели через две Таша пригласила Маринку посидеть вечерком в ресторане.

— Да ты что! Мне и надеть-то нечего! Я уже лет сто в ресторанах не была…

— За сто лет все сильно изменилось! — рассмеялась Таша. — Ничего, просто поедем после работы — и все. Я тебя заберу.

В рабочее время общаться у них почти не получалось. У нее ходить по гостям особо времени не было. А Маринке все время торчать у Ташиного стола — означало только глаза другим сотрудникам мозолить. Когда выдавалась минутка, Маринка набирала Ташин внутренний номер, и они как заговорщики выходили покурить на лестничную клетку. Часто в течение рабочего дня Таша отъезжала вместе с руководителем, задерживалась с ним допоздна, а потом мчалась домой готовиться к госэкзаменам. Так что с момента ее прихода на работу серьезно поговорить у них возможности практически не было. Но по тому, как Таша выглядела и вела себя, можно было понять, что она изо всех сил старается не поддаваться отчаянию. И у нее это получалось!