Барбара Делински - Сабрина

Она бросила на него хмурый взгляд, но потом снова уткнулась глазами в миску с тестом.

— Оставь тесто в покое! — рявкнул Дерек. Он в два шага пересек кухню, выхватил миску у нее из рук и со стуком поставил на разделочную доску.

— Дерек…

— Я хочу знать, чего ты добиваешься? Может быть, того, чтобы я, видя все это изо дня в день, свихнулся?

— Глупости какие. Нет, конечно.

— Тогда зачем ты изводишь себя непосильной работой?

— Мне нравится, когда я при деле. Я люблю работать…

— Что-то незаметно. У тебя постоянно хмурый и озабоченный вид.

— Это потому, что я с головой ухожу в дело, которым занимаюсь.

— Это потому, что у тебя невроз. То, что происходит с тобой, неестественно и наводит на грустные мысли. О том, к примеру, что ты хочешь вызвать у себя выкидыш.

У Сабрины вытянулось лицо. Впрочем, в следующую секунду оно снова приняло привычное сдержанное выражение.

— Что, интересно знать, натолкнуло тебя на такую чудовищную мысль? — осведомилась она, пряча глаза. — Это же идиотизм!

— Неужели? — спросил Дерек, опускаясь на кухонный табурет и облокачиваясь о мраморную разделочную доску. — А мне вот кажется, что я рассуждаю вполне здраво. С тех пор как доктор сказала тебе, что ты беременна, ты только и делаешь, что работаешь. Более того, каждый новый день ты работаешь чуть больше, чем в предыдущий, но при всем том перескакиваешь с одного дела на другое, ни в чем не находя удовлетворения и успокоения.

— Неправда! Я получаю удовольствие от работы…

— Я знаю, что ты делаешь, Сабрина. Ты бежишь от трудностей… У тебя возникла проблема, и ты, вместо того чтобы с ней разобраться, улепетываешь от нее со всех ног. Ты боишься делать анализы, боишься рожать и по этой причине вкалываешь как сумасшедшая, чтобы обо всем этом не думать. Почему, спрашивается, мы не можем сесть и обсудить все твои страхи как нормальные, разумные люди?

— Может быть, потому, что у тебя на уме совсем другое, — бросила Сабрина.

— Ерунда. Для меня нет ничего важней тебя и нашего ребенка.

— Правда? — воскликнула Сабрина, поднимаясь с места и делая шаг назад, чтобы лучше видеть мужа. — Уж не по этой ли причине ты каждое утро хватаешься за «Таймс», чтобы узнать, как продвигается предвыборная кампания Грира? Меня не оставляет ощущение, что ты просто мечтаешь о том, чтобы его рейтинг постоянно возрастал. Тем больнее ему будет падать потом, когда ты прижмешь его этим пресловутым досье Баллантайна — ты ведь так рассуждаешь, верно? Но, несмотря на то что все это так сильно тебя занимает, ты со мной об этом почти не разговариваешь! Почему, интересно знать?

— Да потому что на самом деле тебе не хочется об этом слушать. Тебе никогда не нравилось то, что я делаю.

— По крайней мере, я с этим смирилась, — тихо сказала она. — Я знаю, что тебе необходимо хоть как-то избавиться от проблемы, которая тебя гнетет. Почему же ты мешаешь мне справиться с моей проблемой — пусть и на свой собственный лад?

— Это не только твоя проблема, но и моя тоже, — возразил Дерек. — Кроме того, мне не нравится способ, который ты избрала, чтобы ее разрешить. Он чем-то напоминает мне русскую рулетку. Не забывай, дитя, которое ты носишь, принадлежит также и мне. И я хочу, чтобы с ним было в порядке.

— Сабрина обхватила себя руками и с минуту молчала, стараясь успокоиться и собраться с мыслями.

— Значит, ты полагаешь, что я задумала дурное?

— Сабрина…

— Да-да. Так именно ты и сказал. Ты меня осуждаешь, знаю.

— Да, не скрою, твое поведение кажется мне странным, ты слишком много работаешь, забывая о том, что это может дурно отразиться и на твоем здоровье, и на здоровье ребенка. Но мне, Сабрина, этот ребенок нужен.

— А я, по-твоему, его не хочу?

— Если это так, то ты весьма странно выражаешь свое желание.

Она взмахнула рукой.

— Значит, на том только основании, что я не валяюсь целый день в кровати, ты готов обвинить меня в нежелании иметь от тебя ребенка? Это невероятно!

— Забудь о ребенке и подумай о себе. Перенапрягаться вредно прежде всего для твоего здоровья…

— Все ясно, — прервала его Сабрина. — Я — плохая мать. И в физическом отношении, и в нравственном. Вот в чем суть всех твоих рассуждений. Хотя ты и утверждал, что проблема с Ники — не моя вина, на самом деле ты не так уж в этом уверен. Подсознательно ты опасаешься, что и с нашим ребенком может произойти то же самое…

Дерек сорвался с места и остановил этот поток слов, крепко обхватив Сабрину за плечи и основательно встряхнув.

— Ошибаешься! Я бы просил тебя поберечься даже в том случае, если бы ты дала жизнь дюжине совершенно здоровых детей. Ты беременна, Сабрина, а беременная женщина и вести себя должна соответственно. Ты же буквально изводишь себя.

— Ничего подобного! И еще: убери руки, поскольку еще одно такое встряхивание, и у меня в самом деле может произойти выкидыш.

Только в это мгновение Дерек осознал, что вел себя грубо. Убрав с ее плеч руки и даже отступив на всякий случай назад, он сказал:

— По-моему, сейчас мы друг друга не понимаем. И это самое ужасное. Ведь я тебя люблю. И для меня важно не только твое физическое состояние, но и эмоциональное.

Слова Дерека разбудили прежние ее страхи.

— Стало быть, ты полагаешь, что в психическом отношении я не стабильна?

— Конечно же, нет, — пробормотал Дерек, окончательно сбитый с толку. — Но давай взглянем на проблему непредвзято. Родив больного ребенка и выхаживая его, ты прошла через ад. Теперь же ты беременна снова. Ничего удивительного, что психика у тебя угнетена…

— Я в состоянии с этим справиться, — холодно сказала Сабрина. — Мне приходилось справляться и с более тяжелыми депрессиями. Или ты полагаешь, что я — слабая женщина, которой это не по силам?

Дерек в замешательстве не сразу нашелся что ответить.

— Это что происходит? — воскликнул он. — Что бы я ни говорил, ты переиначиваешь мои слова. — Он повернулся было, чтобы уйти с кухни, но потом передумал и остался. — Я старался помалкивать, не хотел заводить разговор о ребенке, поскольку боялся тебя огорчить, но сам-то все время о нем думал. Не молчал бы — между нами не возникло бы недопонимания. Похоже, эту проблему нам надо решать вместе. Причем не мудрствовать и не выяснять отношения, а сделать что-нибудь по-настоящему полезное: к примеру, отправиться по магазинам и купить нашему будущему ребенку вещички — распашонки какие-нибудь, ботиночки…

— Какой в этом смысл, если мне, возможно, придется делать аборт? В том случае, если анализы…

— К черту! — крикнул Дерек, в гневе сверкнув глазами. — К черту все эти анализы! Забудь о них. Ты все время думаешь о неблагоприятном исходе, между тем как шансы родить здорового ребенка у нас в миллион раз выше. К чему видеть во всем исключительно мрачную сторону?