Мария Баррет - Обманутая

– Фрейзер, Мира Хэдден была со своим ребенком в Коррин Хиллс за день до его внезапной смерти; у Мак-Гриди – эмфизема. Он там живет, и ему что-то известно. Его колли была там вчера, а сегодня собака задыхается. Мак-Гриди сказал, что проклинает себя за то, что не запретил ей бегать туда.

– Но ведь это только два из многих дел, Ливви! Только два! И как ты это связываешь с территорией «ИМАКО»? Я не могу понять это! – Фрейзер сжал от нетерпения руки.

– Что, если, как мне кажется, «ИМАКО» использует эту землю для свалки? Они закапывают отходы, а токсины поглощаются и растворяются водами? Что-то вроде артезианских вод? Мне мало известна геология, но в Коррин Хиллс очень много ручьев, вытекающих из-под земли, они текут несколько ярдов или милю, а потом снова возвращаются под землю. Весенние воды исчезают в камнях. На одной из фотографий это точно видно.

Фрейзер задумался:

– У тебя есть эти снимки?

– Да, они у меня дома. Мне не хотелось, чтобы Митч знал, чем я занимаюсь.

– Нельзя, чтобы кто-нибудь знал об этом. У меня предчувствие, что это может быть опасным.

Фрейзер пожал плечами.

– Может быть, ты права. – Он подошел к окну и какое-то время молчал, затем посмотрел на нее. – Ты сможешь показать мне ручей, который вы сфотографировали? Мне хочется взглянуть на него самому.

– Да, я…

– Хорошо. Я возьму пальто, и мы сразу отправимся. Поедем на моей машине.

– Мне нужно взять карту и кое-какие вещи из квартиры. Камера у тебя есть?

– Нет, я возьму ее у фотографов. – Фрейзер повернулся к столу и собрал бумаги. Сунув их в карман, он достал ключи. – Возьми. Встретимся у моей машины. Я буду через десять минут. Хорошо?

Ливви кивнула и пошла за ним к двери.

– Ливви! – Он обернулся к ней. – Я хочу тебе еще что-то сказать, прежде чем ты утонешь в этом деле с головой. Ты понимаешь, за что ты взялась? Я не хочу, чтобы ты влезала в это дело.

– Почему, из-за Бет? – спросила она резко.

– Нет, конечно, не из-за Бет. – Он поколебался, но потом сказал: – Из-за тебя. Я не хочу, чтобы тебе угрожала опасность.

Сначала она обрадовалась, что он еще заботится о ней, но потом вдруг разозлилась. Что она может потерять? После того, с чем она столкнулась за прошлые месяцы, – это просто детские игры!

– Благодарю, Фрейзер, но я могу сама позаботиться о себе. Ты помнишь, в чем убеждал меня несколько недель назад?

Он пристально посмотрел на нее, ее холодность причиняла ему боль.

– Все будет так, как ты хочешь. – Он вышел из комнаты, чтобы забрать пальто.

Они ехали к холмам, сохраняя молчание. Дождь стучал по лобовому стеклу, а местность, по которой они проезжали, была мрачной и навевала страх.

Ливви натянула на колени пальто и стала смотреть дорожный атлас, пытаясь определить, куда им ехать. Она указала Фрейзеру на Колдвеллс Крофт и сказала, что здесь надо остановиться, а потом отыскать ручей. Он подъехал к полю, выключил двигатель и взял карту. Ручей был в двух милях от места, где они остановились.

– Хорошо. – Фрейзер вылез из машины, подошел к багажнику, достал свои сапоги, сумку с одеждой и плащ. Потом вернулся к машине, сел на заднее сиденье и стал переодеваться, надел теплые носки, толстый свитер, жилет из шотландки и плащ. – Ты пойдешь так?

Ливви кивнула. На ней были ее охотничьи ботинки, но не было ни шляпы, ни перчаток, ни шарфа.

– Вот. – Фрейзер бросил ей на переднее сиденье шапку и перчатки. – Застегнись до подбородка. Ветер ледяной, недолго простудиться.

Ливви снова кивнула, чувствуя себе дурой. Она застегнулась, надела шапку, перчатки и вылезла из машины. Фрейзер уже вышел и убирал сложенную карту в пластиковый пакет.

– Готова?

– Да.

Больше ничего не сказав, он повернулся и пошел. Она последовала за ним, стараясь не отставать. Они шли, борясь с ветром, молчаливые, обоим хотелось поговорить друг с другом, но каждый из них был слишком упрям, чтобы сделать первый шаг. Через несколько минут они подошли к ручью. Ливви дрожала от холода. Ее пальто совершенно промокло. Когда они подошли к ручью, Фрейзер встал на тот же камень, где за день до этого стояла она, и стал смотреть на воду.

– Ты права. Она желтая. Подойди и посмотри, – сказал он, потом протянул руку и помог Ливви встать рядом с собой. – Вода кажется очень чистой, но русло странного цвета.

Она кивнула.

Спрыгнув с камня, Фрейзер подошел поближе к воде и вынул из кармана бутылку. Потом наклонился и зачерпнул воду из ручья, стараясь не замочить руки. – Ты заметила еще какие-нибудь необычные ручьи? – спросил он.

Ливви покачала головой.

– Мы недолго здесь были, но в миле вокруг этого ручья нет ничего подозрительного. – Она спрыгнула с камня и подошла к нему, напрягая голос, чтобы слова не унес ветер. Ей было холодно, и она пыталась плотнее закутаться в пальто. Фрейзер закрыл бутылку и убрал ее в карман.

– Порядок. Пойдем. Я увидел все, что меня интересовало.

– Он пошел к машине, но Ливви осталась на месте. Через несколько метров он остановился и оглянулся:

– Ливви?

– Что? – закричала она. – Ты считаешь, что все в порядке? Никакой благодарности, никаких разговоров.

Ты взял образец и помчался к машине. – Она разозлилась; он обращался с ней как с пустым местом, как будто это было не ее открытие. Он никогда бы не узнал этого, если бы не она!

– Что ты хочешь, Ливви! Огромную благодарность, груду лести? – Он покачал головой и неожиданно разозлился. Он совершенно не понимал ее, она была невозможна! – Это только начало, – прокричал он, перекрывая вой ветра. – Только маленькая проба воды, вот и все.

Ливви промаршировала к нему.

– Ладно, может быть, это и так, но ты не обнаружил бы этого без меня.

– Господи, ты просто надменная сучка! – неожиданно заорал он. – Весь мир должен постоянно падать к твоим ногам, не так ли? Ты чудовищная эгоистка!

Сильная пощечина оглушила и довела его до безумия.

– Ты…

Но Ливви в ярости уже убегала от него.

– Иди сюда, Ливви! – Он бросился, схватил ее и повернул к себе лицом. – Что ты хотела доказать? – закричал он, когда она стала вырываться из его рук.

– Оставь меня! – пронзительно завопила она, но он так сильно сжал ее, что она не могла двигаться. Она попыталась ударить его ногой, но он увернулся и встряхнул ее. Его глаза гневно горели.

– Ты не…

Но уже через секунду он притянул ее к себе и стал целовать, его рот завладел ее ртом, ее руки болели от его яростной хватки. Прикоснувшись к ней и почувствовав ее тело, он уже не мог остановить себя. Она не отвечала ему, крепко сжав губы, но он не отпускал ее. Поцелуй казался бесконечным. Несколько секунд она боролась с ним и с собой, но скоро сдалась. Ее тело не подчинялось ей, она прижалась к нему, отчаянно желая, чтобы он обнимал и целовал ее. Открыв рот, она жадно встретила его язык и перестала замечать ледяные струйки дождя, текущие по лицу. Пламя, разгорающееся внутри, грозило сжечь ее дотла.