Сьюзан Ховач - Грехи отцов. Том 2

С любовью. Себастьян.

P. S. Впрочем, я знаю, ты будешь со Скоттом».

«Вики, дорогая, Нейл только что звонил мне по трансатлантической линии (Боже, с какой легкостью эти банкиры бросают деньги на ветер!) и сказал, что ты собираешься в Лондон этим летом. Я подумал, что непременно приглашу тебя пообедать — отметим твою помолвку. Немедленно извести меня, когда приедешь, чтобы договориться об этом.

Я живу в Лондоне уже больше года, и мне трудно передать словами, насколько он прекрасен по сравнению с помойкой в устье Гудзона. Рискуя выглядеть ужасным старым занудой, от которого все стараются поскорее отделаться, скажу все-таки, что Нью-Йорк уже не тот, что прежде.

Что же касается Лондона, то я так очарован этим замечательным цивилизованным городом, что даже подумываю о продаже своего дома в Гринвич-Виллидж, но мне невыносимо трудно расстаться с кухней. Чарлз считает меня сумасшедшим, но как все англичане, он слишком вежлив, чтобы сказать об этом прямо.

Я знаю, ты не виделась с Чарлзом той ночью, когда я без приглашения плюхнулся за ваш столик в ресторане «Времена года» и рассерженный Скотт сказал что-то ехидное о гомосексуалистах. А позже ты с ним встречалась? Я прихожу в ужас, когда вспоминаю, что в следующем году мне стукнет шестьдесят. Ну ладно, дорогая, хватит пустой болтовни — приезжай в Лондон, и ты почувствуешь себя заново родившейся в этой атмосфере созидания, которой охвачена вся страна. Жду — не дождусь тебя.

Кевин.

P. S. Это замечательно — снова писать романы, оставив Бродвей Нейлу Симону!

P. P. S. И разумеется, тащи на обед Скотта. Я не злопамятен».

«Дорогая Вики! Это письмо будет для тебя неожиданностью, ведь мы никогда не были близкими подругами, но, пожалуйста, отнесись к нему, как к предложению дружбы. Я пишу, чтобы выразить самые лучшие пожелания по случаю твоей помолвки. Надеюсь, вы со Скоттом будете счастливы. Несмотря на то, что Скотт — мой сводный брат, я знаю его довольно плохо. Во-первых, он намного старше меня; во-вторых, я едва встречалась с ним, когда была ребенком; в-третьих, он из тех, кого вообще трудно понять. Даже теперь, после трех лет, проведенных им в Лондоне, и его частых визитов в Мэллингем, он для меня загадка. Однако я уверена, что он достойный человек, искренне желающий найти спутницу жизни. Ты молодец, что заставила его бросить, наконец, холостяцкую жизнь. И тебе тоже посчастливилось, я всегда считала, что Скотт — в высшей степени привлекательный мужчина.

Твоя Элфрида.

P. S. Эдред и Джордж тоже напишут тебе, но, наберись терпения, они ненадежные корреспонденты».

«Дорогой Себастьян! Спасибо за письмо и приглашение. Позвоню из Лондона.

С любовью. Вики.

P. S. Элфрида Салливен определенно не лесбиянка».

— Мам!

— Я выхожу замуж!

— Опять?! А не старовата ли ты для этого?

— Ну, Пол, конечно, нет! Не будь таким грубым! Ты удивишься, но человек, за которого я решила выйти замуж, — Скотт.

— Какой Скотт?

— Скотт Салливен. А что такое?

— Он мне не нравится, — пробурчал Бенджамин. — Он никогда мне ничего не дарил. Мам, а почему ты не вышла снова за дядю Себастьяна? Он всегда делал мне подарки!

— Мы совершенно не интересны Скотту, — сказал Эрик, приехавший домой из Чоата на уик-энд.

— Мам, я не хочу показаться бестактным, но уверена ли ты, что поступаешь правильно?

— Ну, почему ты всегда выходишь замуж за мужчин, которых ты знаешь много лет? Хоть бы раз для разнообразия вышла замуж за незнакомца.

— Интересный вопрос, Саманта. Отвечу. Нет ничего плохого в том, что я всегда выхожу замуж за мужчин, которых давно знаю. Только эти мужчины способны разглядеть во мне личность, не обращать внимания на то, как я выгляжу, и не гоняться за моим кошельком. Когда ты станешь постарше, поймешь…

— Когда свадьба?

— На следующее Рождество. Но я решила лето провести в Лондоне, так что…

— Ты собираешься жить с ним? — лукаво спросила Саманта.

— Ведь это аморально, не так ли? — сказал Пол. — Если ты собираешься провести лето, занимаясь сексом и посасывая мартини, то почему бы мне не заняться курением опиума?

— Секс и мартини не противозаконны, а курение опиума противозаконно.

— Но это дурацкий закон!

— Таково большинство законов. Спроси кого хочешь. Дело не в этом, а в том, что мы обязаны подчиняться закону, иначе наступит хаос. Если же закон тебе не нравится, то делай что-нибудь, чтобы изменить его, а не хнычь. Послушайте, дети…

— Мам, значит ты одобряешь секс до брака?

— Любой секс, после замужества или до него, требует любви, уважения к себе, бережного и заботливого отношения. Это не какое-то дешевое удовольствие вроде мороженого. Теперь…

— Но, мам…

— ХВАТИТ! Хватит вам всем на меня набрасываться! Теперь послушайте меня! Итак, я собиралась сказать вам, что…

— А что такое секс до брака? — спросил маленький Бенджамин.

— Мамочка, я не понимаю, почему ты должна ехать в Лондон, — сказала Кристина, начиная плакать.

— О, МАМ! — заорал Бенджамин, стараясь, как обычно, рыдать громче Кристины.

— Кристина, дорогая, именно это я и пыталась все время объяснить вам, но вы же не даете мне слова сказать. — Успокойся, Бенджамин! Так-то лучше. Так вот. Мы со Скоттом до свадьбы должны обсудить множество дел. Кроме того, мы должны побыть вместе, чтобы привыкнуть друг к другу, это не так просто, как вы думаете…

— Так ты собираешься с ним жить! — сказала Саманта с интересом. — Это смело с твоей стороны, мама. Представляю, как мечтает об этом Скотт!

— Ты спятила! — сказал ей Пол с отвращением. — Ты сексуальная маньячка. Это неприлично!

— Ты так бесишься, потому что завидуешь высокому, темноволосому, солидному мужчине, до которого тебе далеко.

— Ничего подобного! — возмутился Пол. — Скотт — просто безнадежный старик. Держу пари, он никогда и не слыхивал о «Роллинг-Стоунз».

— Счастливчик Скотт, — произнес Эрик, вставая на ноги, чтобы убежать.

— Мамочка, мамочка, ну как же мы будем жить без тебя все лето? А вдруг мы умрем? — сказал Бенджамин и, ухватившись за эту мысль, добавил. — Вот тогда ты пожалеешь!

— Не обращай внимания, мама, — сказал Эрик. — Маленький негодник тотчас же забудет о тебе, как только окажется в Бар-Харборе. Дед его так балует, что ему некогда даже будет вспомнить, как тебя зовут.