Ты - моя паранойя - Элла Александровна Савицкая

- Ладно, на самом деле я очень рада, что ты у меня есть! – кладу ладонь на твёрдую грудь, которая поднимается на продолжительном вдохе.

Пальцы Зака трогают мои волосы, а сам он затихает. Вероятно, его эго не может нарадоваться победе. Ну и пусть, она заслуженная!

60

Зак

Дни несутся как песок сквозь пальцы. Универ, общага, редкие встречи с Тарой. Обилие нового материала, предметов, тренировок и домашних заданий выжимает до последней капли. Иногда у меня хватает сил только на то, чтобы дойти до кровати и уснуть, даже не приняв душ.

По вечерам, которые выдаются более-менее свободными, мы по максимуму стараемся разгрузить мозги. Парней, с которыми сдружилась Тара, взяли в команду, поэтому теперь мы тусуемся одной большой компанией на переменах.

Наше общение с Тарой даже сейчас напоминает качели. Мы то сходимся, болтая обо всем подряд, смеясь и находясь на одной волне, то разлетаемся в разные стороны. В большей степени это происходит с её стороны. Иногда она замыкается, когда мы сидим на нашей лужайке, или отправляется в библиотеку вместо того, чтобы пообедать с нами. Я порывался пойти за ней как-то, но Тара попросила дать ей время побыть одной.

И хоть меня адски тянет к ней вытрясти ответы, почему она отдаляется, я не делаю этого. Доктор Хендерсон говорит, что чем больше я буду давить на неё, тем прочнее она будет выстраивать стену. Поэтому я просто делаю вид, что всё в порядке, сам же исподтишка наблюдая за ней. Не хочу, чтобы с ней что-то случилось вот и контролирую. Не так, как раньше, конечно.

Жить своей жизнью тоже пытаюсь. Кортни верно ждёт от меня хотя бы малейшего намёка на развитие отношений, но я ей упрямо его не даю. К чему? Обманывать и её, и себя? На кой черт встречаться с девчонкой, если в голове другая? И пусть она меня не помнит, главное, что я помню её.

Говорят – клин клином вышибают. Не знаю. Наверное, не нашелся еще пока такой клин, который мог бы выбить насмерть засевший предыдущий. Возможно, со временем меня отпустит, я откроюсь какой-нибудь девушке и смогу с уверенностью сказать, что да, я отпустил. Я морально готовлюсь к этому событию, потому что понимаю, что время не стоит на месте. Тара знакомится с парнями, целуется даже, блядь… Утешает тот факт, что ей они не нравятся и она так или иначе снова звонит мне.

И не только звонит. Иногда она приходит на мои тренировки, садится на скамейку и, время от времени поглядывая на меня, делает домашнее задание. Потом я отвожу её домой, мы немного ужинаем, трещим, и я уезжаю с всепоглощающим чувством эйфории. Я рад, я эгоистично рад, что у неё никого нет. Да, я подонок, я в курсе, но бросьте в меня камень те, кто не радовался тому, что любимый человек не нашел себе другого!? Нет желающих? Что ж, я так и думал!

Вот и сегодня Тара здесь.

Выхожу после душа из раздевалки и направляюсь к ней. Она сидит на одной из трибун, внимательно всматриваясь в текст тетради, и задумчиво грызет карандаш. Закатное солнце забавно играет оранжевым светом на её смугловатой коже, делая её какой-то прямо мистической. Взгляд оторвать нереально!

Подхожу сзади и закрываю ей глаза. Склоняюсь над ухом, как обычно втягивая в себя аромат её нового кокосового шампуня. Последний месяц она только им и моет голову.

- А я знаю, кто ты! – смеётся, накрывая мои ладони своими.

- Кто же? – спрашиваю, не отпуская.

- Мой Зак!

Сердце дергается и раздувается, когда я разжимаю руки. Тара оборачивается, освещая всё вокруг улыбкой, и тянется, чтобы взлохматить мои влажные волосы.

- Я уже пятую точку отсидела, - жалуется, вставая со скамейки, пока я привожу себя в чувства.

Иногда некоторые её фразы выбивают почву из-под ног. Наивно хочется вложить в них иной смысл, но я – то понимаю, что она имеет в виду совсем другое. «Мой Зак – это мой лучший друг Зак».

- Погнали. Только я отвезу тебя и сразу в общагу, - помогаю ей закинуть в сумку учебник с тетрадью и пропускаю вперед.

- Почему? – спрашивает, обернувшись.

- Мистер Нолан задал туеву кучу домашки. Иногда создаётся ощущение, что он забывает о наличии у нас других предметов.

Если некоторые могут позволить себе немного расслабленно относиться к учёбе, то я – нет. Я всё же на стипендии, и всего пара неудовлетворительных оценок могут сыграть против меня.

- Жаль. Может, я могу помочь?

- Вряд ли, это же программа второго курса.

- Ну да. А завтра? Может посидим завтра?

Прикидываю, что у меня по остальным предметам, и понимаю, что никак. Отрицательно мотаю головой, пока мы идём к машине.

- Не выйдет. Завал полный. И завтра, и послезавтра.

Тара сникает.

- Ты чего? – мягко толкаю её в плечо. - У тебя же Шейла есть, пацаны. Сходи с ними куда-нибудь.

Подойдя к моему обновленному Мустангу, открываю для Тары дверь. Теперь по нему и не скажешь, что он влетал в другую тачку. Сияет новыми хромированными покрышками и нарисованным с нуля рисунком на капоте.

- Да, возможно схожу, - ныряет в салон Тара.

Сейчас она стала довольно проворнее и уже не морщится всякий раз от боли, когда усаживается в машину. Это радует. Еще немного и заживет полноценной жизнью.

Обхожу тачку и занимаю водительское сиденье. Выруливаю с парковки.

- А что насчёт пятницы? Шейла это конечно круто, но я хочу и с тобой время провести!

- В пятницу тоже никак, - виновато кошусь на неё, - мы с пацанами обещали Кортни помочь ей разгрести гараж. Они продают дом и приводят всё в порядок. В гараже, говорит, масса вещей, которые нужно загрузить и вывезти на свалку, так что… Может в воскресенье.

- Два дня? – карие глаза возмущенно округляются.

- Ну да. Пятница, считай половина только, после занятий.

- Вы и ночевать там будете? – спрашивает приглушённо.

- Да. У них большой дом. На всех найдутся комнаты.

- Ясно, - Тара отрезает, отворачиваясь к окну. Пальцы правой руки нервно теребят бабочек от браслета на запястье левой.

Оторвав взгляд от дороги, пытаюсь понять что не так.

- Эй, ты чего? – тормошу её за колено.

Делаю это